Владимир Голубченко – Тайна ордена Еретиков (страница 42)

Выпучивая глаза и изрыгая нескончаемый поток бесшумной брани, брызжущий слюной Питер в один миг, привел в чувства оцепеневших Софию и Ивана. Оба тотчас потупив взгляд себе под ноги спешно засеменили в сторону удаляющихся Лебелетье и его помощника. Не прекращая сокрушаться происходящим, Беркли замкнул процессию так же устремившись в темноту. Хотя от темноты в имении аристократа ничего уже практически и не осталось. Охваченный бушующим пламенем особняк озарял всю округу, словно спасительный светоч.

Наконец подавив смятение, Иван поспешил на помощь парню, тянущему своего хозяина. Подхватив старика под руку, профессор попытался ускориться, но внезапно до его уха донесся шёпот юнца:

– Мастер, нам придется им довериться!

– Нет, это сборище грязных подонков, не такой участи достойна память основателей. Ты не понимаешь, что стоит на кону! – на удивление живо запротестовал своему помощнику старик.

– Нет, я прекрасно понимаю! – заканчивая фразу отрывистым выкриком, юноша в одно мгновение выбрался из объятий старика и водрузив его на профессора, опрометью бросился обратно к полыхающему замку.

Ошарашенно взираясь на спину убегающего юнца, профессор напрочь забыл о скрытности и взревел во весь голос:

– Стой! – но юноша не оглядываясь несся навстречу бушующему пламени: – Что ты? Куда он побежал? – понимая, что докричаться до прыткого юнца ему не удастся, Иван схватил старика за отвороты халата: – Зачем он бежит туда?

– Это уже не важно… Ему все равно не выбраться… – без тени сожаления отчеканил француз, чья удаль вновь стала убавляться.

– Куда он побежал? – вновь возопил историк.

– Кабинет…

Гневно взираясь на Лебелетье, Иван фыркнул и опустив его на землю, уже собирался броситься за парнем, когда перед ним возник Питер:

– Ты то чего удумал? – все будто забыли о скрытности и наемниках, даже Беркли говорил в полный голос.

– За парнем! Попробую вытащить его! – отталкивая подельника с дороги выпалил историк, но внезапно Питер легким и в то же время замысловатым приемом, развернул профессора вокруг своей оси.

– Я пойду! – внезапно голос вора стал жестким, безотлагательным.

– Что?

– Ты все равно попрешься, тебя не отговорить. Но ты там погибнешь, а у меня хотя бы будет шанс, – все так же безотлагательно разъяснил американец.

– Нет, – профессор понимал, что с каждой секундой возможность найти безрассудного парня становилась все более иллюзорной. Решение пришло столь же быстро и спонтанно, как и все за последние несколько дней. Вскинув правую руку вверх, историк нанес вялый, но вполне ощутимый удар ладонью по голове подельника никак не ожидавшего подобной выходки. Цепкий захват тотчас ослаб и дернув плечом, Иван рывком развернулся, со всех ног бросившись к дому. Профессор бил подельника заведомо слабо, удар был нужен только чтобы обескуражить вора и это ему удалось.

Довольный своим несколько грязным, но без сомнения находчивым ходом, профессор даже несколько приободрился, что дало дополнительный стимул и тонус в мышцах. Впрочем, уже в следующее мгновение в голове промелькнула короткая и в то же время весьма емкая мысль:

«Надеюсь они нас дождутся…»

Глава 53

Пригород Брюсселя, Бельгия

17 сентября 2021 года, 20:32

Основная часть особняка была охвачена языками пламени, гостиная и кухня превратились в океан пожарища, отрезав обратный путь. Единственным известным профессору маршрутом, оставался только рабочий кабинет француза.

«Куда ты лезешь? Ты же тут совсем за другим! Парнишка сам сюда рванул, старик не заставлял его, никакого пистолета у виска…»

Не обращая внимание на крики наемников, уже доносившиеся откуда-то из здания, профессор устремился к уже знакомой Северо-Западной части строения. Немногим больше двух часов назад, ему уже довелось проникнуть незамеченным, и он надеялся, что второй раз получится провернуть такой же трюк.

Единственное, о чем позабыл профессор, это три этажа по отвесной стене и пятьдесят футов вправо к заветному окну, которые в этот раз он должен был преодолеть сам. Еще в первый раз подъем оказался не самой приятной прогулкой, а после контузии, в получении которой, профессор не сомневался, это казалось крайние сложно. Цепляясь за мелкие уступы, профессор всем телом ощущал свое сердцебиение и вновь подступающую тошноту. От напряжения, в висках вновь застучал набат. Ощущая подступающее головокружение, историку оставалось лишь надеяться, что ему все же хватит сил.

«Ну давай же, все не так уж и сложно! Всего лишь огонь, стрельба и возможность в любой момент свернуть себе шею… Определенно не самый лучший отпуск в жизни…»

Гул бушевавшего пламени, быстро пожиравшего старинную черепицу вместе со всем домом, с легкостью заглушил торопливые шаги профессора, к своему искреннему удивлению все же преодолевшему подъем и сейчас семенящего к заветному люку. В сложившихся обстоятельствах Южин и не думал о скрытности. Нужно было скорее найти паренька и при этом постараться не уподобиться картофелю во фритюре. Подбегая к окну, Иван вновь мысленно поблагодарил небеса, за то, что искомый кабинет находится тут, совсем рядом, буквально под его ногами.

