Владимир Комарьков – Хроники Арли. Книга 4. Я мудрец (страница 24)

Я минуту переваривал новую информацию. Что-то раньше о подобном инквизитор не распространялся.

– И когда ты намеревался об этом мне рассказать? – покачал головой я. – Ты же с самого начала знал о МОИХ планах.

– И что бы тебе это дало? – он вздохнул. – Нас бы все равно раскидали. Командору плевать на желание солдат. Ему вообще плевать на все, кроме крепости.

– Я заметил, – досадливо буркнул я.

Теперь Оррик положил мне руку на плечо.

– Ты все равно ничего не смог бы изменить.

Ага. Знаем. Меньше знаешь, крепче спишь. Что-то мои ребята слишком много думают – за меня.

Сколько всего интересного, оказывается, скрывается в моих людях. Ладно, может, Оррик в конце-то концов и прав. Там поглядим, что делать дальше. Пообвыкнусь, пооботрусь…

– А с Аридилом что? Я слышал, он попал в «поисковики».

– Его убрали подальше сразу же, как только командор узнал, что в крепости «светлый», – Оррик, судя по виду, обрадовался, что я не стал «копать» дальше. – Поговаривают, что темные уже несколько раз требовали у него объяснений, но пока ушастого нет в пределах досягаемости, Айхенвальд может игнорировать любые требования. У темной звезды статус наблюдателей – не больше, и потому лезть на рожон не в их интересах. Так что, чем дольше наш длинноухий бродит по окрестным снегам, тем спокойнее должно быть тебе, – он помолчал, а затем добавил: – И мне тоже.

– А как там лейтенант? – вспомнил я.

Оррик досадливо вздохнул.

– Да так же. Будет время, загляни в лазарет, там всем заправляет этот пройдоха Васлав, – Оррик хмыкнул. – Вот хитрый старик! Но правда в том, что не будь его, Валя так или иначе отправилась бы вслед за тобой. Ты ее язык знаешь. Терпение – не ее благодетель. Ну, после всего…

Это то, чего я в тайне опасался. Если уж инквизитор чуть не схватился за меч, чего уж говорить о волшебнице! Девушка в последнее время за словом в карман не лезла, могла и припечатать командора, когда он поднял на меня руку. Впрочем, растет, девчонка! То, что она не только не ввязалась в авантюру сама, но и Оррика удержала, говорило о многом.

– Надеюсь, она не…

– Не! – хмыкнул в бороду Оррик. – Не успела. Сразу, как тебя уволокли, заявился Васлав. Ты не смотри, что из него песок сыплется, голова у старика варит получше многих! Копутер, а не мозг, – со значением произнес он, воздев вверх указательный палец, и я чуть не разинул рот от удивления: похоже, Оррик решил блеснуть знаниями и припомнил, что я рассказывал о своем мире. «Копутер» – это, безусловно, «компьютер» в исполнении инквизитора.

Оррик явно заметил, какой эффект на меня произвел его «экспромт» и аж засветился от удовольствия. «А мои-то все растут», – подумал я с лёгким ошеломлением. Мой друг между тем продолжал:

– Так я про Васлава не договорил, – инквизитор демонстративно прочистил горло. – Я старика, конечно, в бытность свою не застал, но о нем наслышан! Тощий, как сушеный стручок гороха, кости так и выпирают. Но задирист и бесстрашен, как три каркута сразу! Увел Валю из-под носа у командора, тот и глазом моргнуть не успел. Тот его, к слову, говорят, побаивается.

Коли так, выдохнем. Надо думать, этот старикан просто так Валену уже никому не отдаст, и за нее некоторое время можно не волноваться. Правда, у меня на нее были другие планы, но маг-целитель – тоже неплохо. А дальше посмотрим. Конечно, надеяться на то, что командор прислушается к словам какого-то там сержанта – глупо, но вот капитан Хьярвард не показался мне дуболомом. Он должен понимать, что боевой маг в арсенале крепости – как минимум лишняя возможность дать по зубам врагу. А боевому магу требуется что? Правильно: практика! Ему нужно иметь возможность применять все, что он знает. А там…

Эти мысли пока можно запрятать поглубже, но галочку мысленно я поставил. Сейчас же следует, прежде всего, зарекомендовать себя. И желательно не так, как в начале.

– Иан, – Оррик коснулся моей руки. – Ты в порядке?

– Прости, задумался. Ты, наверное, торопишься?

Оррик криво усмехнулся.

– Да вот, дали, как ты говоришь, «в нагрузку» этих новиков, а они даже не знают, с какой стороны браться за меч, – он вдруг весь подобрался. – Кстати, слышал тут историю, что кто-то из «пришлых» чуть не прирезал заставника. Ты что-нибудь знаешь?

Ну, вот, хорошо же все было!

– Да ладно!? – я сделал круглые глаза и отшатнулся, чтобы Оррик ни дай бог не разглядел мое выражение лица – то, что я отличаю правду от лжи, врать мне нисколечко не помогает. – Откуда?! Меня вчера только из карцера вытащили. И согреться еще не успел.

Но от инквизитора оказалось не так просто отделаться.

– Вообще-то я видел людей, которых вытаскивают из холодной через неделю, – нехорошо прищурился тот. – Ты на них не похож.

