Владимир Буров – Чужой Завет. Эссе. Часть первая (страница 10)

Но об этом – повторю – нет даже конкретного намека кроме одного, как сказал апостол Павел:

– Почитайте себя мертвыми.

Следовательно, отчего люди приходили в ужас, увидев опять припершегося из-за города полумертвого апостола Павла:

– Чтобы подставить вторую щеку – он не подставлял ее!

Ибо здесь важно деление задачи на две задачи – как и изобразил в своё время Галуа, разделив решение уравнений 5-й степени на две части:

– На решаемые и не имеющие решений.

В качестве КАК у апостола Павла выступает то, что у Шекспира:

– Шервудский лес на сцене вместо Итальянского в пьесе Два Веронца, – это не Вместо, – а:

– В Роли Итальянского, – так в Новом Завете уже никто не может сам подняться на Сцену Жизни, – а только в роли:

– Гамлета, – если иметь в виду Смоктуновского и Высоцкого.

Самым абстрактным, объединяющем все случаи КАК:

– Подставить Вторую Щеку, – является именно:

– Прямая Противоположность! – тому, что надо сделать.

И Апостол Павел шел и шел в народ, чтобы показать ему на самом себе эту:

– Новую Правду, – деление мира на Две Части.

Две Скрижали Завета.

Если люди были добры к нему, он говорил им, что они злые, и наоборот:

– Злым на него отвечал, – что они – как и заметил этот вариант Михаил Булгаков в Мастере и Маргарите:

– Люди добрые.

Реальная, так сказать, фантастика, в том смысле, что Правду буквальным школьным образом, просто вслушиваясь в нее:

– Понять никогда не удастся.

Можно только уловить Душой, – что:

– Слова Автора – это тоже:

– Слова Героя.

Что и показал А. С. Пушкин буквально и специально для этого написанных произведениях:

– Воображаемый Разговор с Александром 1, – и:

– Когда Макферсон издал Стихотворения Оссиана.

Как только Читатель фиксирует, что Герой – это Я, а Автор – это Царь, – так:

– Они меняются местами.

Сложного ничего, если прислушиваться к самому себе, – ничего, кроме одного ужасного, так сказать, видения:

– Надо признать главным Героем любого художественного произведения Читателя, которого еще можно – по обычной логике – превратить – идентифицировать – в Автора, – но в:

– Главного Героя – ни за что.

Однако художественным произведением заправляет именно Читатель. Только он может обеспечить Хэппи-Энд Дубровскому и Марье Кириловне. Именно потому Читатель, а не Автор, – что Хэппи-Энд – это не Правило, – а:

– Исключение из правил.

Что значит, Хэппи-Энд – это ЛИЧНОЕ решение Читателя.

Так сказать, Подлинник в его подлинном виде.

Реальным в системе, называемой:

– Без Гегеля, – точнее, без его Посылки, что в фундаменте всех утверждений стоит Бог – эти самые древние Три Кита, Три Слона:

– Читатель никогда не будет управлять миром, – как и:

– Человек, – следовательно.

Объективным назвали:

– Общее, – частность:

– Без, – как сказано было Ле в 17-м году – полный запрет на любую – для тавтологии – частную собственность:

– Что и значит, запрет абсолютный, как не ересь, на:

– Личное мнение, – что и значат повешенные носы Пушкина в Селе Горюхине:

– Всё ваше, но без Личного Мнения, – еще раз – это мир без:

– Хэппи-Энда, – сделанный таким СПЕЦИАЛЬНО.

Вот что значит, претворенное в жизнь утверждение Ле, что Гегеля надо поставить с ног на голову, – хотя он имел в виду наоборот:

– Наоборот.

Следовательно, Апостол Павел читает свои лекции не своими словами, а:

– Мыслями, возникающими у реципиента в процессе его избиения-я.

Вывод, однако, ужасный.

А то говорят иногда:

– Они были дремучими рыбаками, что они могли привести в пример, например, из Гомера и других множественных философов древнего мира, – прямо так, без знака вопроса, ибо ответ для некоторых и так очевиден, что:

– Ничего, – поэтому сделано, как просили:

– Зато у вас, дорогие мои, – ума палата.

Искры мысли летели, следовательно, не из головы Апостола Павла, а из голов тех, кто его видел.

И он ради ЭТОГО почти уже убитый опять переполз черту города, чтобы последний раз, как сказал Пушкин:

– И может быть на мой закат печальный

Блеснет любовь улыбкою прощальной.

– — – — – — – — – — – — —

27.05.18

Второй в зеркале нужен для того, чтобы увидеть, кто находится за встретившимся вам на лестнице человеком. Следовательно, и обращаться надо потом к:

– Нему, – невидимому.

– — – — – — – — – — – —