Владимир Богданов – Позвоночник – бог здоровья (страница 9)

Кто стучится в мою дверь

Кто только не приходит, кто только не обращается ко мне за помощью! Стучатся порой в дверь приемной и спортсмены- профессионалы. Казалось бы, откуда у них-то подобные хвори – ведь эти люди буквально поклоняются и служат самому движению. Увы, болезни позвоночника не щадят и подвижных людей. Выходит, движение движению рознь, и мне как спортсмену- профессионалу, как врачу приходится постоянно «зачитывать инструкции» о том, как держать голову бегуну на стометровке, как работать на других дистанциях только за счет ног и рук, что должны вообще помнить бегуны, начиная очередной забег. Лечу и консультирую тяжелоатлетов, конькобежцев, лыжников, пловцов, стараюсь помочь им обрести образцовую форму для достижения высоких спортивных результатов.

В каждом виде спорта участвуют разные группы мышц, и очень важно создать запас прочности в них, строго, неукоснительно держаться найденного медициной стандарта в их правильной и безотказной работе.

Это в какой-то мере уже тренерская практика. Впрочем, иногда кажется, что и моя работа в целом—тоже своего рода тренерская деятельность. Правда, мои установки имеют достаточно широкий диапазон и нацелены на одно-единственное: более эффективное управление, пользование позвоночником, мышцами, сухожилиями. Наш организм и, в частности, позвоночник, к счастью, обладают немалым резервом прочности и запрограммированы на довольно солидные нагрузки. В принципе, позвоночник сориентирован не на старость, не на угасание, а на долголетнее самосовершенствование.

Обследуя безнадежного больного, я строго держусь гиппократовского «Не навреди!». Сказать всю правду, и только правду пациенту, когда никаких надежд нет, – преступно для врача. Стараюсь прежде всего успокоить, внушить веру в исцеление.

Прежде чем приступить к лечению, как правило, требуются рентгеновские снимки или другие специальные обследования, чтобы точно, без малейших погрешностей представлять картину заболевания. Привели ко мне однажды 40-летнего полуразрушенного человека. Привела его старенькая мать, умоляла помочь сыну. Тот весь согнутый, зеленый, выглядит на все 60—65. У него и сколиоз, и спондилёз, и остеохондроз, и прочие «озы». Мышцы атрофированы. Словом, зрелище ужасающее. Попросил принести рентгеновские снимки.

– К чему снимки, доктор? Лечите не откладывая. Сейчас лечите!

Отказал. Вслепую не лечат. Через некоторое время узнаю – умер человек. А ведь, возможно, удалось бы спасти его.

Угнетенность, глубокую апатию, сконцентрированную безнадежность человек носит с собой и в себе. В конечном итоге, на что настроит он свое «я» – на спасение или на медленное угасание, то и возьмет верх. Противиться всеми жизненными силами своему недугу, вести решительную схватку с ним – мое первое и важнейшее напутствие и требование к пациенту.

О психологии в своей работе. Приводит мама на прием сынишку. Смотрю на него, изучаю и в присутствии родительницы шутливо объявляю: «О, да он у вас порядочный ленивец, бездельник, я бы даже сказал, шалопай. Если не так, прошу тысячу раз прощения». Мама округляет глаза и без раздумий подтверждает мои выводы. Удивляется, откуда и как мне известно об этом. Я свое. «А ты, Вова, продолжай лентяйничать. Лежать-то лучше, чем сидеть. Пусть мама за тебя телевизионные программы переключает, ботинки зашнуровывает. Ленись на здоровье». Мать в полном недоумении. Как-то странно смотрит на меня, не знает, что и сказать. Упреждаю ее: «Ленись, ленись! Только не забудь, пожалуйста, когда смотришь телевизор, обложить себя подушками, когда сядешь за парту—прямо держать голову, когда…». И начинаются мои «когда» – довольно нелегкие на первых порах для мальчика задания и требования. «Ну, конечно, – добавляю при этом, – ты можешь и не делать всего этого, если не хочешь избавиться от болей, от кривобокости, а в дальнейшем – неподвижности на долгие годы».

Многого, очень многого стоят доброжелательность, искренняя душевность, собранность целителя, его ласковое, обнадеживающее слово, обращенное к больному. Недавно поведали мне трагическую историю одной девочки. У школьницы пятого класса прогрессировал сколиоз. Изгиб позвоночника стал настолько заметен, что жестокие одноклассники стали подсмеиваться над ней. Где были при этом родители, вопрос в общем-то праздный. Сколиозы у нас дело привычное и считаются чуть ли ни чем-то само собой разумеющимся. В конце концов девочка пошла к врачу, а та не задумываясь вынесла ей суровый приговор: «Останешься такой на всю жизнь». После визита к доктору пятиклассница Катя выбросилась из окошка шестого этажа родного дома.

