Владимир Фадеев – Субатомный человек (страница 6)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. РИТМ ДУШИ

Нуль Ниль

10 декабря, 07:25.

Привет, Артем!

Знаю, что давно не писал тебе, но и беспокоить тебя не хотел! Как дела? Как поживают твои проекты? А сейчас пишу тебе не прос

то так, ибо страшусь, что больше не увидимся мы в письмах. Корпорация заметила, что я – лишь заноза в заднице, поэтому отправили меня на очередное задание, но не по спасению жизней, как это было раньше, а в какую-то глубинку. Странно все это. Фантастика. Мы с твоей мамой и с тобой никогда не бывали на Южном Урале, да и на Урале тоже, но это место необычное, носит кодовое имя Златоуст-36 и вообще, насколько я вовлечен в дела «Медузы», там за закрытыми стенами создавали составные части плазменных бомб и, в общем-то, загружали их трансцендентом. Потому то я и страшусь, в честь чего меня и мою группу отправляют в ссылку в закрытый город. Буду со временем пополнять записи, чтобы не забыть про тебя. Обнимаю крыльями.

Твой отец.

Дописав письмо и отложив ручку, мужчина в крепкой форме с бронежилетом вышел из палатки, приоткрыв снежную занавесу: на базе, да и на суровом Урале, бушевала зима, начавшаяся еще в конце ноября. Он высмотрел уже шумевший вертолет, звуки которого подавлялись метелью, но капитану повезло: благодаря своей сверхчувствительности он мог настраиваться на абсолютно разные частоты. Иногда доходило до такого, что, будучи в лесу, он случайно настраивался на звуки падающего снега, как кристаллики разбиваются о уже разбившийся снег лежачего одеяла гор. Так и сейчас, военный случайно уловил звуки приближающегося солдата, шедшего в его сторону.

– Капитан… Прошу прощения, – солдат был подавлен; всем было известно, что капитан Соколов всеимперский герой войны, – наша группа готова к вылету на Меседу.

– Вас понял, сержант Феликс. Вооружение уже подготовлено? Можем выдвигаться?

– Да, капитан Соколов, все вооружение уже в вертолете. А чего ж вы без шапки? Замерзнете. – Подметил сержант, посмотрев на открытую макушку своего капитана.

Соколов посмотрел на него немного непонимающим взглядом, он уже привык к своим «особенностям» и никогда не понимал, почему после столь громких и больших геройств его все еще не признают тем, кто может постоять за свою честь.

– Побеспокойтесь лучше о себе, сержант. Вижу, что сомневаетесь. Думаете, что наше начальство замыслило от нас избавиться?

Феликс, ожидающий недопонимания или, по крайней мере, выговора, был озадачен.

– Не думал об этом, капитан… – Он всмотрелся на вертолет, к которому уже приближались четверо его сотоварищей. – А давайте спросим у остальных ребят? Они уже в сборе, посмотрите, – он указал пальцем на группу, которая на фоне возвышающихся горных темных лесов выглядела как сплошная трещинка на лобовом.

– Ну пойдемте, Феликс. Только сейчас, захвачу с собой кое-что.

Соколов вернулся в палатку и забрал дневник с ручкой, которая лежала неподалеку от голографа. Не любил капитан использовать современные «игрушки» корпорации, заменившие собой природное, практически инстинктивное рукоделие людей.

Писать голографические знаки на воздухе и думать, что это бумага! Смешно!

Снег хрустел под ногами, рация давала небольшие помехи, но все это не давало Соколову слышать разговоры своей группы:

«В честь чего мы едем в ЗАТО? Почему нас не отправляют на фронт?» – произнес явно грубоватый мужской голос, отдающий остротой свисающей сосульки.

«Может какое-нибудь ЧП на заводе? Хотя нас бы тогда предупредили, Всеволод, как там в письме говорилось?» – проиграл нежный аккорд девушки.

«Прямо не помню, но, по-моему, говорилось, что Соколову назначено «проверить обстановку» вместе с группой. Но зачем туда нужны мы?» – ответил, видимо, Всеволод.

«Сейчас спросим у нашего капитана» – подытожил и закончил диалог еще один рядовой мужчина, но с более приземленным уральским акцентом и отдающий молодым порывом хлестающего в лицо ветра.

Капитан Соколов подходил к своей группе и к вертолету по нарисованной дорожке, которую, впрочем, не было видно обычному взору, но трансцендентные способности капитана давали некоторые преимущество. Он увидел, что Белый Плащ надевает на лицо черную маску, видимо, чтобы защититься от ветра, и, подойдя уже к ним вместе с Феликсом, спросил у него:

– Холодно, рядовой?

– Не смешите меня, капитан! Мы все-таки на Урале, к этим землям нужно относиться с уважением.

– Вы сейчас намекаете на мои «особенности»? Что я недостоин этих мест?

Рядовой, смотревший на открытую прическу Соколова, был заряжен.

– Прошу меня простить, но я не говорил о ваших звериных способностях, дарованных «Медузой», – его голос прерывался вертолетом, но он тут же достал рацию, чтобы слышал не только капитан, но и остальные, – я говорил о том, что просто так нарушать порядок и вводить военных в эти места – есть осквернение.

