Владимир Чагин – За чертой подземных врат (страница 13)

Небольшой амфитеатр поражал изысканностью и убранством. По окружности стояли статуи древних воинов, подпиравших громоздкий позолоченный бордюр. Стены, перила, элементы декора изобиловали золотом, красным бархатом и натуральным камнем, отполированным до зеркального состояния. По изогнутому куполом потолку плыли облака на фоне голубого неба. На высоких каменных ступенях восседали зрители, одетые в белые тоги. В зале сидели в основном мужчины, но глаз Макса поймал несколько женщин, одетых в роскошные наряды римских матрон.

– На арену! – охранник показал на круглую песчаную площадку, огороженную высокими каменными блоками.

Татуированный парень уверенно двинулся вперёд, описав мечом в воздухе круг. Преодолев проход между блоками, Макс оказался на песке. Напарник стоял в стороне, разминая руки.

– Приветствую вас, почтеннейшие! – на трибуне справа появился молодой темноволосый мужчина в ярко-красной тунике.

– Сегодня мы рады подарить вам поединок между претендентами на титул воина белого Колизея, и чемпионами гладиаторских боёв, – выдержав паузу, темноволосый оратор продолжил:

– На арене, – оратор указал в сторону круглой площадки, – вас приветствуют! Восходящая звезда! Огненный Леопард!

Зал взорвался овацией, а татуированный напарник взмахнул мечом.

– А также! – оратор показал на Макса. – Новичок! Опасный и быстрый! Яростный Волк!

Трибуны среагировали сдержанно, но взгляды загорелись пылким огнём азарта.

Макс не двинулся с места.

– Сегодня им противостоят! Герои восемнадцати битв! Чемпионы белого Колизея! Неутомимый Гризли и Стремительный Ястреб! – оратор простёр руку в сторону распахнувшихся дверей.

В широком проходе, сопровождаемые двумя охранниками, появились высокие фигуры гладиаторов. Ретиарий держал в одной руке чёрную сеть, в другой, защищённой наплечником и лёгкой маникой, длинный трезубец. Гопломах сжимал меч и потрясал им над головой. При росте в метр и девяносто сантиметров Макс считал себя достаточно высоким, но оба вошедших были значительно крупнее и на голову выше его. Гладиаторы смотрелись на фоне трибун древними могучими великанами, благосклонно приветствующими публику.

– Вижу, ты бывал здесь, – Макс обратился к напарнику. – Какой будет план?

– Не мешаться под ногами, когда помрёшь, – грубо ответил секутор.

Огромных усилий стоило Максу, подавить желание – воткнуть меч в бок стоявшему рядом грубияну. Но теперь он мог спланировать тактику, зная, что поддержки не будет.

– Пусть начнётся битва! – протяжно и помпезно прокричал оратор.

Отступив, Макс оставил секутора справа. Словно два разъярённых быка, ворвались на арену гладиаторы. Ретиарий метнулся к татуированному парню, размахивая сетью над головой. Второй, медленно обходя периметр, двигался к Максу. Подойдя ближе, Гризли сделал выпад, но попал в край щита. Обмен ударами затянулся, и Макс почувствовал, что противник теснит его к краю площадки. Обзор в шлеме был ужасный, то и дело приходилось поворачиваться ко второй дерущейся паре, чтобы не пропустить атаку, и Гризли этим пользовался.

«Чёртов шлем», – отразив очередной удар, Макс услышал предстмертный вопль в стороне. Гризли, мотнув головой, быстро отступил влево. Макс понял, он готовит место напарнику. Закрыв щитом левую сторону, Макс шагнул назад и, молниеносно взглянув на ретиария, развернулся к Гризли. Картинка, врезавшаяся в мозг, подтвердила его опасения. Ястреб, стоя над секутором, вдавливал трезубец в открытую грудь. Не желая делить славу с напарником, Гризли бросился вперёд, но, не рассчитывая на встречный бросок, неуклюже врезался в контратаку. Счёт шёл на секунды. Макс отчаянно пытался достать противника, но лишь ранил его в правую ногу. Гризли вновь отступил. Макс переключился на Ястреба, подоспевшего справа. Ретиарий яростно раскручивал сеть, войдя во вкус убийства. Двигаясь по периметру арены, Макс медленно приближался к бездыханному Леопарду, надеясь, что там есть шанс. Почуяв неладное, ретиарий швырнул сеть, но Макс, подняв щит над головой, поймал её край. Быстро отбросив щит, стараясь не зацепить края шлема, он отсёк удар трезубца. Ретиарий бросился снова, но, получив порез на руке, отступил к подоспевшему гопломаху. Переглянувшись, гладиаторы стали расходиться. Cделав обманный выпад в сторону Гризли, Макс метнув меч в раскрывшегося ретиария, попав точно в живот, и, бросившись к мёртвому секутору, не успел увернуться, подставив руку под удар. Боли не было, только треск разошедшихся пластин маники и хлестнувшая на песок кровь сообщили – меч достиг цели. Подхватив гладиус левой рукой, Макс отпрыгнул, понимая, что правая рука ему больше не подчиняется. Гризли, хромая, продолжал наступление. Макс кинул взгляд на стоявшего возле ограждений ретиария, теряющего контроль над телом, и отступил. Гопломах бил размашисто, пытаясь сломить оборону противника, но Макс уверенно, хоть и с трудом, сдерживал натиск. Правая сторона тела немела, в глазах появились круги. Собрав оставшиеся силы, он бросился к Гризли и, проведя серию ударов, рубанул по руке. Гопломах выронил меч, заливая песок кровью, но взять его не успел. Защищаясь, он поймал руку Макса, но силы удара хватило, чтобы клинок вошёл до позвоночника.

