Владимир Илюша – Третий (страница 2)
Вот моменты, когда недоверие и претензии к разным людям, испортили мне отношения с этими людьми. Я вижу, как я судил о людях ошибочно: выдумывал невесть с чего – что это за человек, почему он так себя ведет и как он на самом деле себя должен вести, подозревал что человек думает обо мне так и вот этак, что он относится ко мне особым образом, только мне одному известному, что он мог говорить обо мне за спиной и много чего такого, непонятно откуда взятого, но на самом деле и близко не являющегося истинным состоянием этих людей.
«Что давало мне повод так судить о людях?»
Мелькают моменты, когда я душу совесть за горло. Вот я внутри раскаиваюсь, вижу свои душевные терзания, но спустя какое-то время снова поступаю вопреки голосу совести. Мне не понятно, почему после угрызений, после этих терзаний от того, что не прислушался к зову души, я вновь поступал плохо.
«Почему я не сделал выводы тогда раз и навсегда?»
Моменты жизни, в которых я завидую. Десятки их. Причем, мне, словно показывают различные варианты зависти – я вижу, как зависть многогранна. Моменты, когда вроде бы и не хотел осознанно завидовать, но дальнейшие поступки красноречиво подтверждают, что червячок уже поселился и точит тело, попутно заражая душу другими болезненными симптомами.
Вот я ненавижу. Ненавижу себя, других, всё вокруг. На кадрах фильма моё лицо перекошено от злобы, я кричу что-то, сильно возбужден. Столько агрессии. Я просто не узнаю себя.
«Зачем я так поступал?»
Моменты жизни, когда я выставляю себя в лучшем свете.
«Гордыня»,– отмечаю я про себя.
Притом, видно, что в различных ситуациях всё было с точностью наоборот, а не так как я полагал.
Вот я высказываю своё мнение, что сделаю это лучше чем коллега. В другом сюжете я отказываюсь от помощи, якобы уверенный, что справлюсь и сам. Потом сижу, мучаюсь, увязший в проблеме, которую на пару с тем человеком, кто предлагал помощь, я решил бы на раз.
Другие примеры. И причина у всех та же.
От всех этих сюжетов мне невыносимо стыдно. Я хочу, чтобы этот фильм поскорее закончился, мне плохо. Мелькает мысль:
«Может быть это и есть чистилище. И если – нет, тогда зачем он, Третий, мучает меня?»
И Третий вновь, после долгого молчания, незамедлительно реагирует:
– Ты можешь всё исправить.
– Что?– после просмотра я не могу даже сразу понять, что он говорит. – Что ты сказал?
– Ты можешь всё исправить.
«Но как?» – я хочу сказать это вслух, но не могу.
Мне плохо, ужасно плохо, слёзы начинают ручьём течь из моих глаз. Я больше не могу сдерживать себя и рыдаю, дав волю чувствам.
– Но как? – я киваю вниз на разбитую машину и меня, висящего безжизненно на руле.
Он смотрит на меня этими, по-неземному добрыми глазами, и говорит всё одну и туже фразу:
– Ты можешь всё исправить.
Я киваю головой и смотрю вниз, мне кажется, что сейчас приедет скорая, я оживу, как в это часто показывают по телевизору, и больше никогда не буду поступать так, как я поступал в фильме о моей короткой жизни, который показал мне Третий.
Не сразу замечаю, что Третий, до этого стоящий (тут уместно будет лучше сказать – парящий) прямо напротив меня, исчезает из видимости вместе со шкатулкой. И когда меня вновь трогают за правое плечо, я улыбаюсь, меня переполняют радость и спокойствие. Я оборачиваюсь, чтобы сказать что я…
– Серёж, Серёжа, ты чего? С тобой всё в порядке? Я оборачиваюсь, и вижу, как меня за правое плечо трясёт жена. Вижу, что нахожусь в кровати, весь в поту, волосы мокрые, а жены – перепуганный насмерть вид.
– Ты меня напугал, Серёж. Тебе что-то плохое приснилось? Ты стонал, плакал, говорил что-то непонятное. Я боялась, что ты Кнопика разбудишь.
Я вскакиваю с кровати, начинаю лихорадочно ходить по комнате. Состояние не передать. Это – и шок, и ужас, словно после приснившегося кошмара, и огромное облегчение, что это всего лишь был сон.
Я успокаиваю жену, говорю ей, что расскажу всё, что приснилось, утром. Слава Богу, своим шумом не разбудил сына. Он мирно посапывает в своей кроватке, приставленной встык к нашей.
Понемногу ужас переходит в приятное удивление и твердое намерение выполнить данные Третьему и самому себе обещания. Проваливаюсь…
Снова утро.