– Рядовой Ираклий, успокойтесь. – Возникла девушка небольшого, но статного роста с уверенным видом и с ружьем за плечом. – Капитан, нам просто интересно, зачем нас отослали на родину Белого Плаща, – она взглянула на Ираклия.

Соколов, оценивающим взглядом очертил маскировочный белый костюм рядового Ираклия и бестолково надетый бронежилет у Феликса явно понял, с кем нужно говорить.

– Феникс, – он помахал рукой, отдавая приказ явно каким-то жестом, – запрыгиваем в вертолет. Меньше слов – больше дел и тем быстрее узнаем, зачем нас туда послали. Как известно, противустоять Царю мы не можем.

Через несколько минут вертолетная площадка опустела и на ней осталась лишь пустота, вездесущий снег, заметавший уже следы группы Соколова.

Повсюду этот «трансцендент», понимаешь, повсюду! Он чувствуется даже в воздухе, когда я вдыхаю…

***

– Капитан, что вы пишите в дневнике?

Большие, блестящие глаза Натальи смотрели прямо вглубь Соколову. Ему пришлось воспользоваться микрофоном на наушниках.

– Просто Александр. Все-таки не первое наше задание, – Соколов пробубнил слова в микрофон, попутно смотря в лицо красному пламенеющему восходящему космическому шару, который выглядывал из-за гор и холмов.

– Вы так и не ответили на вопрос, Александр, – Наталья была неотступна.

– Пишу сыну. – Александр вновь обратился к дневнику, закончив предложение. – Вдруг больше с ним не увижусь. Боюсь, что никогда больше не увижу. Понимаете?

Наталья промолчала. Ее блестки, кажись, погасли. Для старшины это оказалось за гранью ее сочувствия, ибо спустя множество совместных миссий ее товарищ по воинской части никогда не проявлял человеческих эмоций.

Солнце слепило всю группу Соколова. Его лучи, пальцы света просачивались сквозь панели вертолета, из-за чего половина солдат надело солнцезащитные очки, казалось, будто они то ли спят, то ли неживые.

– Смотрите! – Проскочил в пространстве рации внезапное восклицание Белого Плаща. – мы уже приближаемся. Я знаю эти местности. Тут наш Златоуст-36, а вон там, – он указал пальцем вдаль, – за холмами, Меседа. Нам туда, Куб, помнишь же?

В ответ послышался положительное подтверждение со стороны искусственного интеллекта, который управлял системой вертолета.

10 декабря, 07:56.

Полет прошел успешно. Уральские горы и в целом Южный Урал невероятно красивы, чисты. Конечно, тут не такие уж велики вершины, но, поверь, вам с мамой здесь бы понравилось. Представь абсолютно чистые, практически бесплотные лесные пустоши, где существуешь только природа и ты. Представь, как бы мы смогли там отжечь! Какие бы маневры делали на горных склонах! Ах, я бы запомнил такие лыжные гонки на всю свою жизнь! Как жаль, что я лишил жизни тех, кто даже мечтать не в силах… Сейчас будем высаживаться, сын, пока все хорошо. Соберем вещи и отправимся в поисках главы Меседы. Жди меня.

Твой папа.

Соколов, Наталья, Феликс, Белый Плащ и партизан из их команды вышли из транспорта, но Александр, их капитан, тут же вернулся: забыл дневник.

– Капитан, будьте добры захватить мне еще лыжи! А то я тут пропаду, кажись. Не создан для таких лесов, – пробурчал грубый голос.

– Всеволод, все-таки ты у нас тут разведчик, давай-ка слушайся меня и сам забирай свои лыжи. Тут еще рюкзак Натальи остался, что, думаешь, она его сама потащит? Выполнять! – строго приказал Соколов, отчего затряслись сами стенки вертолета, уже посаженного на ровную снежную постель Кубом.

Всеволод, уже закутавшийся в капюшон и шарф, что-то пробормотал про себя, как услышал Соколов, но не придавал этому значения. Уже через мгновенье он вошел в вертолет.

– Итак, сержант Феникс, старшина Гончарова, партизан Воланд, снайпер Белый Плащ. – Словно новый закон прозвучал из-за уст соколиного лика капитана Александра.

– Капитан Сокол! – прозвучало в ответ от всех четверых, уже принявших необходимые воинские стойки. Все движения и воинский сленг был заучен, включая кодовые имена участников группы Соколова.

– Как мы видим, территория нелюдимая. – Соколов пальцем указал на небольшое поселение, деревню, казалось, она лежала буквально под носом, на ладони, а за ней возвышались небольшие, но могущие Уральские горы. – Согласны со мной? – он обернулся.

– Согласны. – Наталья подтвердила. Ее большие глаза вновь озаряли соколиное выражение лица капитана, глаза которого напоминали зрачки ястреба, хищника.

– Насколько нам известно, на этой территории проживает совсем немного человек. Триста пятьдесят шесть. Это важная информация, ибо наша первая задача заключается в том, чтобы найти местного главу, а уже он познакомит нас с необходимыми людьми, кто проводит нас к главному пути до Златоуста-36, где и находится наша главная цель. Пока все понятно?