– Все дело в хорошей наследственности, – торопливо заверил его я и взглядом указал наверх. – А вообще заговорил ты меня. Заставник Илехорд просил заглянуть к интенданту, тот обещал ему одну штуку…

Оррик упер руки в боки.

– К интенданту? Обещал?! – с ещё большим сомнением переспросил он. – Да у этой крысы, Грегора, даже по приказу командора лишней нитки не выпросишь, а тебя отправили к нему? – тут до Оррика дошло еще кое-что. – Погоди-ка, какой еще Илехорд? Причем здесь заставник? Тебя тоже что ли в дозор отправляют?!

На его лице отобразилась такая гамма чувств, что я подумал, будто воина сейчас удар хватит. Ну вот не хотел я ему говорить, что меня посылают наружу. С одной стороны, затея-то так себе, а с другой, – подвернулась возможность себя проявить. Оррик же и так давно взял на себя роль моей «наседки», и новость о том, что мне предстоит идти за стену, его не обрадует. А оно мне надо? Может и к капитану пойти. С него станется! «Надо линять», – решил я. Тем более Илехорд действительно отправил меня к интенданту.

– Слушай, мне пора, – я хлопнул его по валунообразному плечу и обошел по широкой дуге. – Позже поговорим! Не скучай!

На мое счастье, он терпеть не мог скоропалительных решений и всегда раздумывал перед ответом. В итоге ему оставалось только проводить меня подозрительным взглядом и, к моему неописуемому облегчению, он, покачав головой, двинулся по своим неотложным делам.

Глава 6

– Нам вон туда, – Илехорд, указал на виднеющийся в просветах между деревьями одинокую скалу, увешанную снежными шапками, как кастрюля с кипящим супом, – пеной. Очертания цели нашего дневного перехода едва просматривались сквозь метель. – До Гномьей башки часа три хода.

– Гномья башка? – я попытался сквозь метель обнаружить хоть что-то, напоминающее очертаниями указанную часть тела.

Послышался приглушённый смешок.

– Скала это, – пояснил он, стряхивая снег с капюшона. – Скала, как скала, но кто-то когда-то ляпнул, что ему, вишь, напоминает физиономию гнома, – заставник на ходу изобразил здоровенную зубастую морду, и я подумал, что, если гномы действительно так страхолюдны, то не приведи боги, такого во сне увидеть – заикой останешься. Впрочем, и наяву от такого не отмахаешься.

– Не слишком похоже, – сколько я ни всматривался в очертания заснеженного куска камня, ничего даже отдаленного похожего на голову разглядеть не смог. Может, не повезло с ракурсом?

Илехорд, ясно заметил мои потуги, и, натянув обратно шарф до самых глаз, пробубнил:

– И я о том же. Сколь мимо ходил, – ничего и близко нет. Хотя другим, вишь, до лампады, хоть пнем обзови, – но название, того, прилипло.

Я еще раз бросил взгляд в ту сторону, но ничего, естественно, не поменялось. К тому же нестихающая метель стирала любые детали. Это наводило на мысль, что наш ходячий «метеодатчик» на этот раз дал маху.

Между тем день перевалил за половину, а снег только усиливался. Горизонт давно скрылся из виду, затем видимость опустилась заметно меньше ста метров. Снежные заряды слепили глаза, и зачастую приходилось идти вслепую, натыкаясь на спину впередиидущего. Тут не то, что патрулировать невозможно, тут направление бы не потерять.

И что делать, если вдруг из-под снега вылезет какая-то тварь? Приходилось полагаться на опыт людей заставника, но по сторонам я посматривал с очень большой опаской.

– Ну, да, три часа до скалы. Как же, – пробубнил я себе под нос, тяжело переставляя ноги, но Илехорд как-то услышал.

– Если пурга уляжется, – пояснил он.

Некоторое время я переваривал сказанное.

– А если не уляжется?

– Тогда еще шагов пятьсот – и хорош. Там, вишь, рощица впереди, можно укрыться от ветра. Передохнем чуток.

Никакой рощицы впереди я, естественно, не разглядел, сколько ни ломал глаз, – одна лишь белая пелена, что снизу, что сверху, что посередине. Но моих спутников, похоже, так просто было с пути не сбить – мы упрямо петляли между небольших рощиц, выныривавших из-под колышущегося пушистого снежного покрывала и в него же нырявших.

– Привал! – наконец, сообщил Илехорд, и я завертел головой, догадываясь, что мы куда-то дошли.

Справа от дороги виднелись довольно-таки высокие кусты. Сквозь густо летящие хлопья роща воспринималась большим, темным пятном на общем фоне. Сходить с проторенного пути не хотелось – а ну как провалишься с головой?

– Не спать, заячья немочь! – Илехорд расталкивал бойцов, заставляя их шевелиться. Поэтому люди, падая без сил в снег, спустя минуту-другую вставали, без лишних слов принимаясь за обустройство лагеря. Двоих Илехорд отрядил за дровами, еще один, раскопав лыжей в снегу небольшую площадку – уже колдовал над котелком. Более-менее одинаковая одежда, да еще и снег, облепивший людей со всех сторон, мешали разобрать, кто есть кто. Остальные из ватаги, также вооружившись лыжами, как лопатами, активно строили снежную стену, отгораживаясь от бурана. Я работал наравне со всеми, и за несколько десятков взмахов «лопатой» взмок так, что от меня повалил пар.