Весь под впечатлением ночного сна, собираюсь на работу. Вспоминаю, что во сне, когда спускался по лестнице, не читал Мою Личную Молитву.
Когда-то давно, я где-то вычитал, что со временем, некоторые верующие начинают составлять свои собственные молитвы. И существует даже некоторый мистический момент в составлении собственных молитв. А именно: со временем человек, составляющий собственные молитвы, находит фразы или куски своих молитв во вновь открытых для себя, ещё не встречавшихся раньше канонических текстах молитв.
Так это или нет, я не знаю, но давным-давно, в один прекрасный день, легко и не затрудняясь, я составил одну из таких молитв. Обычно я читал её по утрам с момента, когда закрывал за собой дверь в квартиру и до того, как открывал дверь подъезда. Бывало, читал и в продолжение дня, но, как правило, обязательно читал её по утрам, спускаясь по лестнице в новый день.
И, словно желая огородиться от ужасов прошлого сна, я повторяю, спускаясь по ступенькам слова моей молитвы, и уверенность снова приходит ко мне.
«И нечего бояться, это всего лишь был сон»,– отговариваю я себя, но всё ещё так свежи и грузовик, врезающийся в меня и кадры фильма, что показывал мне Третий.
– Аминь, – заканчиваю я. И замираю перед закрытой дверью. Я стою и продолжаю молиться, прошу Бога защитить меня и уберечь, много говорю, и в конце обращаюсь к своему Ангелу-хранителю, чтобы он не оставлял меня не на миг, и поддержал, когда мне будет плохо.
Наконец открываю дверь подъезда. Подхожу к машине.
Машину я паркую во дворе, под окном. Тыкаюсь обычно в свою, с боями завоеванную ячейку, между уазкой и пятнадцатой, и так получается, что выехать обратно на дорогу можно только задом. Поэтому, когда я увидел большущего черного пса, лежащего под багажником моей машины, радости мне эта картина совсем не принесла.
Хочу прогнать пса. В голове картинки из увиденного во сне, всё еще очень свежо.
«Ты можешь всё исправить. Как можно это всё исправить? Сколько времени на это потребуется?», – силюсь сходу дать ответы на крутящиеся в голове вопросы, но ответы не складываются, зато новых вопросов становится всё больше.
«Надо, чтобы пёс ушёл, но чтобы и пса не обидеть, так сказать».
– Давай, уходи отсюда,– говорю ему. Машу рукой в сторону, словно показывая ему направление, куда ему нужно уйти. – Мне уезжать надо на работу. Давай, пошёл, пошёл отсюда.
– Надо ли?
Я сразу даже и не понял, что это пёс говорит.
– Пошёл отсюда? Интересный вы народ, лю-ю-ю-ди.
Он так и произнес, растягивая – «лю-ю-ю-ди».
– Когда вам страшно, в трудную минуту, когда вы в беде, вы хотите чтобы мы, ваши хранители, были рядом и защищали вас. А стоит только жизни порадовать вас малость – никто вам и не нужен, не мы, да и никто и выше.
А меня так возмущение берёт, что пёс не уходит. Вопрос этот прямо раздирает – как я выезжать на работу буду, что я и не замечаю, что эта дворняга – говорящая.
– Не надо тебе сейчас ехать никуда,– говорит.
– Как это – не надо? Мне на работу надо,– отвечаю.
– Да, да, помню, работа…– он трясёт мордой, затем опускает её вниз. – Послушать Задорнова, так работа, это для вас, людей, что-то священное.
– Ра-бота,– он произнес это слово с разрывом, нараспев. -Наверняка тут глубокие египетские корни в этом слове. Святое это для вас, одним словом.
– Это тебе легко так рассуждать, Петросян ты четвероногий – тебе бабульки сердобольные косточек накидают, по помойкам пошаришься – вот уже и сыт и никаких проблем. Нам, лю-ю-ю–дям,– передразниваю его,– на еду надо зарабатывать, да на шкуры, которые в отличие от ваших, быстро изнашиваются.
– Если б только на еду и шкуры, а посмотреть на вас получше,– кивает мордой на мою машину,– вы готовы выше задницы прыгнуть, лишь бы обойти знакомых и родню, лишь бы купить в кредит чудо-машину, съездить в Египет или Турцию, жильё поменять на хоромы и потом на фоне всего этого фотографироваться и всем показывать – вот, полюбуйтесь, какие мы успешные. Ничего, что весь этот успех в кредит приобретен, да живете от зарплаты до зарплаты, постоянно перезанимая, да экономя на еде и отдыхе. Зато мы с виду успешные, пусть все обзавидуются.
– А что плохого в том, чтобы жить хорошо, в достатке и здоровым, ты мне скажи?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.