Владимир Буров – С радостью и любовью каждый день. Эссе. Часть первая (страница 24)

– У нас никто не бывает, а не только мигрени.

А вот в Америке у русских, похоже, они – эти мигрени – ходят табунами. И уж точно у их пропагандистов и агитаторов, в том числе и с Радио Свобода.

С этими американскими русскими такая же ситуэйшен, как с т. Ворожейкиной на Кубе:

– Я заболела, но меня никто не контролировал в больнице.

И это правда, но:

– С обратным знаком:

– Зачем ее контролировать, если:

– Контролируют всех. – Тем более:

– Иностранцев. – А уж:

– Из России обязательно: и днем, и ночью:

– Днем кубинцы – ночью свои, русские.

– — – — – — – — – — —

21.01.17

Вчера был фильм – начало сериала, кажется, про сибирский вояж очередного Степаныча или Михалыча в роли Ильи Олейникова, и ясно:

– Рудники Мартина Идена – Джека Лондона – это не просто хорошо, а невероятно прекрасно! – Как Небо над Землей Демьяныча – и что у них есть еще там.

Как будто специально додумываются до мракобесия. Да так оно и есть. И это понятно – непонятно другое:

– Почему всегда эта хренопасия так хорошо получается? – Ибо на автомате всё-таки, кажется, так насрать не получится.

Ужас светопреставления. Человеческий разум более, чем в скотообразном состоянии.

Зато с такой их позиции Завоевания Севера ясно, почему запретили Ахматову и Зощенко – просто, но переварить без такого вчерашнего Севера – не получится. Только на сегодняшний день получается:

– И Ахматова, и Зощенко, и Цветаева – или: не говоря уже о Цветаевой:

– Это Олимп Литературы, – если могут существовать вот такие, как вчера:

– Эскизы Степаныча.

Рехнулись совсем, – второй раз уж повторяю. Но думаю, и последний. Ибо:

– Я эксклюзив на просмотр этих трагико-комедий не покупал, – и значит, не смотрел никогда, поэтому и не буду больше.

И главное даже не в том, что делается возможным такое дуркование Михалыча – Степаныча:

– Это помню, это не совсем, а то, наоборот: абсолютно забыл, другое просто не люблю уже с самого детства, – а:

– Отсутствие связи между сценами: жизнь была, началась, но одним дуновением – уничтожается.

Например, только что было сказано:

– Теперь, Михалыч, всё это на тебе: и костер, и готовка на нем завтраков, обедов и ужинов с кофеями и чаями напополам, – а тут как:

– Уже окружили! – Хотя музыка еще и играть даже не начала, а уж всё кончено, ребята – всех, кроме Степаныча перестреляли, и не просто так, а:

– Как безмозглых куропаток, – без единого выстрела с их стороны.

Подражание комикам 20-х готов прошлого века. Тогда было также:

– Но здесь сие сделано еще в идиотизированном виде.

– — – — – — – — – — —

По трем каналам идут Голливудские фильма, но с:

– Еще более, чем обычно, ухудшенным чтением перевода.

Но принцип Дэзы один, точнее, наоборот, их два:

– Логический, что Так может быть, и Фактический, что. если по-вашему, такого не может быть, то:

– Вот он я, – именно Такой и есть. – Переводчик, но по-Ихнему:

– Никогда до конца не понимайт. – И не потому, что не обучен:

– А нет такой возможности, чтобы один человек стал другим человеком, – что и значит:

– Перевод всегда, по определению, не соответствует Подлиннику. Бобби Зет никогда не может стать русским Петром или Иваном.

Главный смысл дезинформационного перевода, которые только и применяются на ТВ – Человек не имеет связи с:

– Богом.

Прямая ложь обнаруживается в том, что чтецом перевода предполагается:

– Актер не знает о своих других ролях в кино, – если уж не удалось доказать, что этого знания не имеет зритель.

Зритель пусть знает, но в игре актера в Этом фильме – сейчас идет фильм про подсадного Бобби Зета – нет этого знания.

Тот же смысл заложен и в штамповку политологов:

– Пусть для вас бред, что я говорю, но: что вы можете сделать с тем, что:

– Я – Такая! – Нишего. Ибо это Природа.

Что в посылке может означать только одно:

– Человек появился уже тогда, когда Бога еще не было! – А так как этого не может быть, то значит:

– И всегда реально было только:

– Атеизм. – Почему и важна его пропаганда. Либо напрямую, как было после 17-го года, либо ложной верой. Точнее, безверие преспокойненько выдается за веру, что и есть, собственно:

– Атеизм в действии.

Так бы, может, пусть, но обратный перевод сделать сложно. Вот сейчас люди говорят в фильме голосом переводчика, но!

Но Бог никуда же не пропал! Он должен быть тут всё равно. Как произвести это воссоздание реальности? Удается редко и лишь моментами.

Чтобы не иметь отвращения к голосу чтеца перевода, надо предположить, что есть не только там, там-там-там, на экране телевизора, но и, увы:

– Во мне, в зрителе – тоже!

И так встретим его лицом к лицу.

Вера в Бога – это по сути – признание существования зла.

Почему в Библии написано: надо всегда ходить подпоясанным. А как, если телевизор и другие увеселительные мероприятия направлены на расслабление? Почему, скорее всего, раньше запрещали верующим посещать театр, как это повествуется у Теодора Драйзера.

То, что чтец перевода врет – это понятно, но кажется не очевидным. Хотя всё очевидно:

– В посылке всех чтений переводов по ТВ – нет открытия Шекспира. А именно:

– Существование актера не имеет смысла, на сцене его нет, а есть только: