Владимир Галедин – Эдуард Стрельцов (страница 86)
Вновь: я не укоряю. Я вообще не имею на это права. Однако напрашивается сравнение с много раз упомянутым Пеле.
У Короля футбола тоже ведь вышла похожая в чём-то история. Начнём с того, что ещё после английского чемпионата мира бразилец отказался выступать за сборную. Точнее выразиться: товарищеские матчи он пока поиграл бы, а вот что до официальных поединков на первенство планеты — всё, извините. Причём за любимый клуб «Сантос» обладатель двух золотых медалей мировых чемпионатов выступал с наслаждением. И так здорово, что никто не думал оспаривать его футбольного королевского звания.
Тем не менее к концу 60-х бразильские СМИ всерьёз начали дискуссию о том, нужен Пеле сборной или нет. Его на полном серьёзе могли не взять на чемпионат мира 1970 года. Не из-за возраста (такого же, что и у Стрельцова образца 68-го) — игроки становились неизбежно зависимыми от Короля. Пасовали на него, передачи ждали от него же. А если его выбьют, как в 66-м? Ко всему прочему, команда, по идее, хорошо действовала и без Пеле. Жаирзиньо, Тостао, Ривелино, Жерсон — таких молодцов ещё поискать во всех странах и временах. Вот старший тренер Жоан Салданья и задумал в ряде товарищеских встреч отказаться от услуг главной бразильской звезды. Друг Салданьи, советский журналист И. С. Фесуненко, уверял: то был эксперимент, наставник не собирался окончательно выводить из состава лучшего футболиста мира.
Увы... Как пишет Пеле в автобиографии: «Нас тем не менее ожидала ещё одна смена руководства. Салданья, к его глубочайшему недоумению, был уволен. Он был человеком с бурным темпераментом и начал принимать странные решения и конфликтовать с людьми. У нас с ним несколько раз происходили стычки: пошли слухи, что он беспокоится насчёт моего зрения, что меня могут отчислить из сборной — в общем, было много странных разговоров, большая часть которых касалась моей роли в команде».
Одним словом, убрали Салданью. Судя по всему, несправедливо: можно согласиться с Игорем Фесуненко. И корыстные бразильские чиновники думали в первую очередь о деньгах, а не о родине: запланированные товарищеские матчи с Пеле давали в два с половиной раза больше, чем без него.
Однако они же, бразильские чиновники, сумели обеспечить участие сильнейшего футболиста собственной страны в важнейшем командном турнире — а советские нет. И обе задачи — участие в олимпийском турнире и медали европейского форума — оказались невыполненными.
Я не говорю, что М. И. Якушин заслуживал участи Салданьи (хотя после тех неудач Михаила Иосифовича сняли в той же бесцеремонной российско-бразильской манере), но хоть какой-то совет был всё-таки нужен. Ради общего хорошего дела надо объединяться — размежеваться мы всегда успеем. А в печальном остатке следующее: лучший футболист СССР 1967 и 1968 годов оказался вне национальной сборной. Как же так?
Ведь что до работы на перспективу, то мы — не Бразилия. Это у них футболисты как грибы растут. А нашим для завоевания трофея все силы нужно собрать, все ссоры прекратить, все сусеки подмести. Хоть ветерана, хоть юниора — любого поставить в состав, если достоин.
Стрельцов был, думается, необходим сборной на сто процентов. Конечно, и итальянцы, и англичане, поигравшие против «русского танка», кое-что приготовили для него. И год-два назад успели задумки продемонстрировать. Так и он не замирал в умственном оцепенении. Голова-то работала. Обожаемое поле никогда не оставляло его в покое. Он снова смотрел и видел то, что иные не поймут.
Собственно говоря, и до сих пор, через десятилетия, маловато нами осознано. А дистанция в год с небольшим для природного дара Стрельцова — попросту ничтожная величина.
Основная претензия прессы к сборной М. И. Якушина: отсутствие созидателей, творцов в средней линии, где выступали бывшие защитники. Обвинения весьма спорные: имели место травмы; в конце концов, Михаил Иосифович латал «дыры», что непросто. Однако, конечно же, любой мыслящий мастер был бы в той команде «на вес золота».
14 июля «Советский спорт» дал высказаться по поводу выступления сборной безусловным лидерам советского футбола конца 60-х — киевским динамовцам во главе с их рулевым В. А. Масловым. Я бы выделил высказывание 22-летнего на тот момент Владимира Мунтяна, одного из лучших полузащитников советского футбола: «И совсем непонятно, почему в сборной не было Стрельцова, игрока, который мог бы придать действиям впереди осмысленность даже при слабой полузащите».
