Владимир Бояринов – Ассоциации явных полярностей. Полярности явных ассоциаций (страница 23)
и знают все тюремный сленг.
Не стоит расчехлять баян
про яростный бригадный хостел,
про то, как в жутких девяностых
арменам рвали бабаян.
Владимир БОЯРИНОВ
Величальная
Господа мы называем на Ты,
А записной образец срамоты:
Вора в законе, гнилого вельможу,
Властного пса и похмельную рожу —
Кто перед Господом ниже травы —
Мы величаем учтиво на Вы?..
Борис МИХИН
Сласть и власть
Виват прокравшимся в отцы
народов, прочим Рэмбо,
пока мы били огурцы
и выбирали добрых мэров,
под птичий треск пока дьячку
грехи сдавали мы брезгливо,
и тысячи чужих причуд
на собственные не сподвигли;
пока причина не нова
им вошкаться вверх в кандалакшах,
мы пальцы складывать в шалашик
продолжим с грустненьким «виват».
Владимир БОЯРИНОВ
Пётр Первый
Мы Россию крепко любим,
Мы ей бороду отрубим, —
Не ходить же молодой
По Европе с бородой!
Мы сведем концы с концами,
Разберёмся со стрельцами.
У кремлёвского костра
Императору: ура!
Он – Юпитер, он – кондитер,
Он испёк чудесный Питер,
Что на краешке стола
Во главе стоит угла!
Режьте, гости! Мой дружочек,
Съешьте лакомый кусочек!
Мы готовим и про Вас
Императорский указ!
Мы присвистнем молодецки,
Мы Вам крикнем по-немецки:
От ревнителей пера
Императору: ура!
Борис МИХИН
Сто километров
Сто километров от Москвы
и дальше спившихся домишек
с бумажкой «продаю» излишне.
И еду мимо. Воет «Queen».
Сто километров от Москвы
и выше звёзды исполиньи,
и даже бог, их исполнитель,
к ним, невозможным, не привык.
Сто километров от Москвы
и позже наступает вера,
иначе каждый будет прерван,
иначе не дожить, увы.
Сто километров от Москвы,
не меньше, вещи, люди те же. 
