Владимир Капаев – Без права на ошибку (страница 2)

Не громко, не с надрывом. Кончилась тихо. Как и жила.

Поцелуй в рассрочку

Вернувшись из армии, он привёз с собой не только дембельский альбом, но и тихую, ненавязчивую скромность, которая словно въелась в сердце.

Шёл двадцать девятый год, а жизнь текла по наезженной колее: работа, дом, компьютер. Не то чтобы он боялся девушек – просто негде было с ними познакомиться. Весь его мир умещался между монитором и клавиатурой, где гремели великие битвы в «Танках» и прочих виртуальных вселенных.

Это был идеальный замкнутый круг. Утром мама уже накрывала завтрак, вечером на плите дымился ужин. А после можно было без лишних мыслей уйти в пиксельные сражения.

– Сынок, сходил бы куда, – мягко, словно сводку погоды, роняла мама с кухни. – Не век же мне за тобой ходить. Вот умру – ты как? Пора бы уж и о самостоятельности думать, и о семье… Внука бы дождаться.

Он только отмахивался. И она продолжала готовить, убирать, заботиться – не столько по привычке, сколько чувствуя за его нежеланием «тусоваться» ту самую глухую, всепоглощающую апатию, в которой он прочно и, кажется, надолго обосновался.

А потом мама умерла. И он остался один. Долго так жил. Не то чтобы скучал по людям особо – отвык. Сначала будто чесалось что-то внутри, под ложечкой, хотелось голос услышать не из колонки, а так, живой.

После этого и это прошло. Работал дома, за компом. Друзья – те свои семьи завели, в детях купались, им не до него. Иногда звонили, голоса у них стали какие-то довольные, сытые, чужие. Он отшучивался, а после разговора клал трубку и ходил по опустевшей квартире, прислушивался к тишине. Она в ушах звенела.

Вдруг в переписке нашли друг друга. Шутили про что-то. Она голосовое прислала – смеялась. Смех у нее был звонкий, отрывистый, прямо вот живой. Он слушал раз, другой. И в тишине-то этой, в его затхлой, холостой тишине, этот смех будто окошко распахнул.

Встретились в кафешке. Он заранее волновался, штаны подбирал, думал: «Не дурак ли я? Чего бегаешь, как жеребец весенний?» Увидел – и отпустило. Сидела, кофе крутила в руках, щурилась на солнце. Простая. И смеялась так же, как в записи, только еще лучше.

– Ты что такой серьезный? – спрашивает.

– Да я так, – он плечами пожал. – Привык один-то. Разговаривать разучился, наверно.

– Да ну, – махнула рукой. – Я тебя за два дня раскатаю, как по маслу.

И правда, разговорился. Говорил, говорил, будто прорвало что-то. Она кивала, в глазах у нее искорки прыгали. Он смотрел на нее и думал: «Вот ведь. А я-то уж думал, всё, конвейер жизни мимо прошел. Ан нет».

Вышли, гулять пошли. День был ясный, ветерок. Он шел и чувствовал себя человеком. Не тенью, не призраком за монитором, а настоящим человеком, у которого рядом женщина смеется.

Сердце распирало от глупой, давно забытой гордости. Заплатил за кофе, и даже это было в кайф – будто не деньги отдал, а билет купил. В нормальную жизнь.

На рынок свернули. Там толкотня, гам, пахнет дымом, пряностями, живой жизнью. Она шла впереди, смотрела по сторонам. Остановилась у лотка с обувью. Кроссовки там лежали, яркие, розово-сиреневые, глаза резали. Она взяла одну, помяла в руках.

– Хорошие, – говорит, задумчиво так.

– Тебе нравятся? – спросил он.

– Ага, – кивнула. Потом посмотрела на него прямо. Взгляд открытый, ясный. – Купи мне их, а? Пожалуйста.

И не капризно, нет. А так, просто, доверчиво. Будто он и вправду мог что-то решить, что-то подарить. В груди у него что-то екнуло теплое и щемящее. Эх, думал. Вот она, роль-то. Не жалкий одинокий волк, а добытчик, мужчина. Прямо плечи сами расправились.

– Да без вопросов! – брякнул он громче, чем нужно. – Сколько?

Отдал деньги, будто не бумажки какие-то, а пропуск в иную жизнь. Кассирша чек пробила, а ему слышалось: «Свободен. Принят».

Она взяла пакет, заглянула в него, потом на него – и вся так и вспыхнула радостью. Подпрыгнула легонько и чмокнула его в щеку. Тепло, мягко. Миг один. А для него время встало.

Отошел звук рынка, запахи. Осталось только это тепло на коже. Он стоял, как чурбан, и в голове одна мысль гудела: «Вот. Началось. Теперь всё по-другому будет».

Этот легкий, нежный поцелуй он тут же, в душе своей, в рассрочку растянул на годы вперед. На утренние чашки кофе, на разговоры под телевизор, на тепло в постели, на то, чтобы не одному просыпаться. Всё купил за один этот миг. В долг.

На другой день, с утра, еще до кофе, полез в телефон. Смешную картинку ей скинул. Не пошло. Синий значок. «Может, спит еще», – подумал. Через час позвонил. «Абонент недоступен».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.