Владимир Гуляев – Неразгаданный секрет арифмометра (страница 3)

– Да, Володя, ты меня, конечно, удивил. Моложаво выглядишь, моложаво! А работаешь ты кем?

– Вообще-то, строитель я. Техникум закончил, потом институт! Инженер – строитель, в общем. Как-то так! А, что?

– Тут уж вроде я тебя по батюшке должен бы величать! Отца-то как звали?

– Георгиевич я!

– Георгием, значит, отец твой был! Стало быть, и мой Вовка, когда вырастет, тоже будет Георгиевичем!

– И что?

– Да я просто рассуждаю! Понимаешь, Владимир…Георгиевич, штука, какая получается! Я ведь даже и не задумывался раньше, вот до встречи с тобой, что это звучит! Отчество у детей моих будет звучать! Вячеслав Георгиевич – так будут величать моего старшего сына, Славку. А Вовку, значит, будут звать – Владимир Георгиевич!.. Красиво звучит! Это хорошо! Знаешь, а обоих сыновей я тоже потом в строители определю, ну в смысле подскажу им, чтобы строителями стали! А что, смотри-ка, строители молодцы: дома и школы строят! Вечная профессия, правда, Владимир? А знаешь что, я подарю тебе вот этот значок на память о Севере и нашей встрече. Это мне Вовка его прицепил на пиджак – пусть, говорит, висит, красивый мол.

При этих словах отец отцепил с лацкана пиджака значок с изображением белого медведя на черном фоне и надписью «Норильск» и прикрепил Владимиру на куртку:

– Носи!..

Еще немного поговорив, допив пиво, они расстались с отцом «друзьями». Отец пригласил его в гости, но Владимир отказался, сказав, что в другой раз как-нибудь обязательно зайдёт и, пройдя соседним двором, вернулся в свой двор с другой стороны школы и сел на лавочку возле школы.

Ребятня уже играла в лапту. Всё шло своим чередом, а значит, его появление здесь не нарушило ход истории, возможно не нарушило. Вон его друзья бегают и резвятся. Даже велосипеды кое-кто положил на землю. В компании-то играть веселее, чем одному на велосипеде ездить. «Друг Витёк, помнится, один любил ездить. Жаль, конечно, его велосипед! Угнали его… Милиция тогда велосипед не нашла, а может и не искала. Да, скорее всего, что вовсе и не искала. Так что Витёк тогда стал, как и мы все – «без велосипедным» пацаном.

После двух кружек пива и приятного разговора с отцом Владимир просто сидел и смотрел на детвору, на друзей и на себя – маленького, не зная, что же ему делать дальше.

«Да, интересные времена тогда были, и очень интересные события происходили в детстве! Некоторые, возможно, тогда были ключевыми для нас, каждого в отдельности, и имели какое-то своё предназначение. Скорее всего, мы и не придавали им никакого значения, происходило что-то и происходило, как бы случайно, но, видимо, оставалось где-то глубоко в памяти, как некая точка отсчета, раз я вот тут сижу и философствую! А, может, это должно было произойти, и к любой произошедшей случайности приводит какой-то ряд весьма неслучайных, но, возможно, последовательных желаний, поступков или когда-то принятых решений, о которых мы забываем с годами.

Это в книгах жанра фантастики всё просто: создали электронное или протонное оборудование и совершили путешествия во времени или такие путешествия там происходят при помощи не совсем классических "машин времени", а при помощи обнаруженных "чёрных дыр" или естественных порталов.

Ни того, ни другого, ни третьего я не обнаруживал и не изготовлял! Но коим-то образом это всё случилось и должен быть какой-то выход из этого и, возможно, существует очень простой способ вернуться назад. Может нужно просто зайти в подъезд и постоять на том самом месте, где я появился три часа назад, или попрыгать. Может и так, попробую проделать это чуть позднее, вечером. Меньше будет вероятности с кем-то встретиться. Просто смех и слёзы! И здесь сидеть как-то неловко. Зайду в школу, посмотрю, как идет подготовка к её открытию, пережду время и вспомню былые годы!»

Зайдя в вестибюль школы, пахший свежей масляной краской и шпаклёвкой, Владимир с ясностью вспомнил этот запах и этот цвет стен, эту желто-коричневую плитку на полу. Прямо впереди женщины-маляры докрашивали ограждение гардероба, слева в конце вестибюля стекольщики стеклили перегородку с небольшими прямоугольниками окошечек и дверью перед лестничным маршем. Помнится, в классе втором, через эти окошечки они с друзьями пролезали, обходя дежурных, чтобы не носить сменную обувь.

Владимир с улыбкой вспомнил про тот случай. «Чего только они не выдумывали, будучи школьниками. Вот спасибо арифмометру! Окунул в страну детства. Главное вынырнуть бы в своём времени».

Неожиданно он услышал:

– Добрый день! – к нему подходил директор школы, Пуговкин Владимир Иванович.

– Добрый день, Владимир Иванович!

– О, Вы меня знаете? Что-то я Вас не припомню!

Владимир понял, что «лопухнулся» и надо было выравнивать ситуацию:

– Да, нет! Дочь говорила, что у внука в школе директор Владимир Иванович! А я тоже Владимир! Вот и запомнил сразу.

– Ваш внук к нам в школу придёт учиться? Это хорошо! Школа новая, просторная! Вы знаете, что её за десять месяцев построили! Представляете, какие строители молодцы!

– Да, быстро строили, я наблюдал за стройкой. А внук мой в первый класс пойдёт. Вот я и зашёл посмотреть, что здесь внутри и как? Если можно в классе посидеть, желательно в том, в котором 1-А учиться будет! Так сказать, глянуть дедовским взглядом!

– Ну почему же нельзя! Пойдёмте, там как раз будущая учительница вашего внука подготавливает класс!

После этих слов, у Владимира «поехала крыша»: то ли от слов директора, то ли от всего происходящего: «На сегодняшний день – это уже перебор! Да, что же это такое? Кошмар какой-то, конечно это приятно, когда в воспоминаниях, но так, вживую, это просто невероятное что-то! Зою Николаевну увижу! С ума можно сойти!»

– Вам, не хорошо! Владимир… извините…

– Георгиевич… Нет, всё нормально, правда, всё хорошо. Просто, знаете, как-то светло очень в школе, красиво, солнечно, аж в глазах искорки замельтешили… нам бы такие школы…, думаю, Вовка будет пятёрки таскать!

– В смысле – таскать?

– Ну, я имею в виду, что учиться будет хорошо, на «пятёрки»! Он паренёк смышлёный, Гуляев его фамилия.

«Зачем я это сказал! Прямо кто-то меня спрашивал, пиво с запахами краски смешались, видимо!»

– Ну, что же, пройдемте в класс вашего внука.

И они пошли на второй этаж.

– А Вы воевали, Владимир Георгиевич?

Врать не хотелось. Правду Владимир Иванович, фронтовик – разведчик, распознал бы сразу. Поэтому Владимир ответил уклончиво, благо за свою жизнь он прочитал достаточно книг и посмотрел много фильмов о разведчиках:

– Знаете, мне бы не хотелось об этом говорить, да и не имею права, уж извините. Вы, Владимир Иванович, как бывший фронтовой разведчик, я думаю, понимаете меня!

– Да, конечно! А вот, кстати, и будущий класс Вашего внука, 1-А.

– Очень хорошо!

– А как Вы узнали, что я на фронте в разведке был?

– Служба, Владимир Иванович! Служба!

– Ну, да! Ну, да!

Они вошли в класс, просторное и светлое помещение, с тремя огромными окнами и тремя рядами, новеньких блестящих парт. Возле окна стояла его первая учительница. Она и тогда казалась небольшой и хрупкой, а сейчас с высоты его роста, она показалась ему совсем маленькой молодой женщиной.

– Вот, Владимир Георгиевич, здесь и будет учиться 1-а, и ваш внук. А это классный руководитель класса – Карасёва Зоя Николаевна! Прошу любить и жаловать! Она будет четыре года учить детишек уму-разуму.

– Здравствуйте! – Тихим приятным голосом поздоровалась она.

– Здравствуйте, Зоя Николаевна!

Владимир подошёл к первой парте у окна и с трудом втиснулся в узкое её пространство:

– Можно я здесь некоторое время просто посижу? Так сказать изучу обстановку.

– Конечно! А я вас оставлю, строителям кое-что нужно подсказать, чтобы не упустили! – сказал директор школы и удалился.

Зоя Николаевна занималась хозяйственными делами в конце класса, а Владимир сидел за «своей партой» и смотрел на классную доску. «Так вот почему тогда, 1-го сентября, Зоя Николаевна сказала Вовке, когда он уселся за эту парту: «Вова, а твой дедушка тоже сидел за этой партой и сказал, что ты здесь будешь хорошо учиться». Он тогда и не понял, о каком это дедушке говорит учительница, а потом и забыл про её слова.

Владимир посмотрел в окно.

Теплый августовский день радовал солнцем, но это мог быть последний теплый день: на Севере так – осень резко переходит в зиму и северная зима стремительно засыпает снегом всё вокруг, укладывая его плотно и надолго. Почему-то ему вспомнился день, когда их распустили из школы по домам в связи с приближением арктического циклона. Обычно по радио объявляли актировки, которые освобождали их от учебы, а в тот раз, видимо, метеослужба чуть запоздала с объявлением…

Да, за эти четыре часа, которые он находится в своем прошлом, сколько воспоминаний всплыло!

Сидя за этой малюсенькой партой, Владимир хотел обернуться и посмотреть, что там делает Зоя Николаевна, но вдруг, он скорее почувствовал, нежели услышал, откуда-то сбоку лёгкий и тонкий звук, похожий на звук колокольчика – «дзи-нь-нь»!

От неожиданности Владимир даже глаза прикрыл на мгновение и тут же почувствовал, что он сидит в кресле!.. Просто в обычном кресле, дома! Рядом стоял арифмометр «Феликс» с набранными рычажками цифрами – 2-2-0-8-1-9-6-4.

На кухне работал телевизор.

«Значит приснилось! Надо же, как явно всё было! Сколько же я времени спал?»