Владимир Буров – Графские развалины. Эссе (страница 22)
Что Сол-н работал на ЦРУ – единственное, что еще может ошарашить. Ибо:
– Какие ваши доказательства?!
Я знаю только одно:
– Любил – нет, не птиц и богатеньких девиц, чтобы специально быть в противовес Сэлинджеру, который женился на служанке, а большие хорошие дома, с не меньшими, чем у Познера семью гектарами, специально для любимых своих-моих Ранункулюсов и не только Репенс, но прямостоячих, заодно. Тем более, Сол-н любил водные каналы, извивающиеся прямо по его личной территории.
И, следовательно, переехав в Россию, взял себе такой же березовый лес, какой у него был в Вермонте, а не Избушку на Курьих Ножках, чтобы прибавить ужасу на соседей, как местных жителей.
Какие еще склонности Сол-на может привести УВ для привлечения его к ответственности, как человека:
– Зажитошного, – любящего именно хорошо пожить не только сейчас, не только в будущем своих потомков, но и – обязательно – попробовать замахнуться на:
– Прошлое!
След-но был, как, например, князь Вяземский уже им ВСЕГДА. И сидел, практически, именно поэтому.
Недаром некоторые – как в предыдущем Эссе с раскопками Археологии – ребята мурыжили:
– Как Лев Толстой, – и добавлю: как Граф Л. Т-й.
Значит – как бывало говаривал Владимир Высоцкий – срок уже имеешь! – осталось только по внимательнее присмотреться, каких именно фраеров громил Сол-н.
Понять это так же просто, как сам Сол-н не понял, что такое Право, а что, наоборот, Лево – в простонародном противоречии русско-еврейско-немецких большевик-офф.
Ибо не так важно, что вчера только вы были левым, – но, если еще утром не расстреляли – значит:
– Правый.
Тут не ходи к гадалке – проснулся, обязательно посмотри вокруг себя:
– Если есть Сара Бернар и не в причандалах Александры Коллонтай или второй-третьей любовницы А. П. Чехова Щепкиной-Куперник по прозвищу Анатолия Стреляного:
– Кувырок, – просто проверь есть ли на ее нижнем френче следы от ремня маузера, ибо тяжелый, зараза, если есть – значит, ничего страшного сегодня не будет:
– Она его сняла, не только, чтобы для тебя, дурака, опять надевать.
Если маузер в кобуре берет в постелю – тоже:
– Еще ничего не решено, как и было для Бухарчика, когда ему позвонил тов. Эстэ и молвил несколько ласковых слов, не понял, к сожалению, Бухарчик, что надо было не лебезить, а сказать строго:
– Так и запиши, тов. Эстэ в свою записную середину:
– Не намедни, а уже завтрева утром уезжаю, как Байрон к грекам в Будапешт!
И ответили – почти без раздумья:
– Дак вали, конечно.
А так, – даже говорить не хочется.
Ибо:
– Значит, решил и на Западе первым начать революцию – считаем:
– Рано, но и мешать не будем, Сол-ну, крушить Америку, а:
– Сам живет там уже 20-ть лет, – как грится:
– Так-то и я могу. – Но не лично, разумеется, ибо громить Америку, ох! как сложно, т.к. они и не скрывают:
– Кругом Ма-Фмя. – Как Ротшильд по всему свету:
– Я – красный – это моя фамилия, Я – щит, следовательно против красных.
Как ежик круглый – взять его невозможно.
Может ли Умник Вася заказать себе материал на тему:
– Сол-н любил не только домашних птиц, не только свою собаку, но и – мама мия:
– Чацкого! – ответ:
– Не может.
Так как сам УВ не знает никаких позитивных аргументов в пользу Человека Разумного. Так только:
– Кто быстрее угадает с трех раз, почему Шекспир плавал по Суше, аки Иисус Христос ходил во воде?
Из Вероны в Милан через Падую, – и:
– Хоть хнычь или не хнычь, а не разобьет вас, черти полосатые, паралич, так и будете, как Петр Первый владеть морями Балтийскими.
И до тех пор – заметьте – пока ведущий этой програм-менции не заведет свой патефон:
– Шекспир ошибся – как обычно даже по Льву Толстому – так как был ишшо слишком молот.
Вранье на вранье, – след-но, – и враньем погоняет.
Но и смысл любого разоблачения в этом и состоит:
– Наврать больше Иво! – Читобы схватился за голову со словами признания:
– Я так больше не могу-у.
– Дак и не надо, езжай вместе с Бухарчиком в Ялту, там море, кабак есть, бабы уже незамужние, поплаваешь с ыми, снимешь стресс, – и:
– Назад, – уже, так сказать – на плаху-у.
Ибо ты таперь уже разоблачен, так как с нами не заодно.
А почему, собственно? – уверен будет возможность задать такой вопрос Умнику Васе.
И вы думаете, логики – намеренной заранее, логики – будет у него больше, чем у меня? – как спросил Бабель у Бени Хулигана, шо он до сих пор не может кончить с этой, чтобы успеть добежать до свадьбы с моей дочерью.
– Ну, выходи, она уже больше не может ждать.
Пока не могу понять, как можно разоблачить Сол-на. Ибо – в чем, на чем он попался, если вообще ничего не сказал, кроме, как:
– Так и не помирился с Чацким.
Что он позиционировал себя противником советской власти, а был За:
– Неё?
Что-то мне трудно придумать место, где Сол-н был против сов. вл. Ибо в чем суть советской власти, ну, чтобы это было не для пионеров и школьников, а в натуре, для нормальных пацанов?
Только одна истина:
– Говорить против – быть:
– За.
Что значит, по содержанию – критиковать, а по форме – обниматься.
Как Фидель когда-то хотел улизнуть от близости с Лео Илем, даже прикинулся, что у него развязался ботинок у Главного Здания МГУ во время встречи Индиры Ганди, – но, как и было во веки веков пропедалировано:
– Ми подождем-м!