Владимир Гордеев – След тайги. Сборник (страница 4)
Шли молча, шли долго. Туман не хотел отступать, видимо, в этом месте он существует всегда. И вот началось восхождение – последние пять километров. Идти стало немного сложнее, но и эта задача была ерундой по сравнению с тем, чего хотели достичь в этом походе молодая и безнадежно больная учительница и невероятно добрый и отзывчивый учитель физкультуры.
Один километр, второй… пятый, зайти на вершину – дело техники: шагай, шагай и каждый шаг будет неумолимо приближать тебя к победе, прежде всего к победе над собой.
На вершине Насте открылся действительно потрясающий вид, в один момент они вышли из тумана, словно из бурного потока реки. В центре лежала огромная пирамида треугольной формы, насколько можно было судить по видимой её части. Из центра вырывались три туго закрученных, грозовой тучи цвета у основания, сизых потока тумана.
Молчание нарушил первым Вадим Николаевич:
– Вот он, Великий исток, в нашем мире это просто гора без единого ручья, что, казалось бы, парадоксально – Великий исток без истоков.
Настя стояла и рассматривала, как сильно закрученные потоки устремляются в своих направлениях по склону горы, понемногу разворачиваясь и расстилаясь по долинам ручьёв и рек. С горы было отлично видно и море Лаптевых, куда утекала Лена, и Карское море с Енисеем, и Охотское, куда впадал Амур. Красота этого места была поистине неописуемая.
– И что дальше?
– А дальше дело за нашими ребятами, не знаю, как они справятся вдвенадцатером, ты должна была быть тринадцатой. В прошлый раз, мне рассказывали, что удалось активировать источник именно таким числом участников. Но я верю, у них всё получится – они продолжат поход и завершат его, Виктория знает, куда идти, хоть это и не было запланировано, мы рассчитывали на завтра, а не на сегодня… но уверен: она справится, с её-то оптимизмом. И там, на Великом истоке, их будет ждать один мой знакомый, который немного в курсе, что надо делать, он проведёт среди учащихся занимательную игру.
– Это то, что вы назвали ритуалом?
– Да, ты очень внимательная, это похвально.
– А как мы поймем, что уже пора. Как было в прошлый раз?
– В прошлый раз на улице было достаточно поздно и я уснул, сейчас уже не вспомню, что мне снилось, но проснулся я на памятном камне Горы Водораздельной уже, так скажем, в нормальном мире.
– А этот какой, по-вашему, мир? Волшебный?
– Волшебный, не иначе, а где ты ещё сможешь увидеть такое: и Ззащитник в тумане, и восходящие потоки тумана, закрученные в вихрь, и моря, до которых словно рукой подать, – закончил он фразу и повторил: – Волшебный.
– Почему именно мы здесь и почему вы его называете Защитником? Может, это Защитница? – Настя продолжала задавать вопросы.
– Я не знаю. Может, ты поймёшь, – улыбнулся он.
– Может, надо обязательно уснуть, чтобы вернуться?
На этот вопрос физрук не ответил, молча пошёл в сторону Великого истока.
Прошло около часа, если восприятие времени не подвело Настю и время вообще существовало в этом месте. За это время она успела осмотреться, здесь было интересно всё: от причудливых камней (несколько она забрала с собой) до законов физики и гравитации, которые были непохожи на классические: те же камни тут при падении приземлялись бесшумно, плавно замедляясь к моменту прикосновения с поверхностью. Это было так увлекательно и необычно, что Настя просидела, половину времени занимаясь именно этим. Вадим Николаевич при этом сидел у Истока в позе лотоса и не двигался, Настя посчитала, что он медитирует и не стала мешать ему и донимать вопросами.
В следующий миг проявилась активность в Истоке, Настя сразу заметила и вернулась к месту, где скинула свой рюкзак, и только она успела взяться за него, как мощный вихрь тумана подхватил её и потащил в самый центр, от неожиданности девочка вскрикнула. Она повернула голову в сторону Вадима Николаевича, но его уже не было на прежнем месте. Видимость с каждой секундой ухудшалась, плотность потока возрастала. И когда вокруг оказалась кромешная тьма, Настя увидела словно подсвеченный фонариком огромный силуэт Защитника, который приближался к ней, но чем ближе он подходил, тем меньше становился силуэт. Вот ещё мгновение и он уже был чуть больше Насти, ещё момент – и Настя смогла увидеть Защитника или, правильнее сказать, Защитницу. Это была белокурая девочка примерно её возраста. Они переглянулись и одновременно взаимно улыбнулись.
– Тебе не страшно? – голос девочки звучал приглушённо и очень быстро затихал.
Настя отрицательно покачала головой.
– Знаю, что у тебя много вопросов. Но времени очень мало.
Настя молчала, не в силах сделать над собой усилие и заговорить.