...Так вот, плавно и не спеша, мы переходим к первенству СССР. Автозаводцы начали турнир чуть раньше остальных — 28 марта с «Пахтакором», потому что именно в Ташкенте и состоялся ответный поединок с валлийцами. Фаворитами гонки в 38 туров торпедовцев никто не считал. Причин тому немало. Взять хотя бы поражение от «Кардиффа»: как футболисты оправились от обидной неудачи? Ведь после такого фиаско легко потерять веру в себя. Не забудем и про первый сезон старшего тренера Иванова, который до того ни разу не руководил предсезонной подготовкой (её и форсировать к тому же пришлось). Состав, наконец: до последнего, например, надеялись на Владимира Щербакова, вышло же, что по ходу сезона с торпедовской надеждой пришлось расстаться. Получается, ставку надо делать на других молодых форвардов: Михаила Гершковича, Юрия Савченко, Геннадия Шалимова. И как они со Стрельцовым сыграются, неизвестно. До того-то не очень выходило: Гершкович затем в чуть более позднем интервью откровенно сообщил о неудачном для себя сезоне 1967 года.
Как видим, хватало проблем. Тем удивительнее, что москвичи прямо со старта закрепились в лидирующей группе. Так, после 11 -го тура (12 мая) они занимали второе место. Однако обозреватели весьма нескоро поверили в возможности команды. О. Кучеренко писал, например, 14 мая в «Футболе-Хоккее»: «Пока же игра автозаводцев — чистая импровизация, не подкреплённая даже опытом и мужеством игроков, не говоря уж о каких-то постоянных связях внутри звеньев и между ними».
То есть, получается, взлёт случайный: так обстоятельства сложились. Но после ещё трёх игр тон прессы ожидаемо меняется. «Если торпедовцы, — рассуждал в том же еженедельнике 9 июня С. С. Сальников, — в ближайших турах поддержат на уровне счастливо обретённый ритм гармоничного распределения сил и обязанностей, то заявка на лидирующую роль получит весомое подтверждение. В задорно играющем ансамбле автозаводцев хочется выделить трёх молодых игроков: Гершковича, Чумакова и Янца. Все они находятся в отличной форме, и их брызжущая энергия в какой-то мере определяет общую мажорную манеру сегодняшнего “Торпедо”».
Здесь в первую очередь заслуга тренера. Валентин Козьмич, совсем недавно завершивший официальные выступления, сохранил прекрасную форму и буквально всё мог лично показать подопечным. И показывал, непрерывно перемещаясь и демонстрируя такой объём работы, что и в ином важнейшем матче не всегда получалось. Этого никто не забыл и не забудет.
Однако нужно сказать и об особой роли Стрельцова. Прежде всего, он почти каждую игру демонстрировал мастер-класс, не планируя, естественно, изначально ничего подобного. Давайте ещё раз вдумаемся: в том чемпионате он провёл 21 мяч. Больше, нежели когда-либо в союзных первенствах. Даже когда считался исключительно бомбардиром. В 68-м голы пошли с третьего тура, когда 14 апреля москвичи обыграли на выезде одноклубников из Кутаиси. Эдуард и забил, и выдал голевой пас на Савченко. И как-то всё поехало-полетело. Причём и серьёзные травмы обошли его стороной: он пропустит всего четыре игры. Значит, тот 21 мяч проведён в 34 встречах. Поразительная результативность, учитывая класс турнира пятидесятилетней давности и особого отношения соперников к Стрельцову. А о том, почему торпедовец не стал всё же лучшим бомбардиром соревнования, поговорим позже.
В общем, с личным примером для молодёжи непосредственно на поле дело обстояло достойно. В. М. Шустиков 13 ноября, после завоевания Кубка СССР (это случится под конец сезона), так высказался в традиционной рубрике «Капитан о своих товарищах»: «Эдик приносит большую пользу всем молодым игрокам, учит их всех и собственной игрой, и подсказом. Хочу только подчеркнуть, что уроки футбола он преподаёт не только на поле, молодые тянутся к нему, и он порой как-то исподволь преподносит им футбольные знания».
Неожиданный ракурс! До этого какие-то особые педагогические черты в характере Стрельцова не бросались в глаза. Скорее, его самого старались воспитывать и поучать. Только учителя, как известно, бывают разные. Есть те, кто учит, и есть те, у кого учатся. Эдуард Анатольевич — из второй категории.
Он, разумеется, остался верен себе: никому ничего не навязывал, никого не заставлял и не принуждал. Он попросту творил и призывал к сотворчеству. Из футбольных исполнителей, мне думается, это сильнее всего конкретизировать удалось Михаилу Гершковичу. «А вот Стрельцов, например, доказывает, что футбол не такая уж простая игра. Почти в каждом матче он ставит перед нами такие головоломные задачи, что сразу и не поймёшь, что от тебя требуется. А он тут же покажет решение, и выясняется, что был мат в два хода», — разъяснял молодой игрок в конце сезона Г. Ларчикову («Советский спорт» от 17 ноября).