Повторяю: врач не имеет морального права объявлять тяжело или вовсе безнадежно больному всю правду о его состоянии. Если есть хоть малейшая надежда на исцеление, ее надо, как искорку, раздувать и всячески поддерживать в человеке.

Каким мне видится наш позвоночник

Хотелось бы сказать о пагубности живого примера, который ежедневно маячит перед глазами детей в родной семье. По моим наблюдениям, чаще всего ко мне ведут детей те родители, у которых также не все благополучно с позвоночником. Сами за собой не смотрели, сами не берегли себя и вот обрекли, того не ведая и не желая, на тяжкие испытания собственных детей.

Получается порочный круг, выход из которого рано или поздно станет общенациональной проблемой. По крайней мере, уже сейчас в наших школах, по подобию американских и канадских, надо вести системное наблюдение за детьми с деформированным позвоночником. Необходимо выявлять эту деформацию на ранних стадиях, с тем чтобы упредить прогрессирующее развитие заболевания. Металлические дорогостоящие корсеты, лечение ребят в специализированных клиниках, как и операции на позвоночнике, – пока что большинству пациентов недоступны из-за дороговизны. Нельзя же в конце концов доводить школьников до прыжков с шестого этажа.

Позвоночник представляется мне величественным кафедральным собором с идеальной гармонией пропорций. Кажется, что его неведомый зодчий-создатель задавался целью превзойти все существовавшее до него в органической «архитектуре». Для меня, как и для миллионов моих коллег, спинной хребет человека был и остается загадкой мироздания – настолько велики и малопостижимы его функциональные возможности и ресурсы.

Отведем нависшее над нами проклятие

Уже не раз говорил я о том, что заболевания позвоночника стали чуть ли не проклятием нашего века, хотя даже в окаменевших останках далеких пращуров человека найдены следы, доказывающие, что и они, наши далекие предки, страдали такими заболеваниями. Можно, конечно, во всем винить нашу техногенную цивилизацию с сопутствующим ей физическим «застоем» человека. Можно корить нынешний безрассудный образ жизни человечества с его стрессами и перегрузками. Многое можно объяснять и отравленной окружающей средой, неправильным питанием, затрагивать десятки других медицинских, социальных и даже духовных аспектов, так или иначе воздействующих на здоровье нашего позвоночника и вызывающих привычные, будничные боли в спине. Легче от этого никому не станет, если не будет предпринято эффективной фронтальной атаки на заболевания. К сожалению, пока что в объяснениях первопричины подобных недугов много приблизительного.

В популярной литературе о здоровье, к примеру, о борьбе с малоподвижностью, с неправильным питанием, предлагаемые рецепты выстраиваются в цепочку сбивчивых и нередко исключающих друг друга советов и наставлений. Простым смертным остается только гадать, какую пищу и в каких объемах им употреблять, сколько поднимать груза и как, сколько спать, на чем лежать и т. п. Естественно, одной-единственной методологии борьбы с бедствием не разработаешь, и все же я считаю, что предпринимаемых нами усилий в борьбе с болезнями позвоночника на сегодня явно недостаточно. Впрочем, прорывы уже наметились, и растущий поток специальной медицинской литературы о нашей спине – подтверждение тому.

После такого, может быть, несколько общего экскурса хотелось бы ближе подойти к непосредственному предмету нашего разговора. Чем же мы, спрашивается, платим своему позвоночнику за его старания и неусыпные заботы о нас? Природа, как уже подчеркивалось, наделила нас прямохождением, а ведь примерно 90 процентов людей ходят с отклонением от вертикали. Что это – конструктивный дефект, просчет природы или нажитый, приобретенный нами наклон? Единого мнения на этот счет в медицине нет. Я склонен все же рассматривать такое отклонение как досадное благоприобретение и не винить во всем далеких прародителей. Посмотрим на меньших наших братьев – животных. У них четыре двигательные опоры. Природа почти идеально распределила по ним силу тяжести и отрегулировала «подвеску» внутренних органов так, что животные очень редко страдают заболеваниями позвоночника. Что касается человека, то та же природа посчитала, наверное, что homo sapiens сам позаботится о себе и не допустит никаких отклонений.

Объективные предпосылки к ходьбе чуточку с наклоном вперед, конечно же, существуют, но они не настолько значительны, чтобы мы не смогли преодолеть их. Тем более нетрудно уяснить аксиому: чем прямее держится человек, тем дольше он живет. Кому из нас неведомы плохой сон, отсутствие аппетита? Напрямую мы почти не связываем эти недомогания с позвоночником, находим десятки объяснений своему сумеречному, болезненному состоянию. А ведь разгадка чаще всего кроется именно в неустроенности, в неблагополучии нашего позвоночного столба.