Владимир Гуринов – Иркутский фальшивомонетчик (страница 8)

–– Вот она, я её всё-таки нашёл, – промелькнула мысль, от которой стало как-то приятно и радостно на душе.

Наверное, если бы эту штольню он нашёл в первый же день, то такого ликования не было.

Недалеко от штольни лежала разрезанная по вдоль металлическая бочка, наполненная дождевой водой. Рядом с бочкой была небольшая горка породы, а также расколотые кварцевые камни.

–– Похоже, здесь уже кто-то пытался намыть золото, – подумал Владимир.

Пройдя по склону горы ещё немного, он увидел ещё одну штольню. В этой не было льда, но она была не большой, всего метров двадцать в глубь горы. Побродив ещё вокруг, обнаружил ещё множество шурфов и траншей.

–– Да, есть где покопаться! – сделал выводы он.

На следующий день, взяв с собой фонарик, небольшую походную лопатку и большую алюминиевую чашку, он направился к штольне. В планы на этот день входило: в различных местах набирать породу и с помощью чашки – промывать. Придя на место, он с трудом пролез между ледяными сосульками на входе в штольню. Пройдя до конца всю штольню, Владимир понял, что набрать породы на пробу ему не удастся. Стены и потолок были обмёрзши льдом. На полу также был толстый слой льда. Выбравшись наружу, он решил набрать породы на пробу из какой-нибудь траншеи.

Спустившись в одну из них, углубился ещё на полметра и, когда лопата упёрлась в монолит коренной породы, нагрёб в алюминиевую чашку землю, состоящую из мелких камней и песка.

Владимир помнил из рассказов Сергея, что основная масса золота здесь состоит из очень мелких пылевидных частиц, поэтому промывал породу очень долго и тщательно. Промывал в бочке, которая была возле штольни. Наконец, когда остался чёрный шлих, стал рассматривать. Какие-то блестящие частички были, но он никогда до этого не видел россыпного золота и поэтому не был уверен, что это было оно. Он стал набирать и промывать породу ещё. Осматривая очередной чёрный шлих, обратил внимание на красивый маленький камушек, который переливался с жёлтого на красноватый оттенок.

–– Может, какой драгоценный камень, – подумал он.

Взяв нож, надавил остриём на камушек. Неожиданно, камушек рассыпался, и Владимир увидел внутри жёлтый кусочек, похожий на тонкую проволоку длинной около трёх миллиметров и с пол миллиметра толщиной. Положив этот кусочек на бумагу, он стал остриём ножа давить его. Проволочка легко плющилась. Несомненно, это было золото. Это вдохновило и придало силы. Владимир, не обращая внимания на комаров, которые казалось, допивают последнюю кровь, вновь полез в траншею копать породу. Теперь он разбивал, или крошил ножом каждый кусочек кварца. Но что-либо похожего, больше так и не попалось. Хотелось взять пробу из другой траншеи или шурфа, но к вечеру комары особенно стали агрессивны, чувствовалась усталость, и Владимир отправился на базу.

На следующий день он планировал ещё раз сходить на штольни, но, поразмыслив, решил:

–– Главное сделано, штольни найдены, золото есть. Теперь надо везти необходимое оборудование и заниматься промывкой.

Ранним утром он отправился домой.

Приехав в Иркутск, он первым делом отправился к Сергею, которого опять застал пьяным.

–– Что случилось? Почему ты, добравшись до места, уехал назад? – спросил Владимир.

–– А почему ты меня бросил? – вместо ответа набросился на него Сергей

–– Как я тебя бросил, ты же вернулся назад?

–– Я не вернулся, я попытался перебраться на тот берег и чуть не утонул! – зло выпалил Сергей.

И немного успокоившись, продолжил:

–– Когда ты ушёл далеко вперёд, я решил перебраться на другую сторону. Выбрал место, где река помельче, и пошёл. Но на середине реки меня опрокинуло течением и понесло на глубину. Тяжелый рюкзак перевернул меня на спину и в таком положении я несколько минут барахтался в воде. Чуть не захлебнулся. Потом меня вынесло на мелководье опять к этому же берегу. Я кричал тебя, но ты не откликался. В воде я потерял один ботинок. И вот так, с одним ботинком на ноге, пошёл назад. Хорошо, что Павел не уехал. Мы переночевали в тракторе. А утром вода немного спала, и мы решили попробовать переехать реку. А когда приехали на базу, было очень тяжелое состояние, надо было похмелиться. А где взять? Вот я и не вытерпел, и с Павлом поехал назад. Конечно, уехал ещё из-за того, что было зло на тебя, что ты бросил меня. Да, кроме того, я не брал с собой запасную обувь. Как бы я в одном ботинки ходил?

–– Как же ты в одном ботинке домой добирался? – рассмеялся Владимир.

–– Павел выручил, дал мне старые кирзовые сапоги.

–– Так что, ты больше не поедешь туда?

–– А что, ты что-нибудь нашёл?

–– Всё нашёл: и штольни и золото, – ответил Владимир и стал рассказывать о своих поисках и пробной промывке.

–– Осталось дело за малым, надо делать лотки и ехать потихоньку мыть, – закончил он свой рассказ.

–– Уже скоро октябрь, а там холода. Нет, в этом году уже не получится, – произнёс Сергей.

–– Там ещё вот в чём проблема: порода в вечной мерзлоте, надо бы взрывчатки наготовить. Кайлой да ломом замучаемся долбить, – добавил Владимир, вспомнив про обмёрзшую штольню.

–– Ну вот, тоже потребуется время. Короче говоря, давай отложим эту затею до следующего года, – подытожил Сергей.

Наступившая зима пролетела незаметно, еще наверное и потому, что Владимир встретил девушку и женился второй раз.

К экспериментам, по изготовлению печатных форм для изготовления денег, интерес притупился и за всю зиму он почти не прикасался к этому занятию. Теперь чаще он думал о предстоящей поездке за золотом.

Сергей же наоборот, упорно пытался получить качественную печатную форму для двадцати пятирублевки. Он как-то даже признался, что подключил к этому делу свою жену – Тамару, которая помогала рисовать ему, так называемую паркетную сетку, представляющую собой тонкие волнистые линии, образующие фон на двадцати пятирублевке.

Однажды, Сергей приехал к Владимиру и с радостным выражением лица, показав, совершенно чистый клочок бумаги воскликнул:

–– Вот, посмотри, мне удалось обесцветить десятку, при этом не повредив бумагу. Это не может сделать никто! – говорил он, показывая совершенно чистую бумагу, на которой, если посмотреть на просвет, виднелись светлые и тёмные звёздочки. – Теперь не будет проблемы с изготовлением бумаги. На обесцвеченную десятку можно будет напечатать двадцать пять рублей, ведь бумага совершенно одинакового размера и водяные знаки – такие же.

–– Так может тогда лучше обесцвечивать пятьдесят и печатать на неё сто, они ведь тоже одинаковы по размеру и водяной знак такой же – профиль Ленина, – предположил Владимир, рассматривая бывшую десятку.

–– Нет, не получится, пятьдесят рублей зелёные. Я обесцвечивал рубль, пятёрку, десятку. А вот тройка, которая зелёная, не обесцвечивается. Потом я нашёл в справочнике, что пигмент зелёной краски состоит из окиси хрома, которая ничем не обесцвечивается, – рассказывал Сергей.

–– А как с печатными формами? – поинтересовался Владимир.

–– Такого качества как хотелось бы, пока не получается, – как-то грустно признался он.

Прошла зима, наступил месяц май. Всё было готово для поездки за золотом. Приехавший перед поездкой Сергей, попросил Владимира, чтобы он не забыл ружьё.

–– Зачем оно, тащить лишний груз! – запротестовал Владимир.

–– Мало ли что, вдруг волки нападут! – сказал Сергей.

–– Волки на людей не нападают, – ответил Владимир.

–– Кто это такое сказал тебе! – не поверил Сергей.

–– Я сам читал об этом. За всю историю человечества, не было зафиксировано документально ни одного случая, чтобы волк напал на человека. Это только в сказке про красную шапочку, волк съел бабушку. Ты вот говорил, у тебя много знакомых охотников. Хоть раз слышал, чтобы кто-нибудь знал такие случаи, когда волк напал на человека?

–– Нет, – признался Сергей.

–– Ну вот, и не услышишь, потому что волки не нападают на людей.

–– Но есть медведи, которые нападают и вообще, как можно в тайге без ружья! Ты ещё не забывай, за чем мы идём! – взбесился Сергей, – мало ли что, не даром же говорят, что где золото, там часто и кровь!..

–– Да, самый страшный зверь в лесу – это человек, – произнёс Владимир.

Последний аргумент Сергея на него подействовал, и он согласился взять ружьё.

Взвалив тяжёлые рюкзаки, они отправились на электричку.

С Черемхово, на автобусе доехали до деревни «Инга». Эта деревня была самой ближайшей от того места, куда они направлялись. Затем пешком, по уже знакомому пути добрались до базы, где прошлый год были заготовители ягод. Избушку лесника обошли стороной, чтобы избежать лишних расспросов.

У ручья решили сделать привал. Сергей стал доставать котелок, чтобы сварить чай.

–– Чёрт возьми! – воскликнул он, доставая из рюкзака какие-то железяки. – Тащил столько лишнего груза. Давно надо было выкинуть, а я совсем забыл про них.

–– Что это? – поинтересовался Владимир, подходя к Сергею.

–– Да вот, испорченные печатные формы взял, чтобы выкинуть. Надо было сразу, как зашли в лес избавиться от них, а я забыл. Добрых, килограмма два лишних тащил, почти тридцать километров.

Владимир просмотрел пластины. Это были медные и цинковые листы, на которых было рельефное изображение двадцатипятирублёвой купюры. Почти на всех была накатана чёрная краска. На пластинах был один и тот же дефект: во многих местах, где были тонкие линии, эти линии были растравлены кислотой.