Владимир Герасимов – Хроники опера. Том первый. Сборник (страница 19)
- Сколько ты хочешь за свою работу?
Жгут улыбнулся такой улыбкой, что Сергея Михайловича мороз пробил по коже.
- Деньги? - переспросил бандит. - Зачем вы мне их предлагаете, если при этом даете гораздо больше? Вы возвращаете мне смысл моего существования, возможность поквитаться - а это никакими деньгами не измерить. Ничего не надо, то, что у меня есть достаточно.
- Как пожелаешь, - Трофимов поднялся со своего места, показывая, что беседа подошла к концу.
Они вышли во двор, где тут же снова начала лаять собака, вновь почуяв чужака.
- Будь готов с самые ближайшие дни, - проговорил Сергей Михайлович, выйдя за калитку. Жгут кивнул. Трофимов, не прощаясь, направился к автомобилю.
Жгут некоторое время смотрел ему вслед, после подошел к радостно завилявшему хвостом дряхлому псу и присел рядом с ним. Некоторое время он гладил преданное животное, после ласково посмотрел в умные преданные глаза.
- Ну что, Цезарь, все когда-нибудь подходит к концу. Прости, но я знаю, что это лучше, чем умирать от голода и одиночества!
С этими словами он вытащил из-за пазухи огромный охотничий нож и ловким движением перерезал ничего не понимающему животному горло. Пес захрипел и рухнул у ног хозяина. В стекленеющих глазах, которые были направлены на хозяина, читались боль и непонимание.
- Пятнадцать лет ты со мной прожил, дружище, - прошептал Жгут, вытирая нож о тряпку. - Но с самого первого твоего дня я знал, что последний будет таким. Все было решено заранее. Как, впрочем, и в моем случае.
Он выпрямился и задумчиво направился к дому.
Глава 8
Лев Абрамович поднял на Бармаглота усталые глаза.
- У меня внутри все горит! - выдохнул он. - Такое ощущение, что заливают раскаленную магму. Черт знает что такое!
- Выпейте лекарство, - бесстрастно проговорил телохранитель, протягивая стакан с мутной жидкостью. - Врач рекомендовал принимать это...
- Этот врач ничего не понимает! - проворчал Левин. - То лучше становится, то хуже. Кажется, что не пей я этой дряни, все само может быть прошло бы.
Но охранник неумолимо стоял рядом и держал стакан перед лицом банкира. С явным неудовольствием тот все же подчинился и отхлебнул глоток. Потом еще и еще...
- Доволен? - с гримасой отвращения спросил банкир, отставляя пустой фужер на стол.
- Вполне! - кивнул Бойцов.
- Я пью это пойло сегодня только потому, что оно дает мне немного больше бодрости, а у меня ожидается очень важный гость, - заявил Лев Абрамович.
Тут же заработал коммутатор, и секретарша сообщила, что появился Николай Александрович Вавилов. У банкира впервые за несколько дней заблестели глаза.
- Точность - вежливость королей, - заметил он, бросив взгляд на часы. - Ладно, когда он войдет оставишь нас одних.
- Вы уверены?
Банкир мерзко улыбнулся.
- Я знаю, зачем он приехал. И поэтому мне бояться нечего!
Бармаглот вышел, и через мгновение в кабинете появился Вавилов. Банкир с некоторой жалостью отметил, что со времени их последней встречи Николай Александрович состарился лет на десять.
После взаимных приветствий, гость расположился в том самом кресле, где за несколько дней до этого восседал Немов.
- Вы сказали, что у вас ко мне очень важное дело, - начал банкир, вытирая со лба вновь появившуюся испарину. - Но по телефону ничего пояснить не захотели. Неужели все до такой степени серьезно?
- Более серьезного разговора, возможно, у меня никогда в жизни и не было, - криво усмехнувшись подтвердил Николай Александрович, пристально наблюдая за каждым движением банкира. - Но при этом хочу в первую очередь заметить, что пришел к вам как к другу, как к старинному и верному другу.
- Это правильно, - согласился Левин. - Любые дела куда проще решать по-дружески. Я весь во внимании.
- Мне нужна ваша поддержка!
Левин был прекрасным актером. Он сумел изобразить такое неподдельное удивление, что чуть не заставил в него поверить даже такого недоверчивого человека как Вавилов.
- Я не понимаю, о чем вы говорите! - пробормотал он. - Это даже забавно. Какую поддержку может дать простой банкир человеку вашего масштаба?
- Забавного здесь ничего нет, - возразил Николай Александрович. - И не надо лишней скромности, дорогой Лев Абрамович. Я прекрасно осознаю с кем я разговариваю. И поэтому повторяю, что могу просить помощи только у вас.
- И какие же основания у вас так думать?
