Владимир Голубченко – Тайна ордена Еретиков (страница 34)
Ошарашенный Иван прервал чтение, не веря своим глазам, но уже спустя короткий миг полный смятения, вновь окунулся в витиеватые строки письма.
Прочитав последнюю фразу, ошарашенный профессор продолжил смотреть невидящим взором на пожелтевший лист. Медленно развернув его, он убедился в отсутствие каких-либо дополнительных подписей. Пытаясь привести мысли в порядок, историк сильно тряхнул головой и вновь перечитал письмо, впрочем, ничего не изменилось. На листе бумаги, что не удивительно, было все то же послание. Наконец справившись с нахлынувшей волной растерянности, Иван взглянул на конверт, в котором хранилось письмо. Историка интересовала печать, которой было скреплено послание. Оттиск печати, запечатленный на сургуче был конечно же сломан, но все же различить специфический рисунок не составляло никакого труда:
– Док! Ну что там? – голос Питера словно щипцами вырвал профессора из недоуменного забытия, вызванного столь неожиданной находкой: – Я конечно не жалуюсь, но должен признать, что это чертово подземелье достаточно жутковатое место!
– Да, да! – Южин спешно встал одним движением спрятав все письма во внутренний карман. Еще раз взглянул на старинное помещение, пожал плечами и переполняемый эмоциями бросился к лестнице.
Подгоняемый небывалым эмоциональным подъёмом, профессор совсем забыл о достаточно посредственной прочности деревянной конструкции и на полном ходу запрыгнул на прогнившие доски. Как только нога коснулась старинных досок, в голове у профессора молнией всполохнула мысль о совершенной ошибке, но было уже поздно. Истерзанное временем дерево предательски заскрипело, раздался пронзительный хруст ломающихся досок и в следующее мгновение профессор проломил ступени. Судорожно цепляясь за края старых досок, Иван пытался удержаться от падения, но они лишь сыпались, оставляя в руках мужчины труху. Ощущая на себе все прелести ускорения свободного падения, Южин чудом успел прикрыть лицо руками прежде чем снова столкнуться с очередным уровнем винтовой лестницы, после которого следовал новый уровень и новый удар, за которым еще уровень и удар…
Осваивая непроторенную дорогу сквозь лестницу, минуя утомительные петляния, Ивану все же удалось сгруппироваться и поэтому неизбежное столкновение с бетонным основанием хранилища, оказалось не столь болезненным, коим могло бы статься. Распластавшись у подножья конструкции, профессор взглянул на подельника.
– Так быстрее? – Питер был на столько удивлен, столь «грациозному» возвращению Южина, что буквально не нашелся что же сказать.
– Ну как видишь! Решил немного сократить, а то все эти петляния так утомляют, – кряхча Иван попытался встать, что далось ему с огромным трудом. За тот короткий миг, что длилось падение, профессор успел ушибить колено, очевидно потянуть спину и вывихнуть плечо, поэтому распрямляясь, он не смог сдержаться и из груди вырвался довольный вздох облегчения, смешанный со стоном от новой порции боли ушибленных мест.
Профессор уже был готов направиться в сторону выхода из хранилища, но внезапно за спиной, раздался треск, который просто не мог предвещать чего-либо хорошего. Деревянная опора лестницы, все же не выдержала столь кощунственного обращения и древние ступени словно запчасти детского конструктора посыпались вниз. Южин еще не успевший оправиться от болезненного падения, не смея шевельнуться растерянно смотрел на тяжелую конструкцию. Внезапно крепкий хват вора, очевидно ожидавшего чего-то подобного, потянул замершего Ивана из маленького помещения и в следующее мгновение на место, где только-что стоял профессор, обрушилась тяжелая балка.
– Теперь квиты, – волоком уводя историка от непрекращающегося потока сыплющихся бревен, балок и досок, прокряхтел Питер.
– Тише! Смотри! – словно он и не пережил только что чудесное спасение, испуганно гаркнул Иван, указывая трясущейся рукой куда-то в сумрак помещения.
Силясь разглядеть, что так встревожило профессора, Беркли сощурился, но уже в следующее мгновение, его глаза округлились, став похожими на пару блестящих шаров. Испуганно воззрившись на историка, вор непроизвольно шепнул:
– Она качае… – голос Беркли, прерванный раскатистым хрустом сыплющегося мрамора, буквально повис в пустоте подземелья. Основание одной из колонн, на выдержало испытания временем, влагой, и не самым профессиональным поведением пары названных расхитителей.
