Владимир Коротаев – Месть неупокоенной души (страница 3)

- Господин Васнецов. Я должна милостиво просить Вашего прощения. Я осознаю, что мои опасения за жизнь супруга во многом надуманные. Две записки непонятного, хотя и пугающего содержания - в Ваших глазах, глазах того, кто действительно сталкивался со злоумышленниками, это выглядит совершенно несерьёзно. Если я ещё признаюсь, что в последнее время я просыпаюсь среди ночи - мы с мужем спим раздельно - и слышу какой-то шёпот, Вы можете вообразить, что мне надо лечиться, что у меня это идёт от расстроенных нервов.

- Елизавета Павловна. Как и обещало моё руководство, меня послали расследовать, развеять Ваши страхи. Я готов отправиться в Ваше имение и лично проверить, есть ли причина Ваших опасений. Пока я такой проверки не проведу, я никаких суждений высказывать не будут. Давайте исходить из этого.

- Я крайне Вам благодарна. Я рада, что мы пришли к взаимопониманию. Но у меня прямо сейчас имеется к Вам одна просьба.

Васнецов придал лицу заинтересованное выражение.

- Какова эта просьба?

- Пожалуйста, какое-то время не посвящайте моего супруга в истинную цель Вашего предстоящего расследования - проверку, угрожает ли его жизни опасность. Узнав это, он совершенно меня не поймёт.

Васнецов решил не удивляться пожеланию госпожи Вырубовой и отнести это на капризы дамочки. Хотя и непонятно, к чему такая таинственность. В любом случае, объясняться, что Васнецов делает в их поместье, с её мужем придётся. Но если сей муж его сразу попросит удалиться с глаз долой, так даже лучше. Андрей вернётся в Москву.

- Да. Вот ещё что, - продолжила Елизавета, - Хотелось бы, чтобы Вы сохранили своё инкогнито. Надеюсь, Вы понимаете, почему. Представив Вас как следователя московской полиции, мы насторожим злодея, кто бы он ни был. Скажем, если Вы предстанете студентом Московского университета, этого не произойдёт. Нет. Статус студента - это будет несерьёзно. А что если Вас представить как этнографа? Путешествуйте с благородной целью: описать быт крестьян нашей губернии для Петербургской академии. Материал для прожекта собирать. Прожекты сейчас бойко пишутся нашими властями.

- Если Ваши знакомые и близкие примут такую версию, почему бы и нет?

- Решено. Мы завтра возвращаемся в своё имение. Начинается пора покосов, надо за всем следить. Мой муж - рачительный хозяйственник. Так что было бы крайне удобно, если Вы отправились вслед за нами через день. Я пока подготовлю общество, что в имение приглашён учёный из Петербурга.

Как и было договорено с Елизаветой Вырубовой, Васнецов прибыл в их имение спустя два дня. Путешествие до Нижнего в вагоне первого класса (Вырубов обещал оплатить расходы) оказалось вполне комфортным. Далее следовало добираться на почтовых. Но Андрей решил вначале посетить окружной суд губернии. Если уж он послан расследовать дело, которое может быть связано с пропажей помещика Якова Вырубова, так надо узнать, что за послание было отправлено из этого окружного суда нынешнему хозяину поместья Вырубовых. Послание, содержание которого встревожило Константина Вырубова.

Васнецов рассчитывал отвести день на встречу с судейскими, однако рекомендательное письмо Дороговцева произвело волшебное действие на чиновника в канцелярии. Хотя в обществе утвердилось мнение, что в современных российских судах в провинции засели одни бюрократы, гораздые потянуть время, прежде чем выдать запрашиваемую бумагу, Васнецов быстро получил нужные сведения. И часа не прошло, как ему принесли документы, оставшиеся от Фролова Степана Евсеевича, нижегородского нотариуса, умершего некоторое время назад и назвали имя судебного стряпчего, работавшего с документами нотариуса. Наследников у нотариуса сразу не нашлось, поэтому его архив был передан в окружной суд губернии на случай того, если такие наследники проявят себя.

Нотариус в том числе имел касательство к делам о завещаниях семьи Вырубовых. В документах, связанных с завещанием было найдено письмо, датированное примерно год назад, от некоего господина (анонима). В письме было написано, что автор знает, где в имении Вырубовых спрятано последнее завещание Якова Борсовича. В доказательство того, что завещание настоящее, автор письма приводит дату, когда Вырубов сделал такое распоряжение о своём имуществе - за три дня до своей пропажи. Сей аноним обещает указать точное место хранения завещания, а взамен хочет получить определённую сумму.

Так как в анонимном письме дата подчеркнута другими чернилами, предположили, что нотариус проверял даты: в своём журнале дату составления завещания для Вырубова - последнее завещание для Якова Вырубова составлял он - и дату, которая указана в анонимном письме. Даты совпадали. Следовательно, аноним мог действительно знать, где находится последнее завещание Якова Вырубова.

