Владимир Босин – Отель Миравелла (страница 2)

Вскоре выяснилось, что Рашид работает на мощном дизельном погрузчике и не имеет никакого отношения к технической работе.

Как и в армии, мой непосредственный начальник – ротный техник. Мы подчиняемся ротному, а через него зампотеху базы.

Работа в общем привычная. В боксах стоит броня. «КамАЗы» и «Уралы» выстроены вдоль забора. В качестве внедорожников здесь используют пикапы Toyota Hilux. Собственно, здесь не базируются вояки, которые занимаются сопровождением колон, охраной золотых и алмазных рудников и прочей ерундой. Но вот периодически эти суровые парни всё-таки забредали к нам. Это когда их тачки попадали в неприятности.

Но моя служба началась опять с КМБ. И если в армии мне довелось пострелять из автомата всего дважды. Это перед присягой и когда к нам приехала проверка. То сейчас мне выдали АК-74М, записав его в служебную книжку и с ним мне в составе таких же новобранцев пришлось побегать. Я и раньше на расстоянии до 100 метров мог попасть в неподвижную ростовую мишень. А сейчас освоил даже начальный этап работы в группе. Амуниция и форма соответствовала климату. Наша песочная цифра, вентилируемые разгрузочные жилеты и панамы, реже банданы. Зачем нам механикам эта хрень стало ясно позже.

Кроме технического осмотра техники и мелкого ремонта, иногда дежурному технику приходится сопровождать колонну автотехники на марше, участвовать в эвакуации и так далее. В этом случае каждый должен быть вооружён согласно штатному расписанию. Но, слава богу, на территории личное оружие сдавалось в оружейку. А вот при поездках в город нам выдавали пистолеты. Обычные ПМ. Места здесь сложные, может змеюка заползти или ещё живность какая наведаться. Поэтому учиться стрелять из короткоствола тоже пришлось. Благо патронов выдавали немерено, даже поощряли тренировки.

Я скоро прочухал, что вставать желательно пораньше, пока нет такой жары. И даже пристрастился вместе с Анатолием насиловать перекладину турника. Днём же мы отдыхали, как и положено белым сагибам. Выползали к четырем часам и работали в боксе до ужина.

Когда мне предложили продлить контракт, я отказался. Несмотря на все уговоры Анатолия и новых товарищей. Меня забодала эта жара и вечное ощущение грязного и потного тела, антисанитария и полное отсутствие личной жизни. Несколько женщин, проживающих на территории базы уже были заняты господами офицерами. В столовой, правда, работали две большие чёрные тётки. На них без содрогания смотреть страшно. Ребята предлагали местных проституток, цена весьма условная. Но глядя на их страшноватые физиономии я невольно задумывался, сколько заразы могу от них нахвататься.

Так с весьма приятной суммой денег, почти полста зелени, я и вернулся домой. На базе и тратить не пришлось, жили на всем готовом.

Но деньги скоро кончились. Я только нормальный ремонт забахал в квартире, купил нулёвый с магазина французский паркетник Рено Каджар, немного приоделся и смотался в организованный тур по Скандинавии. А потом опять встал финансовый вопрос.

Этот завод, запущенный два года назад, выпускал комплектующие для электронной промышленности. Фирма считалась американской и работала по их технологиям. Меня сюда пристроил отец моего одноклассника. Взяли техником, учитывая мой небольшой опыт в этом деле. Вот только работа здесь отличается в корне от всего, что я проходил. Чисто, кондиционированный воздух. Оборудование новое, японское. Сидишь себе в комнате и проверяешь комп. Если появилась запись о неисправности, берёшь сумочку с инструментом и идёшь в цех. Всё работает на пневматике, реже гидравлика. Зачастую не сразу ясна причина, бывает нужно звать электронщика. Допустим какой-то датчик показывает сбой, не проходит команда. Он может быть неисправным, нет ничего вечного. А возможно его нужно всего лишь немного подвинуть. На то он и называется датчиком положения.

Проработав пять лет на заводе, я получил должность бригадира. А это солидная прибавка к зарплате. В мою сферу ответственности входит также заказывать инструмент для ребят и некоторые запчасти для машин.

На заводе всего три сотни работников, включая контору и инженерию. С нашим директором, Иващенко Петром Васильевичем, я лично общался всего несколько раз. Бывало, что он приходил в цех, чтобы узнать, когда заработает остановившаяся линия. И когда меня повысили, то вызвали в директорский кабинет, и шеф лично меня напутствовал. В духе верности компании и всё-такое.

Нет, я считаю, что мне повезло. Платят нормально и никогда не было задержек. Благодаря этой работе я почувствовал себя полноценным мачо. Моя квартирка небольшая, но обставлена по первому классу. Не стыдно девчонок приводить. Я уже два месяца встречаюсь с Оксанкой. Она работает на нашем же заводе, только в конторе. Симпатичная брюнетка, мы сошлись на корпоративе и как-то так неожиданно сблизились. Обычно я не оставляю девчонок больше, чем на одну ночь. А Оксана другая, поэтому я и предложил ей переехать ко мне.