Ошарашенно наблюдая за тем, как многотонная каменная конструкция словно подкошенная устремилась вниз, воры даже не смели двигаться. Оглушительный рокот камня, стремительно скатывающегося по стене становился все громче и громче, но внезапно, всего одним мгновением, колонна замерла. На пути громадного куска мрамора стояла еще одна, точно такая же опора, которая в свою очередь и стала желанным спасением.
Историк поймал себя на мысли, что пока он наблюдал за мучительно долгим, казавшимся целой вечностью, падением колонны он не смел даже вздохнуть. И сейчас, когда опасность миновала, он позволил себе шумно выдохнуть. Впрочем, бросив короткий взгляд на компаньона, Иван невольно присвистнул. Глаза вора, устремленные на покосившуюся колонну, так и оставались округленными. Следуя взгляду товарища, Иван внезапно понял, отчего Питер продолжал гипнотизировать сумрак помещения.
Опора, что несколько мгновений назад стала неожиданным спасением, увлекаемая многократной возросшей тяжестью накренилась вниз. Наконец сбросив оковы оцепенения, воры словно по команде грозного военачальника стремглав бросились к выходу.
Доводя мышцы до исступления, Южин из последних сил мчался к спасительному проходу. На миг оглянувшись, профессор с ужасом осознал, что уже четвертая колонна, словно мелкая фишка домино складывалась под тяжестью рушащихся опор. Будто карточный домик опоры монументального строения сыпались одна за другой, заполняя просторное помещение громоподобным рокотом, каменной стружкой и пылью.
– Скорее, Скорее Питер! Сейчас завалит выход, – профессор закричал во все горло, но его голос тотчас утонул в непрекращающемся гомоне разрушения.
Всего сто футов отделяло незадачливых расхитителей от спасения, когда колонна, возвышавшаяся перед самым проходом в хранилище, качнулась и быстро устремилась вниз. Не обращая внимания на жгучую боль во всем теле, подельники будто обрели второе дыхание. Подгоняемые ледяным дыханием смерти, воры словно олимпийские спортсмены в два счета преодолели спасительное расстояние и одним рывком выскочили из злополучного хранилища.
Хватая наполненный пылью и известняком воздух, в безуспешных попытках привести дыхание в норму, новоиспеченные расхитители древностей рухнули на пол как подкошенные. Грохот внутри хранилища, продолжал раз за разом возвещать о падении очередной монструозной каменной глыбы, но воров это уже не беспокоило. Как им казалось, опасность осталась по ту сторону прохода.
– Ты… Ты как? Живой? – сбивчивый голос Питер с трудом пробился сквозь переполнявший помещение грохот.
– Что?
– Я говорю… – глубокий вдох: – Уверен на верху уже идет эвакуация, землетрясение ведь! – выдавливая из себя некое подобие смеха, который, впрочем, больше напоминал кваканье, выпалил Питер и безуспешно попытался приподняться на локтях.
– Ничего, будет новый повод поговорить о божественном проведении, или гневе господнем, чем там они обычно пугают! – сбиваясь на каждом слове промямлил Иван, собираясь с силами, чтобы тоже встать
– Док… – голос Питера вновь был наполнен отчаянием и ужасом: – Нам нужно уходить!
Не понимая, что после всего случившегося могло так сильно напугать вора, профессор собрал волю в кулак и рывком вскочил в полный, устремляя взгляд вслед Питеру. Потребовались лишь доли секунды, чтобы осознать, их гонка со смертью не подошла к финишу, но задержалась на короткий пит-стоп.
Из разрушенных стен, с невероятной скоростью потайное хранилище заполняли потоки полыхавшей ворвани. Очевидно огромные запасы китового жира были замурованы в стены и сейчас, когда часть конструкции обрушилась, нескончаемый поток огня стремился заполнить все помещение.
Южин инстинктивно дернулся назад, но охваченное леденящим ужасом тело не слушалось и в следующее мгновение, профессор свалился на ватных ногах. Огромное помещение на его глазах превращалось буквально в ожившие притчи об аде.