Владимир Короткевич – Колосья под серпом твоим (страница 226)

Послесловие переводчика

Роман «Колосья под серпом твоим» — знаковое произведение Владимира Короткевича, широкая панорама жизни белорусского общества середины XIX века, который характеризовался развертыванием национально-освобо­дительных движений по всей Европе. Именно такие переломные времена в жизни общества и привлекали писателя, заставляли по месяцам работать в архивах, чтобы историческое произведение основывалось на документах, по-настоящему показывало местный колорит, заставляло читателя сопо­ставлять свои знания об определенной эпохе с изображенным в романе.

Основная сюжетная линия, связанная с главным героем Алесем Загор­ским, переплетается со многими другими, в которые органически вклю­чены исторические персонажи. Взросление Алеся, перипетии в семьях Загорских и Когутов, учеба, дружба с Кастусем Калиновским, встречи с деятелями белорусской культуры, подготовка восстания, сложные взаимо­отношения с Майкой Раубич и многое другое — все описано колоритно, с использованием разнообразных приемов создания художественных об­разов.

Заслуга писателя видится в том, что он сумел показать три течения неудовлетворенности существующим положением вещей: народный не­обузданный гнев, воплощенный в бунтаре Корчаке, рассудительную по­зицию представителей старой генерации дворян во главе с Раубичем по подготовке заговора и кропотливую планомерную работу молодых интел­лигентов с целью приближения восстания. Но все еще впереди — роман заканчивается лишь отменой крепостного права. И разрозненность на­званных трех течений видится одной из причин поражения восстания 1863—1864 годов.

Интерес Владимира Короткевича к событиям середины XIX века был продиктован и тем обстоятельством, что один из его предков по материн­ской линии участвовал в восстании и был расстрелян в Рогачеве. Роман по многим причинам не был закончен, так как планировалось все-таки по­казать события восстания. Однако, по-видимому, писатель так сроднился со своими героями, что, следуя исторической правде, не мог повести их на виселицы, отправить в ссылку или в вынужденную эмиграцию.

Изданный на белорусском языке в 1968 году, роман к настоящему времени стал хрестоматийным произведением, любимым несколькими поколениями благодарных читателей. Перевод романа сделан по новому Собранию сочинений Владимира Короткевича. В текст возвращены ис­ключенные в прижизненных изданиях фрагменты, так что произведение в чем-то воспринимается по-новому. В любом случае чтение этого рома­на — отнюдь не легкая прогулка по страницам ради досуга, а сложная интеллектуальная работа и соразмышление с автором. Думается, во мно­гих случаях он, благодаря своему таланту, делает читателя своим единомышленником.

Петр Жолнерович

ПРИМЕЧАНИЯ

Книга первая

к части II

1 По старому, времен унии, обычаю, который почти исчез в XIX в., белорусские помещики отдавали сынов на "дядькованье" (воспитание) в крестьянские семьи.

к части IV

1 Мой маленький князь Загорский! (фр.)

2 Все идет хорошо! Все идет хорошо, сынок! (фр.)

3 Хорошо ли я начал? (фр.)

4 Рыцарская точка зрения на вещи... Ры-царь! (фр.)

5 Женщины порой бывают легкомысленны (фр.)

6 В чёрных красках (фр.)

к части V

1 О, этот маленький соня! Все встали, маленькие птички поют Господу свою славу, не так ли? А он спит и не знает, что у раннего часа золото на губах, не так ли? (нем.)

2 Очень хорошо! Ступай умываться, ступай поздороваться с матушкой, ступай принимать Божий дар, да потом за книжки, если князь не хочет остаться глупым князем, не так ли? (нем.)

3 А мне всё равно (буквально: это мне колбаса) (нем.)

4 Поэтому Герман Херусек, льву подобно, д-двинулся на мер-рзкого вождя р-развратных римлян. И Тевтонбургский лес стал пол-лем немецкой славы (нем.)

к части VI

1 Встать (нем.)

2 Исключительно пикантно-утонченные отправления, достойные действительно княжеского недоросля, если не упования в кровати на самопроистекание, не так ли? (пародийный стиль, нем.)

к части VIII

1 Льву подобно... Не так ли? (нем.)

2 Надо, чтобы вы освободили дом от вашего присутствия (фр.)

3 Чудеса гимнастики (фр.)

4 Он остроумен (фр.)

5 В парадном костюме (итал.)

6 Каждому свое... По поводу (появления) этих старых тупиц? (фр.)

7 Совсем не появлялась (фр.)

8 Появиться здесь на короткое время (фр.)

9 Свет! Почтенные особы! (фр.)

10 Избранный круг (фр.)

11 Я не люблю грубого смеха (фр.)

12 Дела не пойдут! Дела не пойдут! (фр.)

13 Мрак! Мрак! (фр.)

14 Происходят от немецкой крови (фр.)

15 Чтобы подставить себя под пули (фр.)

16 Тише! Не стоит об этом говорить! (фр.)

к части Х

1 Самый чудесный бал, какой я когда-нибудь видел (фр.)

к части XII

1 Посерки - особенно крупные груши-дички, растущие у затравеневших тропинок и дорог. В Приднепровье когда-то верили, что они вырастали из помёта медведей и кабанов и потому были такими большими.

2 Барабан - круглая надстройка, держащая купол.

к части XIV

1 Прощай, начало моего конца! (лат.)

2 Содухи - от церковного песнопрения: "Со духи праведных скончавшихся".

3 Эта икона из Кутейны под Оршей считалась раньше примером для писавших иконы: "Красота невыразимая".

4 Меняются времена, и мы меняемся с ними (лат.)

5 Курьян - курица, кричащая петухом.

6 Н-наймиты (фр.)

7 Грязь (по созвучию) (фр.)

к части XV

1 Тс-с! (фр.)

2 Тромб (белорус.) - смерч.

к части XVI

1 Когда-то стрельба по отражениям в спокойной воде была едва ли не народным спортом в Приднепровье. Еще сто пятьдесят лет назад редко какой охотничий праздник обходился без нее.

Потом, когда из-за восстаний начали отнимать оружие, обычай начал исчезать, но еще за сто лет до нас иногда встречался.

к части XVII

1 Плод злодеяния и грабежа (фр.)

2 Пизанская башня (фр.)