Не теряя драгоценного времени, учитель истории парой движений перемахнул сквозь окно ныряя в темноту чердака. Несмотря на полыхающее здание, чей свет должно быть был заметен даже в Брюсселе, чердачное помещение было погружено во тьму. Редкие всполохи света, пробивались через открытое окно, с легкой руки Беркли и Южина, превратившееся в еще один вход, но все же их было недостаточно, чтобы освещать путь. Выпячивая руки вперед то и дело напарываясь на кучи хлама, разбросанные по чердаку, профессор, из последних сил сдерживая себя, чтобы не уподобиться Питеру, сопровождавшему все неудачи и невзгоды обильным слоем ругани, все же добрался до небольшой ручки в полу. Рывком потянув стальное кольцо, он сразу же устремил взгляд в образовавшийся ход, но жесткая струя жара, ударившая в лицо, заставила Ивана отпрянуть. Прикрываясь рукавом, профессор вновь попытался разглядеть что же происходит снизу, но нескончаемый поток густой гари плотно скрывал недра кабинета Лебелетье. Понимая, что узнать, что происходит внизу он не сможет, Иван сделал глубокий вдох и в следующее мгновение сделал шаг в пустоту.

Падая в никуда, историк попытался сгруппироваться, но безуспешно. С грохотом рухнув на паркет, он сразу почувствовал нестерпимую боль в коленях, тот час, напомнивших о себе. Стараясь не обращать внимания на ноющие ушибы, историк окинул беглым взглядом кабинет. Несмотря на то, что комната была заполнена дымом, пожар не успел добраться до кабинета, но мимолетно промелькнувшая радость тотчас омрачилась. Вопреки ожиданиям, юноши, за которым он отправился в кабинете не было. Историк не знал, как быть дальше. Парень мог уже успеть забрать то, зачем явился сюда, либо мог попасть в руки нападавших. Ни тот, ни другой вариант не устраивали Южина. Он понимал, что каждая секунда промедления могла стоить ему жизни. Скрепя сердцем, он двинулся к выходу, направляясь на поиски молчаливого юнца в полыхающем доме, как вдруг, деревянная дверь распахнулась и внутрь буквально ввалился молчаливый юнец.

Помощник Лебелетье был покрыт сажей с головы до пять, его джинсы и широкий свитер заметно поизносились за эти несколько минут. Кое где зияли прожжённые дырки, все еще продолжавшие тлеть и дымить. Прикрывая лицо щуплой рукой, юноша пытался справиться с приступом разрывающего кашля и привести дыхание в порядок, но безуспешно.

Наблюдая за причудливым катанием юноши по полу, профессор потерял дар речи, но спустя мгновение, встряхнул головой и сделав несколько широких шагов, рывком поставил ничего не понимающегося паренька на ноги.

– Прочь! Прочь от меня! – тотчас истошно завопил юнец, судорожно размахивая рукам в разные стороны. Южину пришлось отпрянуть на несколько шагов, избегая случайных ударов парня.

– Да постой ты! Это я! – взревел историк.

– Что? Кто? – парень попытался разглядеть стоящего перед собой мужчину, но залитые слезами зрачки различали лишь редкие очертания массивной мужской фигуры, возвышавшейся над ним.

– Это я… – внезапно историк понял, что парень вряд ли знает, его имя: – Мы только что ползли через твой потайной…

– А, вы учитель истории! – с нескрываемой радостью вспыхнул парень.

– Да! Да! А ты тот идиот! – историк сам удивился словам, что произнес только что, но все же сразу продолжил: – Давай быстрее, за чем ты сюда бежал?

– Да, да! Нам нужен его рабочий стол.

Аккуратно, на сколько это было возможно в данной ситуации, отпустив парня, профессор сразу же бросился к столу. Он понимал, что спорить попросту нет смысла. Юнец бросился в самое жерло пожара не для того, чтобы потом отступиться под гнетом опасности, поэтому найти то, зачем он сюда пришел, было сейчас единственным верным решением.

– Что это? Что искать? – выворачивая ящики один за одним и бросая все содержимое на пол закричал Иван.

– Это кубок. Небольшой серебряный кубок и золотой перстень! – натирая глазницы отозвался юноша и медленно двинулся на голос преподавателя.

– Чего? – Южин с самого начала не понимал, что же могло заставить молодого человека рисковать жизнью, но теперь узнав ради чего все это, был обескуражен еще больше. Недоумевая профессор выудил искомый набор из недр самого нижнего ящика и сосредоточено взглянул на него. Ничем не приметная серебряная чаща, давно почерневшая от времени. Не самые искусные узоры, на первый взгляд представлявшие из себя полнейшую бессмыслицу, причудливо опутывали чашу. Силясь разглядеть в полумраке кабинета надписи, профессор еще сильнее сощурился и приблизил кувшин к лицу.