- Вы не случайная фигура в этом городе, - подавшись вперед, проговорил Вавилов. - С самого начала, когда вы здесь появились у меня создалось впечатление, что какая-то неведомая, но могущественная сила расчищает перед вами дорогу. Вы с легкостью взяли контроль над всеми финансовыми агентами, искоренили конкуренцию. И все это очень быстро! Даже такой дилетант в банковском деле как я понимает, что само собой такое произойти не могло.
- И в чем же причина на ваш взгляд?
- Я уже сказал: за вами стоит такая сила, с которой никто и ничто соперничать не может. А у нас в стране есть только одна такая сила - государство.
- У вас разыгралась фантазия, Николай Александрович, - с досадой произнес банкир. - Я - частное лицо, которое просто занимается бизнесом.
- Нет! - покачал головой Вавилов. - Это не так. Я позволил себе провести кое-какие наблюдения и еще раз утвердился в своих мыслях.
- Хорошо, можете оставаться при своих измышлениях сколько хотите, мне от этого никакого вреда не будет, - заявил Левин. - Но все-таки, что вы от меня хотите?
- Мне нанесли удар в самое сердце, и я не мог на него не ответить. Наверное, вы в курсе, что сейчас происходит в городе?
- Еще бы! - усмехнулся Лев Абрамович. - Создается впечатление, что вы хотите перевернуть весь мир с ног на голову. В определенных кругах даже заговорили о возвращении девяностых.
- Не я это начал, - упрямо сказал Вавилов. - Я всего лишь отвечаю на подлые выпады людей без малейших признаков совести и чести. Погибло невинное создание...
- Да, я знаю, и искренне вам соболезную. Но, тем не менее, вы принимаете чересчур крутые меры.
- Это была моя дочь!
- Я прекрасно вас понимаю, однако, повторяю, подобных действий одобрить не могу.
Наступило неловкое молчание. Банкир выжидал.
Наконец Вавилов тряхнул головой.
- Я готов пойти на любые ваши условия, - проговорил он. - Можете распоряжаться моими средствами, моими связями, влиянием, жизнью, в конце концов, но я должен уничтожить Трофима! Это вопрос принципа. Дальнейшее меня мало волнует.
Банкир покачал головой и после недолгого молчания, ответил:
- Ваша главная ошибка в том, что, живя в настоящем времени, мыслями, а главное, душой вы до сих пор находитесь в прошлом. Ваши действия тогда еще могли бы произвести впечатления, но сейчас все по-другому. Конфликтные ситуации в современном обществе принято решать словами, а не кулаками. Хитрость и умение приспосабливаться сейчас решают гораздо больше задач, чем сила и деньги. Рыцарской доблестью вы никого не удивите, а скорее даже насмешите. Погибла ваша дочь, это страшное несчастье, которое оставляет неизгладимый отпечаток. Но тот беспредел, который вами затеян это не оправдает. Вы хотите покровительства? Но неужели вы думаете, что серьезные люди станут поддерживать человека, оставшегося в девяностых и развязывающего войну по первому порыву? Я готов со всей ответственностью заявить вам что нет. Для серьезных людей самым главным является спокойствие и стабильность, а вы создаете хаос. Делайте выводы, Николай Александрович, пока еще есть время.
Вавилов слушал с каменным лицом.
- Вы хотите сказать, что отказываете мне? - холодно спросил он.
- У меня нет другого выбора, - мрачно подтвердил Левин. - Вы поступили слишком опрометчиво, пойдя на такие шаги без одобрения общества. А теперь, плюнув в его сторону, вы осознали, что уже не так сильны как раньше, и пришли просить помощи. Не самое мудрое решение.
Вавилов с шумом поднялся со своего места. Банкир последовал его примеру, и теперь они, разделяемые рабочим столом Левина, смотрели друг на друга в упор.
- Я все равно пойду до конца, - произнес Николай Александрович. - Но потом, когда я разделаюсь со своим врагом, мы поговорим еще раз.
- Воля ваша, - спокойно ответил Лев Абрамович. - Но мне почему-то кажется, что прогнозы делать рано.
- Посмотрим! - ответил Вавилов и быстрым шагом, не прощаясь, покинул кабинет.
Левин задумчиво посмотрел ему вслед, после взял трубку и набрал номер.
- Алло? Сергей Михайлович? Это Левин... Да, он только что у меня был. Вы были правы, его положение отчаянное, так что уверен, что вам ничто не помешает... Отлично, желаю успеха!
Он положил телефон и вытер заново выступившую испарину. Но в этот раз она не вызвала у него раздражения, так как мысли банкира были совсем о другом. На время он даже забыл про свои недомогания.
- Последний из могикан, - с улыбкой произнес он.
* * *
Вавилов с шумом распахнул дверь машины и грузно упал на заднее сидение. Его лицо пылало яростью.