Владимир Гришин – Энергетические войны – 2 (страница 23)

Конечно, слова о превращении капитализма в колоссальную мощную систему – империализм, не считающуюся с границами и законами других государств, приведены в докладе совсем некстати. Просто, как говорилось выше, они притянуты для прикрытия отсутствия в нём конкретных предложений и для поднятия уровня его научности. Из них невозможно сделать даже принципиальный вывод: должны ли коммунисты на основании прогнозов классика ждать лучших времён, когда чудное дитя созреет и разродится социальным равенством, и при этом удерживать рабочих от радикальных действий, или помогать ускорению этих родов. Пленум в целом не дал вообще каких-либо рецептов, чем лишний раз продемонстрировал оторванность марксизма и сегодняшних его фанатов от конкретных задач пролетариата.

Другой важнейший тезис марксизма, также кажущийся втиснутым в доклад только ради демонстрации верности революционной классической теории. Приводятся слова В.И. Ленина о том, что «диктатура пролетариата… не есть только насилие над эксплуататорами и даже не главным образом насилие». Главным является новая экономическая основа общества, когда «осуществляется более высокий тип общественной организации по сравнению с капитализмом. В этом суть. В этом источник силы и залог неизбежной победы коммунизма». Но в таком виде рабочему сложно нести эти мысли. К ним необходимы простые понятные объяснения. Геннадий Андреевич что-то пытается добавить о том, что «идея диктатуры пролетариата оболгана и осквернена буржуазной пропагандой», что «в форме Советской власти она была установлена практически бескровно». И всё. А что это такое на практике, в чём заключалась её рабочая сущность, и почему с её помощью не удалось удержать власть – ни слова. Хотя именно об этом хотел бы услышать современный пролетариат, помнящий многие теневые стороны того времени и желающий получать от теоретиков научные рецепты действий. Следует добавить, как уже говорилось, базовое для победы коммунистов понятие «диктатуры пролетариата» было изъято из партийных документов по требованию главного коммуниста того времени Н. Хрущёва и до сих пор там не представлено.

Ещё более странным и несуразным выглядит в контексте темы разговор на Пленуме о «русском вопросе как пролетарском». Говорится, что он является «ключом к решению национального вопроса». Его «решение и судьба всех народов страны» зависит от того «либо сохранится диктатура капитала, либо утвердится пролетарская диктатура». И всё. Нет даже разъяснения этой проблемы. Такой разговор ни о чём вряд ли будет полезен рабочему классу в его борьбе за свободу. А, к сожалению, вся революционная теория представлена в материалах пленума, как и в классической литературе, в виде таких запутанных шарад.

И наконец, главный момент всей этой темы. Его Г. Зюганов обозначил в докладе так: «Зачем рабочему классу и его пролетарскому ядру нужна Коммунистическая партия?», Он, мне кажется, и здесь опять всё напутал. Ведь именно рабочий класс является ядром пролетариата, а не наоборот. Но суть вопроса понятна. И на неё докладчик очень подробно пытался ответить. Он считает, что партия нужна рабочим для осознания своих коренных интересов и чёткого определения стратегических целей, для координации их действий, для противодействия буржуазной пропаганде, для взаимодействия с союзниками и трудящимися России и зарубежья, для того, чтобы его представители могли получить возможность участвовать в работе органов государственной власти, и даже для такой непонятной на слух цели, как «одухотворение деятельности профсоюзов».

К сожалению, все эти лозунги висят в воздухе и не колышут даже волосы трудового народа. Сам докладчик гордо заявил: «КПРФ борется в Госдуме за закон по промышленной политике и этим демонстрирует тесную связь патриотизма и классового подхода в своей работе». Но для народа эта борьба больше напоминает возню нанайских мальчиков: ему можно только посмеяться перед вымиранием. «Стратегические цели рабочего класса связаны с заменой капитализма социализмом. Видеть стратегию и увязать её с повседневной реальностью может только Коммунистическая партия» – вот ответ Г. Зюганова по поводу выполнения партией первой из перечисленных им направлений помощи рабочему классу. И по-другому он ответить не может. В партии вся идеологическая работа монополизирована и поэтому практически отсутствует. Какие-либо отклонения от манускриптов столетней давности непозволительны.