Нотариус оставил это письмо без движения. Почему - нотариус никаких помет на этот счёт не сделал.

В окружном суде решили, что завещание может и имеет до сих пор свою силу, но сам Яков Вырубов пропал девять лет назад. Искать его уже никто не ищет и потому письмо анонима переправили младшему брату Якова. Может тот на месте сыщет пропавшее завещание.

Васнецов помнил, что сведения о ненайденном завещании появились в первой записке для Вырубова, поэтому спросил стряпчего, который разбирал архив нотариуса:

- Простите, но почему у нотариуса не оказалось копии завещания Якова Вырубова?

- Вы, уважаемый, правы. Копии завещания Вырубова у нотариуса не нашлось. Но, полагаю, не оставлять копии было желание самого завещателя. Такое допустимо.

Васнецов всех тонкостей законодательства о наследовании не знал, поэтому пришлось согласиться, что да, допустимо. Но задал ещё один вопрос:

- Интересовался ли кто посторонний этой находкой в документах умершего нотариуса?

На это Андрей получил такой ответ, что это никому тут не нужно. Завещанию почти лет десять, и письму от анонима более года. Ворошить прошлое можно, но надо знать, как из этого получить выгоду. Какую-либо выгоду тут не разглядеть.

Так что пока с версия с письмом анонима зашла в тупик.

Васнецов прошёлся пешком вдоль верхней набережной Волги от здания суда на Покровке до Сенной площади, откуда почтовые кареты уходили на Казань. Со времён инспекционной поездки Екатерины Великой на набережной мало что изменилось. Вид на Волгу по прежнему был прекрасным. Но вот что касается вида сзади, то богато отделанные особняки вблизи Кремля быстро сменились приземистыми купеческим домами. Поэтому Васнецов быстро закончил свою экскурсию, сытно пообедал в трактире на Сенной и отправился искать почтовую карету, уходящую на Казань.

Путешествие в почтовой карете в ясный июльский день также не доставило неудобств. Разве что было неприятно наблюдать, когда карета обгоняла партии будущих каторжников, бредущих по жаре в кандалах вдоль Казанского тракта. «Они безусловно злодеи и преступники, но, - подумал Васнецов, - могли бы им облегчить их последний путь. Для большинства пересыльных это же дорога в один конец».

Но когда партии пересыльных оставались позади, открывались живописные виды рощиц, речушек меж холмов.

Где-то под вечер карета прибыла на почтовую станцию Поляна. Ещё в дороге Васнецову подсказали, где в этом селе искать надёжных извозчиков. Так что сговорившись с одним из них, Андрей уже через десять минут сидел в коляске, везущей его в имение Вырубовых. Как уверил его возница, «будем там ещё засветло». Часа через два пути извозчик, до того упорно молчавший, повернулся к Васнецову

- Подъезжаем, барин. Вона и вырубовское гнездо. Боголюбово называется, но бога там не сильно почитают.

Васнецов устремил свой взгляд вперёд, куда указывал извозчик. Они подъезжали к помещичьему поместью, удобно расположенному на южном склоне холма. Само поместье, обнесённое высокой решетчатой оградой, не было большим. Да и двухэтажный окрашенный жёлтым дом не производил впечатление помпезного строения. Однако, заметил Васнецов, пустых пространств за оградой поместья почти не было. Постройки. постройки. По боковым сторонам ограды ровный ряд ухоженных деревьев. Слова Елизаветы о рачительном хозяине подтверждались одним видом поместья.

- А почему именно гнездо? И что не так с почитанием бога?

- Мужики окрестные так сиё место обзывают. А с почитанием....уж больно он, хозяин этого гнезда, склочный. Видно по нему, что христианский люд он не любит.

Тем временем кучер направил коляску через открытые кованые ворота к крыльцу дома.

- Всё, барин, приехали.

Васнецов рассчитался с возницей, взял свой саквояж и спустился с коляски. Открылась входная дверь и на крыльцо вышел человек в ливрее.

- Господин учёный? - спросил он. - Ждём-с, ждём-с. Елизавета Павловна строго наказала встретить Вас как полагается. Вам приготовлены комнаты во флигеле. Разрешите проводить. Вы устраиваетесь, а поутру Елизавета Павловна будет ждать Вас наверху.

Флигелей было два, точнее одно зданьице, но имеющее два разных входа. Андрей спросил, кто ещё тут живёт?

- Дохтор тут обитает, - был получен ответ. - Да Вы не беспокойтесь. У него свои комнаты. Разве что стенка у вас будет общая.

Васнецов счёл полезным познакомиться с соседом по флигелю сегодня же несмотря на позднее время. Разложив вещи и наскоро умывшись с дороги, он подошёл ко второй двери во флигеле, постучал. На пороге возник молодой человек, держащий в руках перо, должно быть что-то до этого записывал. Волосы имел длинные до плеч, однако прибранные, не как у деревенских мужиков. Лицо гладкое, загаром почти не тронутое.