Владимир Гордеев – След тайги. Сборник (страница 8)

И Настя, словно услышав мысли Эли, быстро оправдалась.

– Там, в автобусе, меня позвал папа и я села с ним, кстати, вон он, – Настя указала в сторону двух организаторов, которые уже строили детей.

– О! Я не знала, что твой папа один из организаторов. Это очень классно!

– Как видишь, не совсем. Приходится иногда отвлекаться, не откажу же я папе, если он что-то у меня попросит.

– Ну да, это так, – сочувственно произнесла Эля. – Ну так что насчет секрета?

Эля взяла инициативу на себя, думая, что сейчас Настя вновь отвлечётся.

– Значит, слушай! – Настя начала рассказывать, обе девочки встали в пару и потихоньку пошли с остальными ребятами в сторону заветного Пика.

Рассказ Насти получился сумбурным и разорванным: слишком эмоционально она рассказывала, часто отвлекаясь и переходя на совсем иные и, казалось бы, несвязанные темы. Но слово за слово и рассказ был окончен, а главная цель озвучена.

Сначала Эле показалось, что это какой-то сумасшедший дом и что ей надо бежать и не оглядываться. Но в то же время Настя излучала такую энергию и уверенность во всём том, что она говорит, что в душе Эли поселилось сокровенное доверие – так доверяют самому близкому другу.

Ещё Настя вкратце рассказала про поход на Великий исток; что происходило там, тоже сложно объяснить. И когда они вернулись оттуда, никто из ребят, её одноклассников, не задавал вопросов: для всех это был обычный поход, а на вопросы Насти отвечали, что всё это была интересная и захватывающая игра; даже сам физрук, который испытал это уже второй раз, не хотел особо разговаривать на эту тему, тем более рассказывать про того шамана, который и помог им выбраться.

Дети шли вдоль реки, листья как флотилии проплывали мимо, уносясь куда-то в сторону океана. Лес уже мало радовал обилием осенних красок, зелёными по-прежнему стояли сосны, но вот берёзы и лиственницы уже облетели полностью, а ковёр из хвои и листьев почти почернел от сырости и холода.

Река пролегала с одной стороны, с другой же – возвышался горный отвал, крутой и неприступный. Хмурость неба нагнетала, и казалось, что вот-вот пойдёт дождь. Но пошёл снег, лёгкий и слабый, словно кричащий о своей неопытности: «Я первый снег, не смотрите на меня так».

Погоду он не ухудшал, а вот настроение норовил подпортить всем, кроме, пожалуй, гидов.

Вадим Николаевич, шедший во главе отряда, темпа не сбавлял и никого не жалел, периодически оглядывался и широко улыбался – все на месте.

Настин папа, шедший позади всех, завершал отряд туристов и тоже был на седьмом небе от счастья – вот они, настоящие туристы.

Тропинка становилась всё уже, скала всё приближалась и приближалась, пока не осталась совсем тонкая тропинка между водой и камнем.

В этом не самом удобном месте решили сделать остановку.

Никто особо и не успел устать, поэтому многие начали возмущаться и предлагать идти дальше.

Настя молчала, она знала, что у их гидов всё под контролем и, если они решили сделать остановку, значит, так надо.

И совсем через небольшое время после остановки и исчезновения Вадима Николаевича откуда-то сверху прилетел конец туристического фала.

Меж камней и огромных валунов, которые визуально создавали уверенное основание для всей горы, спустился, крепко держась за верёвку, физрук, невероятно счастливый и довольный. После нескольких дежурных фраз он вновь вскарабкался куда-то вверх и крикнул по готовности.

Уклон был небольшой, верёвка, скорее всего, была лишь для антуража или незначительной подстраховки, как дополнительная точка опоры.

Дети по очереди, по одному, с интервалом буквально в минуту начали восхождение. Все восприняли такой способ подъёма с энтузиазмом. Настя пропустила Элю вперёд, на самом деле Настя была последней из детей в веренице. Обе девочки справились на ура, даже руки не устали. Подъём был недолгим – буквально каких-то 150 метров. Чувствовалось, как с каждым шагом воздух становился всё чище и холодней. На одном этапе так и вовсе можно было почувствовать себя среди облаков, к этому моменту к реке спускался небольшой туман и кратковременно все оказались в его пелене.

Верёвочное восхождение завершалось на большом мегалите, создающем удобный карниз-плацдарм для размещения большой группы людей. Физрук каждого взошедшего внимательно осматривал и садил под камень, чтобы ученики не разбежались.

Здесь, на карнизе, тумана уже не было, взору открывался потрясающий вид на реку, солнца по-прежнему видно не было, небо затягивали тучи.

Последним, неся фал и постепенно сматывая его, взошёл Настин папа. Это означало, что вся группа в сборе и готова продолжать маршрут.

Следующие полкилометра группа туристов шла, петляя вокруг камней и сосен, наклон был несильным, процесс подъёма осложняли сосновые шишки, которые от обилия влаги сложили свои чешуйки и катались по земле, вдобавок они были невероятно скользкими. Каждый из группы, в том числе и проводники, по разу, но упали на этих коварных ловушках.

