Владимир Фадеев – Инженеры. Пьеса без действия в пяти картинах (страница 4)

Н а т а ш а. Ну не сердись.

Звонок.

Вот и Пуп.

Входит Зина. Одета вызывающе модно.

Н а т а ш а. Батюшки, Зинка!

З и н а. Здрась-те-е. (Целуется.) Это тебе, Наташа, поздравляю, и всё такое.

Н а т а ш а. О! Евтушенко!

З и н а. (Шепотом.) Мамахенов, папехенов нет?

Н а т а ш а. Нет, я тут одна.

З и н а. Молодец! Здорово, Серёга! О, Саша! Тебя тоже надо поздравлять?

Н а т а ш а. Надо, надо!

З и н а. Давай я тебя поцелую. (Целует.)

Н а т а ш а. Саша, помоги даме раздеться.

А л е к с а н д р. Чего-чего, а это я завсегда! (Уходят.)

Н а т а ш а. Сергей, посмотри, что мне подарили!

С е р г е й. (Берет книгу.) «Поэт в России больше, чем поэт!» Известная мудрость! (Декламирует.) Поэт в России – полтора поэта!.. Или два с четвертью. А в Америке поэт, наверное, идёт по три пятых или седьмых.

В прихожей слышится смех.

А, впрочем, по отношению к нашим нынешним…

Входит Зина, за ней – Александр.

А л е к с а н д р. Представляете, такая раскрасавица и не замужем.

С е р г е й. Пока!

З и н а. Что – пока?

С е р г е й. Пока ещё раскрасавица.

Н а т а ш а. Она у нас всегда такой будет.

А л е к с а н д р. Чем дольше клад лежит, тем он ценнее.

С е р г е й. Еще годков десять пролежит, совсем бесценным станет.

З и н а. В каком смысле?

С е р г е й. В прямом.

З и н а. Наташа… (Шепчет ей что-то на ухо.)

Н а т а ш а. Пойдем. Мы на минутку. (Уходят в маленькую комнату.)

Маленькая комната.

Приводят в порядок туалет Зины.

Н а т а ш а. Ты на него не обижайся.

З и н а. Ой! На всех дураков обижаться, Наташа-а!

Н а т а ш а. Почему же на дураков?

З и н а. Потому что только настоящий дурак будет умничать перед женщиной.

Н а т а ш а. А что он такого умного сказал?

З и н а. Ничего, конечно.

Н а т а ш а. Почему же он дурак?

З и н а. Поэтому и дурак, что ничего умного сказать не может.

Н а т а ш а. А-а-а!

З и н а. Подержи. Ага, спасибо. (Стоит перед зеркалом.) У тебя, значит – всё? Дура, ай, дура!.. Подержи!.. И вот здесь…

Большая комната.

А л е к с а н д р. Видел? И не верится, что это Зинка. Такую бабу в жены и – никакая наука не нужна.

С е р г е й. А без бабы тебе наука зачем?

А л е к с а н д р. Гм… Когда я ещё в армии служил, лейтенант наш, двухгодичник, всегда говорил: «Плох тот солдат, который не мечтает защитить докторскую диссертацию».

С е р г е й. Ты, выходит, ученый от ружья?

А л е к с а н д р. А ты думал…

С е р г е й. Нет, нет – не думал.

А л е к с а н д р. Ещё один мой учитель говорил: чтобы стать настоящим ученым, нужно выработать в себе три качества: чувство долга, чувство меры и чувство юмора.

С е р г е й. А чуть-чуть любить свою науку можно?

А л е к с а н д р. Любить можно (Кивает на дверь в кухню.) салат из кальмаров, и вот – пиво с раками. Гм… Любить…

Входят Наташа и Зина.

З и н а. О! Мужи про любовь заговорили.

А л е к с а н д р. (Встает навстречу.) Теперь больше ничего и не идет… на ум мой холодный.

З и н а. Что так?

Н а т а ш а. Пошли, Серёжа, на кухню!

С е р г е й. Хоть на кухню…

Уходят.

А л е к с а н д р. По секрету… (Наклоняется к уху.) Сражён! Не ожидал!..

З и н а. Покурим?

А л е к с а н д р. (Кричит.) Натали! Здесь курить можно?

Н а т а ш а. Идите в маленькую, откройте форточку.

Кухня.

И р и н а. Ну, Зинка!