Но все эти планы нарушил один весьма неприятный вечер. Вернее, началось всё ещё в середине рабочего дня.

– Вечно этот Пашок забирает дежурку, – я возмущённо взмахиваю рукой с зажатой в ней бумажкой. Но директорская секретарша Ольга продолжает невозмутимо набирать текст на клаве.

Когда нужно, главный механик подписывает соответствующий бланк и я беру у секретарши ключи от дежурной заводской машины. Вот и сейчас у нас встало оборудование, для ремонта которого необходим новый пневмоцилиндр. А в резерве пусто, зато я знаю место, где они продаются. До конца рабочего дня два часа, запросто успел бы. Если бы не этот долбанный Паша. Его взяли год назад в инженерный отдел. Злые языки поговаривают, что он чей-то родственник. Но тот и в самом деле тупой. Видимо поэтому его и стараются грузить всякой фигнёй. Типа забрать принтер с мастерской или смотаться к смежникам.

Пришлось, скрепя сердце, ехать на своей машине. А когда я выезжал с заводской стоянки, ко мне быстрым шагом подошёл сам Иващенко.

– Слушай, Александр, вот ты мне и поможешь. У меня аккумулятор сдох, а мне позарез нужно через двадцать минут быть в районной администрации. Дежурной машины, как всегда, нет на месте. Будь другом, подбрось. Тебе не по пути?

Мне было совсем не по пути, но как откажешь директору. Я только позвонил начальнику цеха и намекнул, что задержусь по особым обстоятельствам.

Я как идиот проторчал у здания администрации, потом подбросил шефа к его знакомому и опять сижу жду. И если на наш завод такси едут неохотно, то в центре города их навалом. Мог бы и тачку взять.

Часов в шесть вечера наконец-то открылась дверь подъезда и вышел Пётр Васильевич, собственной персоной. Увидев меня, греющего задницу о капот машины, он уверенно направился ко мне. В руках нёс небольшой свёрток, которого у него раньше не было. А когда он подошёл к тротуару, чтобы перейти дорогу, вдруг по проезжей части, ревя мотором, понёсся скутер. Дальнейшее произошло прямо передо мной. Пассажир скутера протянул руку и раздались негромкие хлопки. Я не сразу и понял, что стреляют.

Чёрт, наш директор упал на асфальт, а я как стоял, прислонившись к капоту машины, так и замер. Действия убийцы были неторопливы. Он подошёл к телу и нагнувшись, поднял пакет. Проверив внутренние карманы пиджака лежащего, выпрямился и посмотрел на меня. И так как он был в шлеме с затемнённым стеклом, лица я не рассмотрел. А вот он моё отлично. Наоборот, казалось, он пытается меня запомнить. Окинув взглядом мою машину, сел на пассажирскую сидушку скутера и тот оставив вонючее облако выхлопа исчез в подворотне.

Домой в тот вечер я вернулся очень поздно. В полиции меня мурыжили несколько часов. Пришлось трижды пересказывать каждый шаг сегодняшнего дня.

На работе с утра вроде было всё как обычно. Я не стал сообщать сам о происшедшем. Пусть кому надо, тот и информирует. Уверен, начальство всё уже знает.

Сев в машину в конце рабочего дня, я обнаружил маленький тонкий пакетик. Он завалился под пассажирское кресло и не сразу заметишь.

Внутри несколько листков. Какие-то документы, похожи на банковские. Это шеф вчера выронил, больше некому. Нужно будет в полицию отнести.

Глава 2

Утром сев в машину, обратил внимание, что брелок с качающейся собачкой висит на зеркале заднего вида неправильно. Я его смещаю вправо, чтобы не мешал. Какого лешего он оказался по центру? В бардачке документы тоже кто-то трогал. Бляха-муха, куда же я вляпался? Остановившись на заправке, я решил бегло осмотреть машину. Может украли чего. В багажнике под запаской лежит тяжёлый свёрток. Я разворачивал его как ядовитую змею. Это пистолет незнакомой мне конструкции. Быстро сунул его обратно и дав газу, вылетел на трассу.

В голове судорожно бились мысли, одна ужаснее другой. Меня же пытаются подставить, пистолет с глушаком, наверняка палёный. Возможно, вчера он и был в деле. Тормознув у первой попавшейся мусорки, я выкинул свёрток, постаравшись засунуть его на дно, прикрыв сверху вонючим пакетом.

Так, вроде отпечатков я не оставил, хватило ума не прикасаться. А когда в обед за мной приехали, я почти не удивился.

– Меня зовут Олег Константинович Желтков, следователь по делу об убийстве господина Иващенко. С Вашим вчерашним допросом я ознакомился.