Шли молча, подъём немного изнурял, дыхание было сбито и хотелось больше пить, чем говорить.

Настя повернулась к папе и спросила:

– Долго ещё идти?

Её губы и язык были сухими.

Папа посмотрел на свои часы и ответил, что уже пройдено очень много и что осталось всего каких-то двести метров набора высоты, что соответствует примерно половине километра ходьбы.

– Дальше сделаешь вывод сама? – он улыбнулся, Настя только сейчас заметила, что на лице у него солнцезащитные очки. Она усмехнулась:

– Зачем тебе очки? Солнца же нет.

– Солнце всегда есть, – заметил он, – а на такой высоте ультрафиолет незаметен и даже в пасмурную погоду он осуществляет своё пагубное влияние.

– А почему ты мне не сказал об этом? – возмутилась Настя.

На что папа опять улыбнулся:

– Каждый сам оценивает своё состояние, я считаю необходимым для себя защиту зрения от ультрафиолета, я уже старенький, а ты вполне себе молодая, так что в будущем сама будешь решать этот вопрос.

– Хм, – недовольно хмыкнула Настя, – хорошо.

Расчёт времени был верный: не прошло десяти минут, как группа достигла места назначения. Небольшой лагерь, украшенный удобными, до блеска отполированными скамейками из половинок стволов деревьев, выложенными в четырёхугольник, посреди которого было костровище с предусмотрительно оставленным таганком и чайником. Неподалёку почти с самой вершины горы бил маленький ключ с чистейшей водой. Примечательным был также и вкус воды. Настя очень любила пробовать такую воду, каждый источник был с уникальным вкусом, ей даже хотелось собрать некую коллекцию минеральных изысканий – маленькие бутылочки с водой из мест, где она побывала, но пока это оставалось мечтой, а вкус воды коллекционировался исключительно в её памяти у неё в голове.

Эля подсела к Насте.

– Ну что? Какой план? – чуть слышно спросила она.

– Пока не знаю, – честно ответила Настя, – у меня есть исключительная вещь для привлечения внимания этого существа, но как его поймать, я ещё думаю.

– А что, если его заманить в тупик? – Эля проявляла такой подозрительный энтузиазм, что Насте даже послышалась нотка сарказма и скептицизма в её реплике.

– Непонятно, как он перемещается: или очень быстро, или он вовсе невидим, или то и то, – задумчиво прокомментировала Настя, стараясь не обращать внимания на свои мысли, но всё же страх предательства оставался.

– А про какую исключительную вещь ты говоришь? – поинтересовалась Эля.

– Носки, – Настя улыбнулась.

– Ого! – Эля на секунду задумалась, – А-а-а, я кажется поняла, в чём смысл, один носок должен пропасть? Так?

Настя кивнула в ответ, но тут её обдало волной страха: настолько всё это звучало глупо и наивно.

– Ну, так может, один носок привяжем верёвкой? Я, кстати, видела моток пряжи у тебя в рюкзаке…

– А это дельная мысль, потом по следу пряжи найдём его, как Тесей с клубком Ариадны нашёл выход из лабиринта. – Настя резко встала. – Пойдём, – скомандовала она.

Эля поднялась, но тут перед ними возникла фигура папы.

– Далеко собрались? – неожиданно вмешался он.

– Мы на ключ, воды набрать, – быстро сориентировалась Настя, она нисколько не врала, набрать воды было жизненно необходимым для неё сейчас.

– Хорошо, далеко не уходите, через два часа, думаю, будем выдвигаться назад, – добавил он, и Настя с Элей ушли.

Девочки дошли до ключа, и Настя принялась набирать воду.

– А тебя в какой класс распределили? – спросила Настя, пока одна из бутылочек потихоньку наполнялась водой.

– Меня в «Б» класс, – ответила Эля.

– О! Поздравляю, мы теперь одноклассницы, – широко улыбнулась Настя, убирая бутылку в карман рюкзака. – Пойдём, думаю, вон там, между тех огромных курумов будет самое подходящее место.

– Ты пока иди, а я скоро догоню, в лагерь только вернусь ненадолго.

– Хорошо, – ответила Настя, не подозревая никакого подвоха, в большинстве случаев ей было абсолютно безразлично мнение одноклассников-обывателей, но вот дальше приключилась очень неприятная вещь. Пока она раскладывала так называемую ловушку на чёрта, вернулась Эля, но вернулась не одна, а с самыми заносчивыми, противными и нелюбимыми Настиными одноклассниками.

– Вот она! – голос Эли был звонким и весёлым. Настя повернусь на голос.

– Говорят, ты тут чёрта ловишь? – группа ребят заблеяла, как стадо баранов. – Даже носки разложила… и привязала их… Всё, как ты и говорила, Эл, – обратился один из них к Эле и дальше продолжил бросать реплики в Настину сторону: – Ты реально думаешь, что так можно? Мне иногда непонятно, как ты можешь быть отличницей, висеть на доске почёта и творить такую чушь?