Девочка в очередной раз улыбнулась:
– Знаю твой главный вопрос. Я Природа и мне около четырех миллиардов лет, я создаю и поддерживаю этот мир в привычном для тебя виде, но последние сто лет мне приходится очень туго. Если ты заметила, я существую в другом пространстве и у меня нет рычагов прямого воздействия на ваш мир. И да, ты здесь, потому что я захотела сказать тебе спасибо.
– Мне? – не смогла удержаться Настя от переполняющего чувства любопытства. – За что?
– Ты маленький человечек на огромной земле, а вклад твой велик, твоё добро и забота о природе – уж кому, как не мне, чувствовать и знать это. Вадик двадцать лет назад по этой же причине попал ко мне, он и сейчас ярый поклонник природы: уйдёт в горы и любуется мной, хвалит, возвеличивает меня. Знаешь, как это приятно, когда тебя любят, ценят и заботятся о тебе. Ты знаешь! У тебя замечательная семья.
Я думала просто поздороваться с Вадиком, а он привёл ко мне тебя. Вижу, что и тебя гнетёт тревога, чувства жалости и боли – искренние, очень свежие. Ничего не говори, просто доверься мне. Я сильная, я помогу, ты тоже.
Настя молча кивнула, по неизвестной для неё причине она стояла и рыдала, что это были за слёзы – сложно сказать, наверное, это слёзы, которые бывают, когда осознаешь что-то великое, прикасаешься к нему, когда становишься его частью.
– Иди ко мне! – сказала Хранительница, и Настя зарыдала ещё сильнее, сделала несколько шагов в сторону девочки и что было сил обняла её. Та обняла её в ответ, Настя закрыла глаза и почувствовала тепло, причём оно грело со всех сторон, стало так легко и спокойно на душе. – Ну всё, вам пора, неси свет в своём сердце и тебе никогда не будет страшна тьма! – закончив фразу, Хранительница исчезла, а Настя стояла и обнимала густой и плотный туман, который начал потихоньку таять.
Девочка открыла глаза и увидела, что туман, создающий непроглядную тьму, начал рассеиваться, стали появляться проблески света, всё больше и больше, пока не стали такими яркими, что Насте пришлось прищуриться и опять закрыть глаза. А когда она их открыла, то первое, что она увидела, было солнце – нежное, тёплое, сентябрьское, оно приятно грело лицо. Через несколько секунд до Насти донеслись восторженные голоса одноклассников, шум, гам. В памяти всплыло сказанное физруком и сердце кольнуло болью, она оглянулась в поисках Виктории Викторовны, та стояла, добродушно улыбаясь и хлопая в ладоши, радуясь невероятному и таинственному появлению Насти из тумана. Но Настя больше думать ни о чем не могла, она соскочила с памятного камня – она оказалась именно на нём, как и говорил физрук, – не сумев сдержать слёз, и побежала к учительнице. Настя хотела успеть, пока ощущалось тепло и присутствие всемогущей девочки Природы, она бросилась к Виктории Викторовне и крепко обняла её. Тепло медленно растаяло.
Виктория Викторовна опустилась на колени, добродушно и ласково спросила:
– Ты чего плачешь, золотко?
– Он мне всё рассказал, – всхлипывая ответила она.
Конечно, учительница всё поняла.
– Не плачь, девочка моя, всё будет хорошо, ты только не плачь, давай сделаем нашу жизнь ярче. Смотри, какой день, какое солнце, какая природа красивая.
Концовка фразы попала прямо в яблочко, и Настя сразу успокоилась.
– Да, природа просто красавица, – Настя ещё раз крепко-крепко обняла учительницу и добавила: – Она сильная, она поможет!
Настю не интересовал вопрос: увидится ли она ещё с девочкой Природой: она знала наверняка, что всегда, абсолютно всегда Природа будет с ней рядом!
След
Порядок – вещь опасная.
Он обещает покой, но требует отказаться от движения. Там, где всё выстроено идеально, больше некуда расти.
Вода перестаёт искать путь.
Огонь – гореть.
Человек – сомневаться.
А без сомнений не рождаются ни шаги, ни новые истории.
В мире, где всё правильно, время останавливается.
А остановившееся время – это и есть смерть. Тихая, аккуратная и вежливая. Совершенная.
Идеальному миру – идеальная смерть.
Чёртов пик
Из родительской комнаты слышались возмущённые возгласы мамы, Настя из любопытства заглянула.
– Что делаешь? – поинтересовалась она.
Мама открывала семейные шкатулки с драгоценностями и явно что-то искала.
– Мне сегодня приснилась бабушка и рассказала про буквы на её фамильном кольце; пока я помню, я хотела посмотреть: точно ли там такие же или это выдумка, что мне приснилась… Кстати, ты не брала его?
У Насти душа ушла в пятки: она его действительно брала несколько недель назад. В первый миг она хотела ответить, что нет, но явно врать маме было не то что совестно, а даже стыдно, а Настя девочка не бессмертная, ой, не бессовестная пока что, поэтому честно созналась, но зашла издалека.