Владимир Гусев – Укус технокрысы (страница 36)

— Точечных — чего? — просит уточнить майор.

— Воздействий, — охотно поясняет Мартьянов. — Для изменения если не направления, то во всяком случае темпов развития нашей цивилизации достаточно, в общем-то, совершенных пустяков. Не будь у Наполеона сильнейшего насморка во время решающего сражения, не отдай он всего лишь одного ошибочного приказания — и мир сейчас мог бы быть совершенно иным. Но это общеизвестно.

Гриша возмущенно фыркает.

— Прошу вас, давайте более конкретно, — требует председатель. Допустим, это действительно НЛО. Что мы должны делать?

— Я уже спрашивал у рамки. И она ответила вполне однозначно: ничего!

Гриша прыскает в бороду.

Члены комиссии не выдерживают.

— То есть как?

— А люди?

— У кого вы спрашивали?

— Хватит ерундой заниматься! Председатель! Зовите специалистов!

Мартьянов невозмутимо достает из внутреннего кармана пиджака изогнутую буквой «Г» металлическую спицу и что-то тихо говорит. Спица тотчас, словно пушкинский петушок, поворачивается и ударяет экстрасенса в подставленную ладонь левой руки.

— Вот видите! Ничего делать не нужно! — радуется подтверждению Мартьянов.

— Шарлатан! — отчетливо говорит военный.

— Отнюдь нет, — ни капельки не обижается Мартьянов. — У вас, кстати, с печенью не все порядке, после заседания подойдите, пожалуйста, я вас вылечу. Бесплатно.

Майор, судя по реакции, сражен наповал. Смотрит на Мартьянова остекленевшим взглядом и молчит. На остальных это тоже подействовало. Понятно, у каждого есть какие-то болячки, причем куда более достоверные, нежели НЛО.

— Да, но там остались люди!

Мартьянов тихо советуется с рамочкой. Дважды она бьет его по ладони, а потом отклоняется в другую сторону и, словно ствол дуэльного пистолета, целится прямо мне в переносицу. Поскольку мы с Гришей сидим близко от председателя, я совершенно отчетливо вижу, что это не спица, а тонкостенная трубочка.

— С людьми ничего плохого не случится. Они сейчас временно отключены от реальности. Послезавтра тарелка улетит — и они придут в себя. Правда, помнить ничего не будут. А так — все в порядке.

— Значит, уже послезавтра мы узнаем свое будущее?

— Мы? Нет, не узнаем. Ни послезавтра, ни через неделю, никогда. Вся информация о будущем будет уничтожена, и «Тригон» станет просто тройкой заурядных суперкомпьютеров. Или даже…

Мартьянов шепчется о чем-то с рамкой, она ударяет его по левой ладони, и экстрасенс уточняет;

— И даже не компьютеров, а просто полупроводниково-оптического металлолома.

— У вас все? — с надеждой спрашивает Сапсанов.

— Да. Я знал, что вы мне не поверите, но счел своим долгом… Теперь совесть моя чиста. — Мартьянов, не обращая внимания на ехидные улыбки, возвращается к окну, долго скрипит стулом и, наконец, застывает в позе «скромность и достоинство».

— Тебе что, не смешно? — тычет меня в бок Гриша.

— А ты смог бы стоять на своем, зная, что это вызовет только смех и улыбки? — невежливо отвечаю я вопросом на вопрос, и Гриша перестает улыбаться. Но, поразмыслив, добавляет:

— Смог бы. Если бы знал наверняка, что уже сегодня вечером половина из насмешников придет ко мне на диагностику. И тогда уже я буду над ними посмеиваться — втихаря, конечно.

— Внимание, господа! — хлопает в ладони Сапсанов. — Продолжаем опрос специалистов. Слушаем завсектором обслуживания ВК Вячеслава Борисовича Бирюкова.

Завсектором — толстый, лысоватый и усатый мужчина лет сорока начинает долго и путано объяснять, как они приспосабливали «Мудрецов» к решению «нестандартной», как он выразился, задачи.

— В какую-либо компьютерную сеть комплекс был включен накануне аварии? — пытается Гриша сразу ухватить быка за рога. Молодец. Моя школа: не отвлекаясь на детали, сразу переходить к главному. Я ему вчера не сказал, что источник вирусной инфекции, возможно, находится в Озерце. Но он, похоже, и сам проинтуичил.

— Нет, конечно, — уверенно отвечает Бирюков. — До сдачи в аренду «Тригон» был соединен с ближайшим узлом сети «Невод», но после того, как мы начали его достраивать, сертификат на включение в сеть, естественно, потерял силу.

— Ты чего? — испуганно спрашивает меня Гриша. — Застыл, словно изваяние, и глаза какие-то… остекленевшие.

— Все в порядке. Медитирую.

Я снова начинаю дышать и даже улыбаюсь — ради Гриши, чтобы он не переживал за меня.