Несмотря на это, нынешние теоретики и здесь не упускают возможности похвалиться своими сомнительными успехами: «Высокая концентрация рабочих на производстве остаётся важным фактором влияния партии коммунистов в пролетарской среде». Как удалось этого достичь и что делать дальше – в постановлении скромно умалчивается, хотя вроде бы требуется развивать первый успех. Прошёл год, и как я осведомлён по московской организации, в этом направлении не сделано ровным счётом ничего. Напротив. Рабочим надоела бездеятельность коммунистов, и они отошли от этого союза, создав без них свою собственную партию «Революционная рабочая партия».

Выше я говорил, что у КПРФ нет не только глубокого анализа происшедшего с нашей страной коллапса, устроенного руками коммунистов, стоявших у власти, но даже статуса того общества, в котором мы жили и за строительство которого предлагаем рабочим идти вновь на смертный бой. У нас нет данных о том, сколько борцов в нашей стране уже погибло в прошлых битвах в ХХ веке за победу и построение социализм. По моим расчётам, не менее 80 миллионов. Партия нигде не показала эти колоссальные жертвы, положенные на костёр свободы. Главное, не проанализированы причины падения социализма, с выводами, которые предотвратили бы подобные беды. В докладе Г. Зюганов признаёт: «Трудовому народу дорого обошлась измена со стороны Горбачёва и его камарильи, а ровно и неспособность партии их поправить». Но чётко объяснить, в чём эти преступления (другими словами, после приведённых им фактов о страданиях народа, эти действия коммунистов назвать нельзя) выражались, и как теперь обеспечено предупреждение их повторения, лидер КПРФ, как всегда, умолчал. Ведь Устав КПРФ менее демократичный, чем был у КПСС. Да и народ ещё помнит не только эти измены, но и номенклатурное поведение партийной элиты, и не почувствовал, что она в чём-то изменилась.

Яркий пример отношения рабочих к компартии – их взаимодействие на Украине, в мужественных республиках Новороссии. Я слышал несколько высказываний простых её защитников о том, что они недостаточно тесно и грамотно объединены. Но когда их спрашивали, почему они не обратятся за помощью к коммунистам, ответ был один: «Да вы что. Они давно занимаются только собой, только захватом парламентских мест. Держат 20 лет во главе Симоненко, который ни на что уже не реагирует». На мой вопрос, почему они не обратятся к российским коммунистам, двое рабочих ответили: «Мы были в Москве и видели, как Зюганов на иностранной машине подъехал к группе людей. Вышел в прекрасном костюме, сказал несколько слов и уехал. Вы представляете, если во время гитлеровской оккупации руководитель партизан вот так приехал бы на Крещатик. А у нас сейчас дела более сложные и запутанные, чем в те огненные годы. Нам с такими слугами народа не по пути». К сожалению, такое же мнение о патриотизме коммунистов сложилось и в Молдавии, несмотря на то, что она стала единственной страной на постсоветском пространстве, где коммунисты сумели на некоторое время путём выборов прийти к власти.

На этом фоне тем более непонятно, чем обоснованно желание КПРФ, чтобы народ признал её главенство. Ведь такое высокое доверие надо заслужить, в том числе и на собственном примере самоотверженности и действенности.

А как КПРФ борется с буржуазной пропагандой? Главный козырь в этой борьбе у капиталистов – сталинские репрессии. И до сих пор партия не может создать мощную комиссию и разобраться в этой трагедии. Есть десятки глубоких книг по этому вопросу. Есть различные документы. Но факты уходят в песок, а Г. Зюганов, когда нахальная Хакамада на передаче «Свобода слова» пристала к нему с требованием просить прощение за каких-то мифических 100 миллионов жертв репрессий, скромно оправдывался, что партия осудила их на своём съезде, вместо того, чтобы задавить её ложь фактами.

И последнее на эту тему. В докладе на пленуме приводятся слова В.И. Ленина вроде бы в поддержку тезиса о необходимости помощи КПРФ рабочему классу: «Для социалиста экономическая борьба служит базисом для организации рабочих в революционную партию, для сплочения и развития их классовой борьбы против всего капиталистического строя». Вот что на самом деле нужно пролетариату: собственная родная партия, а не посреднические услуги организации, в которой у самой тысячи нерешённых проблем, и которая очень далеко по своим взглядам отошла от интересов народа. Надо отметить, что пленум принял небывалые для последних пятидесяти лет по радикальности и по сложности постановление. Он обязал долгое время оторванный от полезной практической работы депутатский корпус идти на предприятия и налаживать связь с рабочими. Может быть, с этих героических поступков начнётся истинное возрождение бывшего великого и победоносного учения партии коммунистов и её самой. Но верится в это пока с трудом, особенно в связи с тем, что за год не сделано практически ничего.