Владимир Бояринов – Ассоциации явных полярностей. Полярности явных ассоциаций (страница 21)
На краю
Если на окошко сядет голубь —
Расскажу ему и покажу:
Я в работу ухожу как в прорубь,
С головой в работу ухожу.
В ледяную прорубь с головою
Ухожу я с проблеском зари,
Чудной круговертью мировою
Зачарован, что не говори.
Всплеск и блеск! И в это же мгновенье
Озаренье бьёт из-подо льда,
Бьёт снопом слепящим озаренье
И кипит крещенская вода!
Проворкует на прощанье голубь,
Будто у вселенной на краю
Есть большая-пребольшая прорубь…
У вселенной будто бы… в раю…
Борис МИХИН
Хромая
А где-то справа возле «нет»,
в пространстве с привкусом удона,
хромает вечность.
У «мадонны
для жизнелюбов» мало дней,
и свой остаточный ресурс
не тратя на тревоги женщин,
на выяснения, кто грешен,
она даёт:
с утра росу,
любовь в шестнадцать, рядом – нас,
отсутствие достойных пенсий.
А мы изничтожаем бесов,
которых нет, но им сдана
почти вся площадь городов
и все причины опозданий.
Пора на задних стенках зданий
нумеровать все «от и до»,
все непрощения.
Пора
не гнать бы вечность гордо с кухни.
Но мы всё хакаем секунды.
И ты ведь знаешь, что я прав.
Владимир БОЯРИНОВ
Скарабей
От пересудов, от скорбей
От злых насмешек не бегите.
Блажен бесстрастный скарабей,
Обожествляемый в Египте.
Шар из навозного добра
В благословенную погоду
Слепил и катит, словно Ра
Лучистый диск по небосводу.
Докатит до укромных мест,
Где будет некого бояться,
Своё сокровище – и съест.
А в свежий шар отложит яйца.
И вылупятся из дерьма
Жучки, один другого краше…
И это жизнь. И суть сама.
И радости. И скорби наши.
Борис МИХИН
Наше всё
В нашей столице
на помощь не кличут, и это всё длится
слишком всегда. 
