Владимир Иванов – Надежда в тумане (страница 10)

Естественно, услышав такой бред, она рассмеялась им в лицо, но потом, спустя несколько недель опытов, она начала «чувствовать» людей вокруг, их эмоции, чувства, мысли. Пока неопределенно, но чем дольше шли опыты, тем больше слышала и чувствовала. Сначала она сопротивлялась, но Главный Управляющий в личной беседе сообщил ей, что выбор прост: либо сотрудничество, либо пропажа без вести. Виктория явственно почувствовала тогда его безразличие к ее жизни, и ей пришлось согласиться.

К моменту возникновения бедствия на базе она научилась читать мысли людей. Пока с трудом, нодостаточно четко. В это же время она обнаружила, что может силой мысли двигать мелкие предметы: ложки, ручки, чашки. Но об этом Виктория не стала рассказывать ученым, опасаясь, что в этом случае ее никогда не выпустят. Из их мыслей она знала, что и так ее не планируют отпускать, а для чего-то готовят. Для чего именно, они сами не знали. Из их же голов она узнала, что из всех подопытных ее прогресс больше, чем у остальных. Ближе всех к ней подобрался местный повар – у него обнаружилась практически полная нечувствительность к боли при работе всех остальных чувств…

– Тот самый толстяк! – воскликнул, перебив, Дмитрий.

– Возможно. В ночь катастрофы она проснулась от дикого ужаса и паники, которые царили на нижних уровнях и которые чуть не свели ее с ума массой свалившихся переживаний. Она жила на третьем уровне и, услышав сигнал тревоги, бросилась на укрепленные уровни раньше остальных. На четвертом ей встретилсяГлавный Управляющий, который сказал, что искал ее и приказал идти за ним. Они спустились в его кабинет, и только тут Виктория почувствовала, что из-за стены безразличия в разуме мужчины то и дело проступает страх. Она поняла, что он каким-то образом умеет прятаться от нее, скрывать свои истинные чувства и мысли, но сейчас стена дала трещину, через которые рвутся настоящие эмоции. Приглядевшись, она увидела, что руки мужчины слегка трясутся.

Он сообщил ей, что изначально был против этих исследований и сейчас положил им конец. Он не хотел жертв и насилия и пытался подстроить несчастный случай, но все вышло из-под контроля и теперь, скорее всего весь персонал погибнет. Так будет лучше, потому что никто и никогда не узнает, что именно исследовали в этих лабораториях, и какие получили результаты. А результаты, по его словам, были ужасающими и никогда не должны были покинуть этих стен. Здесь Виктория попыталась уловить части его мыслей, чтобы понять, что именно имелось в виду, но разум Управляющего был неприступен, а он сам был сосредоточен только на тех словах, которые говорил в данный момент.

Главный усмехнулся и сказал, что чувствует ее попытки, но не стоит даже пытаться пройти через его защиту – он справлялся и не с такими, как она. Но сейчас ему нужна ее помощь. Скоро на всех уровнях люди начнут сходить с ума. Это уже происходит, она может почувствовать это, если прислушается – вокруг только ужас, паника и злоба. У него нет таких сил, как у нее, но он достаточно знает о природе ее способностей и сможет направить эту силу. На одном из жилых уровней есть человек, который лишь прячется под видом обычного рабочего. А на самом деле он – Наблюдатель, который присматривает за всеми исследованиями и за самим Управляющим. В случае срыва экспериментов, Наблюдатель должен убить Главного. И он придет. Но они могут найти его раньше и убить, даже не приближаясь. А в обмен они вместе будут спасены, так как на защищенном уровне останутся только те, кому прикажет Управляющий.

Виктории было страшно. Она чувствовала, как вокруг что-то происходит. Стены давили на нее, а темнота по углам набирала краски, становилось бездонной. Свет от лампы на столе стал тусклым и почти не освещал ничего вокруг. В комнате стало холоднее, как будто вдруг откуда-то потянуло сквозняком. Она поняла, что ее медленно охватывает паника. Сотни голосов тончайшим шепотом проникали в ее голову, они говорили что-то наперебой, изредка вскрикивая, и их становилось все больше, они говорили все громче… Управляющий схватил ее за плечи и встряхнул. Она чувствовала безумие, наполняющее людей вокруг. И только он мог ее спасти.

Она кивнула. Управляющий приказал ей собраться и закрыть глаза. Нужно было открыться всему вороху голосов. Их много, но они бессвязные и не могут на нее повлиять. Ей нужно найти один спокойный, который обязательно проявит себя в ближайшее время. Он сможет направить ее на нужный путь, но найти его может только она сама. И когда найдет, то должна будет проникнуть в его разум и приказать умереть. Если все будет сделано быстро, человек даже не поймет, что произошло, а все уже будет кончено.

Она не хотела впускать их. Но страх за свою жизнь заставил. Пришлось перестать сопротивляться и начать слушать. Рой голосов беспорядочным шумом заполнил голову и, не в силах его выдерживать она упала на колени. Сотни голосов кричали, молили, призывали о помощи, выкрикивали имена, отдельные слова, рычали, шипели. Ей казалось, что весь мир стал состоять из звуков и что еще немного и ее голова просто взорвется, не выдержав такого напряжения. Вдруг она услышала голос Управляющего, мягкий, спокойный, просящий сосредоточиться на нем. Она посмотрела на него и увидела, что он стоит, закрыв глаза, его губы неподвижны, а голос только в ее голове. Она закрыла глаза и сосредоточилась на нем. Сначала голос куда-то вел, и вдруг она явственно услышала второй, такой же спокойный и рассудительный. Управляющий сообщил, что они нашли его и сразу же вскрикнул. Человек уже стоял за их дверью. Не успели.

Они вместе открыли глаза и повернулись к двери, которая медленно открылась, и вошел высокий мужчина с пистолетом в руке. Сказав: «Вы не справились», он выстрелил в Управляющего и попал ему в бок. Тот упал, схватившись за пораженное место. Виктория кричала вместе с ним, чувствуя каждой клеточкой своего тела боль от раны. Она посмотрела на пришедшего и ясно слышала его голос, который говорил: «Он не справился, как все и ждали. Убить».Наблюдатель вновь поднял пистолет.

В приступе безумной ярости и боли Виктория вошла в сознание убийцы, почувствовав его секундное удивление и заполонив его полностью, отдала один-единственный приказ: «Умри!».

Человек опустил пистолет, развернулся и вышел из кабинета. Она услышала, что Наблюдатель идет на шестой уровень, где все так или иначе умрут, и он вместе с ними. Смелости, чтобы убить себя самому у него не было. Виктории стало дурно. Она попыталась встать и в отражении в зеркале увидела себя. Ничего не изменилось, кроме глаз. Они горели ярко-сапфировым цветом.

Управляющий слабо попросил помочь ему подняться. Виктория с трудом подняла его, и они подошли к столу, за который он тяжело сел. Из верхнего ящика достал сигнальный маяк и нажал на красную кнопку. Он сказал, что выполнил обещание, уровень закрыт и ее спасут. Но он вряд ли до этого доживет. И вдруг на полуслове Управляющий потерял сознание и откинулся на стуле. Виктория вдруг поняла, что все это время в ее голове был только его голос, который не давал другим заполонить ее разум. А сейчас он умолк, и страшная какофония вернулась и вновь начала разрывать ее сознание. Она выбежала из кабинета и, пытаясь найти укрытие, забилась в угол в зрительном зале. Там я ее и нашел.

– Черт, ты все также умеешь рассказывать истории, – сказал Истомин, закуривая уже третью сигарету и разливая по второму бокалу виски, – помнится, твои военные байки не одну нашу ночь заняли.

– А тебе бы все задеть меня чем-нибудь, – улыбнулся Сергей, принимая бокал, протянутый ему Истоминым. – Я стараюсь не упускать деталей, а ты меня за это упрекаешь. Расскажи тебе кратко, и ты засыплешь меня вопросами, что, да как, а кто что думал, а какого цвета были сапоги нападавшего…

– В той истории это было важно, а ты до сих пор припоминаешь, – засмеялся Дмитрий и затушил сигарету, одновременно пригубив из бокала, – чем закончилось ваше рандеву с синеглазой девушкой?

– Как ни странно, разговорами, – язвительно ответил Сергей. – Виктория сказала, что, когда я нашел ее, она пыталась закрыться от той какофонии голосов вокруг, а мой голос помог сосредоточиться, он был достаточно спокойный и твердый. Вот только, когда она сделала это, то проникла и в мое сознание, а я проник в ее. Это длилось всего мгновение, но между нами установилась мысленная связь. Именно поэтому, спустя столько времени, я слышал ее голос, даже когда она была далеко. А она все время слышала мой.

– То есть между вами зародилась… Близость?

– Не совсем так, эта связь была случайной. Мы просто слышали друг друга, а она не знала, как эту связь разорвать. Близость появилась потом. Когда она рассказала мне все это, она попросила разрешения, как она сказала, «притронуться» к моему сознанию. Ей хотелось понять, что за связь между нами установилась и как ее разорвать, чтобы более она нам не мешала. Я позволил ей это. И тут… Что-то опять пошло не так. Мы оба закрыли глаза, и я почувствовал ее совсем близко, хотя мы неподвижно сидели друг перед другом разделенные столом. Нежное дуновение ее дыхания на лице, тепло от человека, который находится от тебя на расстоянии нескольких миллиметров. Я почти физически ощутил ее прикосновение, и нас как будто потянуло в водоворот. Мысли, чувства, стремления, желания, самые потаенные секреты вдруг стали для нас общими. Я не знаю, может она, сама того не желая усилила связь до максимума, вместо того, что разорвать ее, может она просто не смогла удержать все это под контролем, не знаю… Но эти ощущения единения с другим человеком были прекрасны. Все это длилось всего пару десятков минут, но, когда мы очнулись, мы знали друг о друге столько, что казалось мы были неразлучными друзьями с самого детства. Постепенно чужие мысли и воспоминания пропадали, но это чувство близкого человека оставалось. Ты знаешь, я довольно нелюдим и много времени отдаю работе, так что ценю друзей на вес золота и прекрасно знаю, что такое не желать потерять человека…