Трибуны взорвались смесью крика, свиста и оваций. В плотном шуме Макс не понимал, приветствуют его или требуют убить. Отойдя от упавшего противника, он посмотрел на ретиария, лежавшего возле ограждений, и упал на колени, пытаясь остаться в сознании.

– Добей! Добей! Добей! – скандировали трибуны.

Как в тумане Макс увидел зашедшего на арену стражника. Подойдя ближе, стражник бросил перед ним кинжал с широким лезвием, и, пригнувшись, тихо сказал:

– Прикончи его. Сейчас решают они, – охранник показал глазами в сторону ревущих трибун. – Твоя жизнь ничего не стоит.

Отойдя на небольшое расстояние, он взялся за рукоять меча, ожидая приказа.

Почти ничего не видя, Макс подтянул к себе клинок. С трудом поднявшись, подошёл к Гризли и, опустившись на колени, прекратил его мучения. Трибуны взорвались криком, но Макс не услышал, падая на песок.

Встреча

Светлый матовый потолок – первое, что предстало перед глазами в это утро. Было определённо утро, рамка светилась характерным светом. Комната значительно отличалась от предыдущей камеры. Просторное, светлое помещение в роскошном восточном стиле, изобиловало удобствами вроде мягкого кожаного кресла с подставкой для ног и ярких тканей, придававших уют холодному мрамору на стенах. Вместо соломы на полу лежал ковёр, а в дальнем углу располагалась зона для тренировки с небольшим набором спортивных снарядов. Посмотрев на огромный пластиковый цилиндр, закрывавший правую руку от запястья до локтя, Макс почувствовал боль.

Входная дверь открылась без щёлканий замка, и в комнату вошёл паренёк, держа в руках поднос с фруктами. Подтащив к Максу стеклянный столик, караульный поставил на него поднос.

– Как себя чувствуете? – спросил весёлым голосом.

– Рука немного болит, – Макс привстал с кровати.

– Немудрено. Вы чуть её не лишились.

Достав из стенного шкафа бронзовый кубок, караульный поставил его на столик и плеснул в него воды из высокого кувшина.

– Это второй сектор, – улыбнулся, увидев вопросительный взгляд Макса. – После боя вас купил господин из Турции и поместил здесь, во втором секторе. Очень богатый, – добавил, почтительно склонив голову.

– Купил?

– Да, – спокойно продолжал паренёк. – Вопреки прогнозам, он поставил на вас большую сумму, и, говорят, заработал прилично, но всё отдал Цезарю в обмен на право выставлять на боях, и владеть вами по своему усмотрению.

Макс сжал кулаки.

– Не переживайте! Для вас всё закончилось лучше, чем для тех троих. Кроме того, теперь вы местная легенда, – паренёк поднял указательный палец. – Ещё никому из пятого сектора, не удавалось победить чемпионов в парном поединке. Как правило, это верная смерть, – караульный качнул головой в знак согласия с собственными словами. – Мне пора, – поправив на поясе тканевую сумку, он неспешно попятился к двери. – Если хотите пройтись, рекомендую прогулочный зал, он находится справа по коридору. Но лучше отлежитесь. С этой штукой на руке, удовольствие будет так себе, – добавил в дверях.

– Подожди! – Макс поднял руку. – Я что, вот так просто, могу выйти отсюда?

– Да! – радостно воскликнул паренёк. – Можете гулять по сектору, – он взмахнул, и перед ним возникла широкая голограмма, рисующая план помещений.

Толкнув изображение, караульный отправил его к Максу.

– Здесь есть прогулочная площадка, спортзал и даже оранжерея с удобными креслами. Она граничит стеклом с первым сектором. Наш почти как первый, – причмокнул караульный.

– Почти?

– Там есть женщины, – глаза юноши сверкнули, – и бассейн, – закончил он с лёгкой грустью.

– Женщины, тоже пленные?

– Нет, что вы, – паренёк отмахнулся, – поставляются с завязанными глазами, а потом возвращаются. Они даже не понимают, куда их привозят.

– Я смотрю, здесь с общением проще, – Макс разглядывал цилиндр на руке.

– Правила везде одинаковые, – паренёк шагнул вглубь комнаты. – Если б вы знали, когда я последний раз жалование получал, – скорчил он кислую мину. – Одни штрафы. Сначала меня засунули в третий, потом в четвёртый, а потом в пятый сектор. Там мне по лицу надавал взъерошенный монгол, и меня отправили вниз, на чистку вольеров, а внизу и поговорить не с кем.