Владимир Еркович – Тараканы! С восклицательным знаком на конце. 30 лет в панк-роке вопреки всему (страница 100)
Возвращение группы из отпуска должно было выглядеть убедительно. Это не просто рядовое событие, все-таки «Тараканы!» не часто уходили со сцены на год с лишним. Концертную программу составили из самых популярных треков команды за всю историю и назвали ее «Лучшие из лучших». Причем ориентировались не на условное голосование, а смотрели реальные цифры прослушиваний на разных интернет-платформах и отбирали песни, которые имеют наилучшую статистику. Второе, что было сделано, – это полноценные видеоролики, которые транслировались на экранах за спинами музыкантов. Причем эти видосы должны были синхронизироваться с музыкой.
За этот год в технической команде произошли кадровые изменения, и это тоже надо было обернуть на пользу делу. Высокого готичного звукорежиссера Василия Плаксина заменил коренастый весельчак Анатолий Пляскин (такой вот каламбур), а вместо Артема Голева тур-менеджером стал Максим Фролов, который давно дружил с Димой Спириным и несколько раз уже сотрудничал с группой как видеограф. Чтобы придать кадровым перестановкам большее качество, Максиму предложили выучиться на художника по свету и отвечать за визуальную составляющую шоу. Даже при том, что Макс никогда не имел дела со сценическим светом и даже не представлял, как он строится, ему удалось по ускоренной бразильской системе овладеть этим искусством, и уже на «Доброфесте» группа выглядела очень убедительно с жирным динамическим светом.
Чтобы быть уверенными, что видеозаставки на экранах хорошо попадают в музыку и сочетаются со световым шоу, концертами в «Главклубе» группа провела полноценную двухдневную репетицию на этой же сцене с тестированием всех наворотов, использующихся в бою.
В один из двух концертных дней пришла новость, что в Краснодаре полиция задержала рэп-исполнителя Хаски. Вся музыкальная тусовка тогда восприняла это как наезд на индустрию в целом. На право одних выступать для публики и право других слушать вживую любимых артистов. К этому времени Дмитрия (Хаски) Кузнецова уже какое-то время прессовали, отменяя концерты под надуманными предлогами, а когда полиция грубо не дала провести запланированное выступление в Краснодаре, артист просто вышел на улицу и с крыши припаркованного автомобиля стал зачитывать перед толпой: «Я буду петь свою музыку! Самую честную музыку!» Хаски предсказуемо повязали, упаковали в бобик и увезли в участок. Чтобы поддержать коллегу, «Тараканы!» придумали драматический поворот в шоу, когда во время исполнения песни «Тишина – это смерть» на сцене выключился весь звук. Это сделали как раз во время припева, когда текст песни пел весь зал. Потом Спирину включили микрофон, и он рассказал, что таким же образом власти пытаются запретить выступать их коллегам, и в частности сегодня задержали Хаски. Но настоящую музыку невозможно убить, если у нее есть слушатели. Поэтому многое зависит именно от них.
Серия открывающих концертов планировалась как «Тур четырех столиц»: Москва, Санкт-Петербург, Минск и Киев. Но с Киевом не сложилось. Незадолго до этого выступления отношения между нашими странами опять накалились. В Керченском проливе произошел неприятный инцидент с участием военных кораблей, и президент Украины объявил военное положение, взяв под еще более строгий контроль границу с Россией. После этого ни о каком концерте не могло быть и речи. Это было очень грустно, потому что в Киеве и вообще на территории Украины «Тараканы!» не выступали уже больше четырех лет. Первый сольник в столице Украины после тревожной весны 2014 года в итоге пришлось перенести на конец февраля 2019 года, когда он прошел с большим успехом.
– Зимой мы с Таней поехали в Тбилиси, – рассказывает Дмитрий Спирин. – Она там ежегодно участвует конференции по психотерапии, а я просто тусуюсь и отлично провожу время. Со мной там связался Темо, который за несколько лет до этого способствовал нашему с Ватычем концерту в Тбилиси, и предложил организовать импровизированное выступление в небольшом пабе. Чтобы я сам себе подыграл на акустике и попел. Я в одиночку в таком формате, как правило, не выступаю. Уровень владения инструментом у меня невысокий, и я обычно прошу аккомпанировать кого-то из коллег. Но тут все же согласился и попросил достать для меня акустическую гитару, чтобы я мог несколько дней подготовиться и повспоминать аккорды. Но так получилось, что, сидя дома и бренча на этой гитаре, за это время я сочинил тексты для нескольких ватовских мелодий, которые лежали еще с тех пор, когда мы планировали с ним совместный проект. Это треки «Дело молодых», «Жизнь слишком коротка (чтобы ее про…бать как все)», «Дезертир из армии зла», «Интернет и боеголовки» и еще несколько песен. Для меня самого это было неожиданно, потому что до этого я что-либо сочинял, наверное, только в рамках проекта «Много шума из ничего», более полутора лет назад, а тут практически случайно в полевых условиях выдал сразу несколько новых текстов за пару дней.