Так, значит, родина вируса «шизо», поразившего сети, — вовсе не Озерец? Во всяком случае, не ВК «Тригон». Но тогда что я здесь делаю? Вместе с Гришей, лучшим охотником Корпорации? Получается, нас просто выключили из игры?

— Для чего вам понадобилось в десять с лишним раз увеличивать количество каналов обмена между компьютерами? — строго спрашивает конструктор «Мудреца». От этого простого вопроса Бирюков вздрагивает, съеживается и, промакивая лысину большим клетчатым платком, бормочет что-то про уникальное программное обеспечение, разработанное Пеночкиным в расчете на суперкомпьютеры «Крэй», которые Фонд должен был закупить, но так и не закупил. Это оригинальное ПО могло быть адаптировано для «Мудрецов» в том и только том случае, если и сами они будут адаптированы…

— Слушай, Гришуня, — шепчу я в промежуток между бородой и шевелюрой своего соседа, — а почему ты про сеть спросил? Что надоумило?

— Не что, а кто, — простосердечно признается Гриша, — Грибников первый подметил, что следы вируса, возможно, ведут в Озерец. А тебе Воробьев разве де говорил?

— Да упоминал что-то такое мельком.

Так-так… Значит, идею про связь вируса с «Тригоном» подбросил нам в «Кокос» Грибников. Словно «жучка» или «сверчка». И мои подчиненные, как глупые окуни, тут же клюнули и потащили наживку ко мне. Я тоже сразу не разобрался…

— Еще в каком-то вирусе упоминался «Тригон», — подсказывает Гриша. Я был уверен, что именно поэтому мы и полетели в Озерец.

— Поэтому, поэтому… Только «Тригон», оказывается, отключен от сетей!

— Кто сказал, что отключен? — изумляется Гриша.

— Да вот же, Бирюков!

— Он этого не говорил. Сертификата у них нет — это да. Но неужели ты думаешь, что Петю Пеночкина это остановило бы?

И в самом деле. Что-то я чересчур нервным стал. Подозреваю чуть не каждого встречного… Но все равно, в этом вопросе надо разобраться.

— А для чете вам понадобились телекамеры? — продолжает задавать вопросы конструктор «Мудреца». — Целых три штуки. Я тут посмотрел некоторые документы и раскопал такое! — Повернувшись к Сапсанову, он начинает загибать пальцы: — Три широкополосных микрофона, дюжина термодатчиков, шесть акселерометров, и даже… Нет, вы подумайте только, даже три анализатора запахов, уникальные опытные образцы! Для чего все это было нужно, потрудитесь нам пояснить!

Бирюков еще больше съеживается, переплетает короткие пальцы, поросшие черными волосками, и растерянно опускает глаза.

— Не знаю. Эти работы велись по отдельному графику.

— И заведующий сектором не контролировал их? — удивляюсь я. Ну и порядочки! Да если бы я не знал хотя бы об одной из ведущихся на фирме работ — грош цена мне была бы как директору! А тут несчастный завсектором не удосужился поинтересоваться…

— Дело в том, что они и финансировались отдельно. Фирма «Солнце» вторично арендовала у нас эти компьютеры вечерами. Она-то и закупила всю эту экзотику, о которой вы говорите,

— Ну что, шеф, похоже, Пеночкин опять принялся за старое? Все это весьма напоминает историю с «Элли», — шепчет Гриша.

— Да. Только на этот раз он предусмотрел систему защиты. Довольно оригинальную, надо сказать.

— Интересно, как он сделал этот «генератор ужаса»?

— Нет проблем. Подключил обычный пугастер к источнику постоянного страха — и у всех волосы дыбом.

— Пугастер? — не сразу понимает Гриша,

— От слова «пугать», — подсказываю я. — Если есть кластер и фломастер, то почему бы не быть и пугастеру? Давно пора изобрести.

— Хорошо нам тут изощряться… — мрачнеет Гриша. — А там люди…

— В Корпорации тоже люди. Мы с тобой непонятно чем здесь занимаемся, а по сетям вирус гуляет. Разгонят нашу фирму — ты быстро новую работу найдешь?

— Быстро. Может, не такую интересную, но — быстро. Тебя, кстати, тоже, любая компьютерная фирма возьмет.

— Старшим помощником младшего программиста? Пеночки знал, на что идет. И те, кто с ним, тоже. Во всяком случае, догадывались. А вот мы с тобой… Ладно. Ты здесь поприсутствуй пока, а я попытаюсь связаться с «Кокосом» и узнать последние новости.

— Я как раз подумал о том же самом. Мне Воробьев обещал переслать «бредни» этих спятивших артегомов. Захватишь? — оживляется Гриша. Сапсанов стучит карандашом по столу.

— Ну, если они уже готовы…

Бирюков, бледный и вспотевший, вещает что-то про трудности финансирования и безвыходную ситуацию. Я подхожу к председателю комиссии и вполголоса требую: