Владимир Голубченко – Тайна ордена Еретиков (страница 44)

Пытаясь избежать новых столкновений с преследующими машинами, лавируя между деревьями и мелкой порослью, Питер бросил мимолетный взгляд через зеркало заднего вида.

По пятам беглецов на полном ходу мчались три массивных внедорожника, по сравнению с которыми машина Питера была будто игрушечной. Черные чудовища без проблем закатывали под свои монструозные колеса невысокие деревья и редкие кусты, возникающие на пути. Внезапно зеркало, в которое смотрел вор разлетелось вдребезги, а вместе с ним в стеклянную пыль превратилось и окно у самого его лица. Прикрывая лицо от сыплющихся осколков, Питер чудом сумел удержать управление и продолжил выжимать из не самого мощного двигателя последние соки.

– Так, мы определенно тут сдохнем, но перед смертью я хочу знать… Что же черт возьми такого важного было в том доме? – вытирая проступающую на щеке кровь, завопил Питер.

– Нашел время! – заправляя очередную обойму в «Вальтер», прокричала воровка.

– Да, нашел, я хочу знать и именно сейчас! – часто качая головой заорал Питер и продолжая портить красоту Бельгийских полей бросил гневный взгляд на притихшего историка.

Вместо ответа, Иван, взглянул сначала на юнца, вжавшегося в сиденья, потом на старика и выудив из карман находку поднял ее перед лицом. Увидев причину задержки, приведшей к этой погоне, Питер ошарашено выпучил глаза. Южин видел, как меньше чем за секунду, его подельник успел пройти все стадии Кюблер-Рос⁷ и глубоко вздохнув снова взглянуть на профессора, продолжавшего крепко сжимать в руке серебряную чашу и кольцо.

– Ты знаешь, только что, вот прям в этот момент… – несмотря на то что вору приходилось перекрикивать стрекот пуль, сыплющихся на машину и чудовищный рык машин преследователей, его крик был спокоен: – … Я понял, что сегодня я не умру. Хочешь знать почему? – избегая столкновения с огромным дубом, Питеру пришлось вновь дернуть рулевое колесо в сторону, пуская машину в новый занос: -Потому что сперва, я должен прикончить вас всех! Сам! Каждого из вас! – Питер вновь стал терять контроль, срываясь на истерику: – И будь уверен, я буду делать это с особой изобретательностью! – заканчивая фразу, вор одним движением выхватил из наплечной кобуры «Вальтер» и направил на историка: – Ну же, бери его! Ты у нас в огне не горишь, может еще и стреляешь как Робин Гуд!

Уворачиваясь от столкновения с деревьями, которых стало разительно больше нежели у особняка, Питеру пришлось выехать на проселочную дорогу, уходившую куда-то в глубь страны. И без того минимальное преимущество «петляния» между деревьями мгновенно нивелировалось ровной гладью автомагистрали, по которой мощнейшие монстры преследователей могли разогнаться куда быстрее.

Холодная сталь пистолета лежала в руке историка как влитая. Ему не впервой попадало в руку оружие, и он прекрасно знал, как с ним управляться, но все же пускать его в действие не торопился. Старясь расположиться поудобнее, он развернулся и зажмурив левый глаз направил ствол пистолета сквозь давно отсутствующее заднее окно на свою цель.

– Принцесса! – истерично хохотнув взревел вор: – Прекращай его гладит!

– Я целюсь в колесо! – продолжая следить за верткой мушкой на стволе отозвался историк.

– Что? Это невозможно, идиот! Стрел… – слова Питера буквально замерли в горле. Не обращая внимания на брань напарника, Южин смог наконец унять дрожь, задержать дыхание и плавно нажать на отзывчивый спусковой крючок. Издав приглушенный хлопок, тотчас заглушенный ором погони, «Вальтер ППК» выпустил девятимиллиметровый кусок свинца, который спустя долю секунды угодил прямо в переднее правое колесо ближайшего внедорожника. Бесшумный взрыв покрышки, быстро вывел четырёх тонного монстра из равновесия, и машина мгновенно опрокинулась на правую ось. Столкнувшийся с асфальтом мост броневика тотчас выскочил из-под машины, увлекая черный бронированный кузов, словно кость домино подброшенную над столом, взмыть в воздух.

Мчавшиеся следом за взлетевшей машиной преследователи бросились в разные стороны, но на скорости в сто двадцать миль, управлять подобными монстрами крайне сложно. В следующую секунду вспорхнувший броневик, буквально зависший в воздухе обрушился на кузов следовавшей за ним машины. От удара, металл будто вспенился, и раскаленная броня крепко сцепилась. Машины закрутились и в следующее мгновение под действием невероятных скоростей восемь тон брони кувыркались по дороге, переламывая кости всем своим пассажирам и выворачивая наизнанку огромные куски дорожного покрытия.

Не успевший закончить фразу, вор ошарашенно глядел через единственное оставшееся зеркало на многочисленные кульбиты искорёженной груды металла, не оставлявших ни единого шанса своим пассажирам и не мог закрыть рот. Повисшая в воздухе фраза буквально застряла в его горле. Оглянувшись на Софию, он увидел, что девушка, ошарашена не меньшего его. Девушка уставилась иступленным взором на историка, продолжавшего следить за аварией, будто не замечавшего всеобщего замешательства.

– Да! – взревел Питер, наконец прервав затяжное молчание: – Ты не мог этого сделать пораньше? Ну скажем до того, как наша машина превратилась в решето?

Внезапно мимолетное мгновение спокойствия вспорол звонкий лязг автоматной очереди, донёсшийся откуда-то слева. Забывший о последнем преследователе вор дернул руль в сторону, пытаясь избежать столкновения, с танком, но стальной гигант, на полном ходу врезался в истерзанный кроссовер. Машина тут же закрутилась вокруг оси и только несвойственное ему, самообладание Питера, спасло беглецов. Мгновенно дернув руль по направлению заноса и вдавив педаль газа еще глубже, вор из последних сил смог удержать невероятно выносливую машину на дороге.

– Док! – наконец выровняв машину, закричал Питер: – Мы долго не протянем. Так что включай свой режим «Соколиного глаза» и отстрели этим говнюкам задницы!

Но Иван не слышал молящие крики вора. Пытаясь совладать с тряской, он тянулся к Софие, чье тело внезапно обмякло и сейчас качалось на сиденье, словно тряпичная кукла без кукловода при любом заносе. Взираясь на залитую кровью рубашку воровки, профессор пытался неуклюже привести ее в чувства.

– Она жива, жива! – Питер попытался мягко, на сколько это было возможно, успокоить историка, сейчас от его помощи завесили жизни всех пассажиров «Хонды»: – Пуля попала в руку, мне кажется на вылет, она отключилась из-за боли… У нее просто шок… – очередной удар массивного бампера, отбросил стойкого японца на обочину: – Черт возьми, док! Приди в себя, она истечет кровью, если не скинуть этот чертов хвост! – взревел Питер, из последних сил удерживая машину от полета в кювет.

Кивнув подельнику, Южин еще раз взглянул на испачканную кровью девушку и гневно рыкнув резко развернулся, вскидывая оружие на изготовку. Машина преследователей была совсем близко, расстояние, с которого профессор умудрился поразить колесо в прошлый раз было разительно больше, но сейчас, все было по-другому. Перед глазами историка словно на повторе крутилась картина окровавленной Софии и в руках тотчас появилась дрожь. О какой-то хотя бы немного прицельной стрельбе можно было забыть. Сжимая зубы, он продолжал целиться, но руки будто в одно мгновение стали ватными и не слушались его.

Очередной удар бампера практически вытолкнул «Хонду» с магистрали. Тотчас истерзанный двигатель кроссовера отозвался жалобный хрюканьем и стуком, параллельно выстрелив в воздух мощной струей дыма.

– Иван, сейчас, или никогда! – завопил Питер, окончательно утративший надежду на удачный исход смертельного заезда.

– Я выронил его! – растерянно воскликнул профессор.

– Что? Что? – истерично защебетал Питер: – Одна, всего одна пуля! Тебе хватило одной пули, чтобы разобраться с двумя танками, а остальные ты просто решил выкинуть? – задыхаясь от гнева орал вор: – Что твою мать прикажешь делать?

Понимая, что надежду на чудесное спасение придется возлагать только на себя, Питер не переставая браниться стал озираться по сторонам. Бодаться, или играть в поддавки смысла не было. «Хонда» и так была на последнем издыхании, вырванные задние крылья, изрешеченный корпус и движок, окончательно уставший от погони если и сможет выдержать, то не больше одного-двух ударов. Шоссе по которому неслись беглецы был со всех сторон окружено густой лесной чащей, которая в пылу погони возникла буквально из ниоткуда. На мгновение в голове вора промелькнула мысль попытать счастье затерявшись среди деревьев без машины, но памятуя с какой легкостью броневик сносил деревья, сразу отказался от идеи. К тому же, София и Лебелетье не смогут убегать, а значит все обречены.

Внезапно единственная уцелевшая фара, выхватила из ночной темноты одинокий знак предупреждающий о приближении к мосту через реку.

– Док! У тебя есть какие-нибудь идеи? Советую высказаться прямо сейчас, потому что, я собираюсь сделать нечто крайне глупое!

– Что?

Несмотря на то, что мгновение назад, Питер напрочь отмел идею бодать броневик, сейчас ему казалось это единственным возможным выходом. С небольшим толчком идеальное покрытие автострады медленно поползло вверх, плавно переходя в мост. Оглядываясь через треснувшее зеркало, Питер ждал пока громадная машина наемников окончательно нагонит беглецов и будет готова к тарану. Нехитрый план вора, как и всегда не поддавался никакой логике, да и основывался на отчаянии, смешанном с идиотизмом. Питер надеялся успеть остановить кроссовер перед очередным ударом танка. По расчетам вора, бронированный монстр просто не успеет затормозить и пробив ограждение свалится с моста в реку. Питер был готов, костяшки его пальцев посинели от напряжения, он знал, что его план скорее всего приведет к общей погибели, но решил, что лучше сделать хоть что-то, чем просто ждать.