По возвращении в Москву Спирин показал свои наработки парням, и группа приступила к аранжировкам и допиливанию идей в готовые песни. Тогда всем казалось, что это выльется в полноценный альбом. Но тут важно не забывать, кто полагает, а кто в итоге располагает. Во-первых, оказалось, что источник вдохновения у лидера группы открылся ненадолго, а во-вторых, команде внезапно пришлось решать кадровый вопрос. В феврале 2019-го «Тараканы!» отправились в небольшие гастроли по Уралу, представляя поклонникам программу «Лучшие из лучших», и после концерта в Екатеринбурге гитарист Василий Лопатин предложил всем собраться в лобби отеля, потому что ему есть что сказать группе.
– Василий Лопатин стал единственным музыкантом из группы «Тараканы!» и «Четыре таракана», который решил внятно обосновать причины своего ухода, – вспоминает Дмитрий Спирин. – Причем обосновал он это очень грамотно. Без эмоций, без стеснения, без подмены реальных причин какими-то другими. Вася составил на листочке список тезисов и выступил с речью. Было три большие причины, и каждая еще дробилась на подпункты. И в основе каждой из них лежали действия или личностные качества злодея-меня.
– Когда в группу пришел Ватов, было понятно, что Дима в творческом плане ему очень доверяет, и в итоге все свелось к тому, что я просто играл то, что мне говорят, – рассказывает Василий Лопатин. – Конечно, никто открыто не говорил, что мои идеи никому не нужны, но в воздухе ощущалась надежда на новый хит, вроде «Я смотрю на них». В наших отношениях с Димой Спириным уже несколько лет был холодок. Напряжение началось после того, как в туре «Двадцать пять лет» он без моего ведома поставил два концерта акустического дуэта, надеясь, что я их отыграю, хотя я уже несколько лет не участвовал в дуэте и он выступал с Ватовым. Несмотря на его уговоры, я тогда отказался, и это стало серьезной зарубой с его стороны. Напряжение между нами со временем никуда не девалось, и мысль, что пора уходить, крутилась у меня еще с тех пор. К тому же мне перестало хватать творчества и самовыражения. Параллельно я понимал, что мне почти тридцать, а ребятам уже за сорок, и группа идет не на подъем.
А так у меня еще оставалось время сделать что-то свое и реализоваться каким-то другим образом. К тому времени у меня уже была своя студия и мне больше нравилось проводить время там, чем на репетициях группы. В завершение ко всему я наткнулся на старое интервью Спирина в YouTube и почему-то решил его посмотреть, хотя обычно его интервью я не смотрю. Его спросили: «Почему на концертах кричат только имя Димы Спирина?» Он ответил, что харизма – это то, чего не купишь за деньги. И потом добавил что-то вроде: «Вот почему здесь сижу я, а не Василий Лопатин? Потому что Василий Лопатин не хочет быть ярким и харизматичным». Почему-то он решил меня приплести в этом разговоре. Он же мне никогда ничего такого не высказывал. Я писал песни, участвовал в делах группы, играл с ним акустики, играл в «Ракетах», но при этом он меня приводит в пример как неяркого и нехаризматичного человека. И еще он добавил, что Ватыча поклонники до сих пор помнят. Странно, конечно, было обижаться на слова шестилетней давности, но это просто стало еще одной каплей в чашу моих размышлений. Я понял, что после этого больше не смогу писать для него песни, а в таком случае оставаться в группе для меня было бессмысленно. Я хотел разойтись по-дружески, все-таки «Тараканы!» – это большая часть моей жизни. Но мне кажется, что Дима сильно зарубился на меня, и нельзя сказать, что мы расстались мирно, без обид.
– Для меня уход Васи стал неожиданностью, – вспоминает Александр Пронин. – Он собрал нас всех перед завтраком в фойе гостиницы. Когда он произносил свою речь, то мне казалось, что Вася призывает нас всех быть более ответственными, собраться, налаживать межличностные отношения и так далее. Он говорил, и из его слов не было понятно, к чему он подводит, а когда в конце сказал, то я и охренел. Было видно, что он очень сильно волновался, руки тряслись, его всего колбасило. А когда сказал, что уходит, то у него уже глаза на мокром месте были. Ему самому очень сложно было сказать это все и принять. Девять лет человек в группе отыграл все-таки. Димон его удерживать не стал, а сразу перешел к решению насущных вопросов. Какие концерты он будет доигрывать и так далее.