Владимир Бабушкин – Борей. Книга 2. Граф (страница 2)

– Нас кто-то догоняет? Успокойся, Абу, ничего я не накаркал! Косолапые не катаются на повозках. Это просто попутчики, спрячься пока в фургон и смотри за своим ящиком!

Сообразительная обезьянка юркнула под матерчатый полог, а я продолжил движение рядом с передним колесом повозки, периодически оглядываясь назад в ожидании неизвестных гостей. Подумав, я решил укрыть свой, не последний козырь, в рукаве.

– Нэд, беги в кусты и не показывайся без моей команды!

Пес, повинуясь приказу, свернул с дороги и скрылся в растительности. Где он находится, я уже не видел, но точно знал, что при необходимости он моментально появится рядом. Наконец и я расслышал топот лошадиных копыт и скрип ступицы колес повозки. Из-за поворота показалась карета в сопровождении четырех колоритных всадников. Разноцветные перья на шляпах, серые плащи и притороченные шпаги однозначно указывали на знатность пассажира кареты. Изучив местные порядки, я точно знал, что необходимо делать в такой ситуации. Свернув на обочину и остановив фургон, я снял свою соломенную шляпу, прижал ее к груди и склонил голову. Упряжка из четырех лошадей спокойной рысью тянула карету без особого напряжения. Устройство самой повозки представляло, как я думаю, верх местной технической мысли. По внешнему виду она очень походила на классический фиакр с поднятым задним складным матерчатым верхом, полностью прикрывающим задний диван от солнца и осадков. Острым взглядом я заметил, что переднее правое колесо еле заметно поигрывало. За богато одетым нерадивым кучером на заднем диване сидели две женщины в серых дорожных платьях. Молодая девушка, видимо местная аристократка и пожилая матрона, скорее всего представительница прислуги. Что-либо рассмотреть на такой скорости было сложно, но на каком-то подсознательном уровне, я был уверен в правильной оценке промелькнувшего фрагмента. Карета проехала мимо моего фургона с демонстративным пренебрежением, возница на облучке и пассажирки даже не повернули головы в мою сторону. Все это я сумел разглядеть, искоса наблюдая за проезжающей процессией. Не знаю, по какой причине, но я ощутил некоторое облегчение от отсутствия внимания к своей персоне. Однако радость моя была преждевременной. Один из замыкающих всадников придержал своего коня. Черный, лоснящийся на солнце жеребец, начал гарцевать на месте, не понимая причины резкого торможения после продолжительного бега. Всадник, удерживая одной рукой узду лошади, некоторое время с любопытством рассматривал меня и мой фургон.

– Ты кто такой, путник? Уж не промышляешь ли ты на этой дороге?

Теперь уже я мог поднять голову и с не меньшим любопытством рассматривать остановившегося всадника.

Несмотря на небольшую запыленность одежды, всадник выглядел по местным меркам очень богато: длинный, почти до колен, темно-синий кафтан с множеством начищенных медных пуговиц, с длинными рукавами, оканчивающимися широкими, более темными манжетами, из-под которых выступали пышные кружева белой рубашки, частью прикрытые кожаными перчатками. Кафтан, застегнутый только на груди и до талии, подчеркивал вполне спортивную фигуру. Это был классический жюстокор, поверх которого располагалось белое жабо рубашки. На плечи был наброшен серый плащ с широким отложным воротником, скрепленный серебряной фибулой. Из-под плаща поверх кафтана проглядывалась кожаная, расшитая серебряным узором перевязь для шпаги. Узкие коричневые шоссы, плотно обтягивали ноги и переходили в высокие сапоги-ботфорты. Широкополая синяя шляпа с крашеным бело-фиолетовым набором перьев в виде плюмажа оттеняла надменное лицо наездника. Длинные черные волосы до плеч обрамляли загорелый овал лица. Карие внимательные глаза, прямой нос с горбинкой, пренебрежительно поджатые губы под тонкими прямыми усиками выдавали в нем человека, привыкшего повелевать. Самовлюбленный молодой повеса – сделал я вывод, закончив свои наблюдения. Однако затягивать с ответом явно не стоило.

– Я бедный старый комедиант и фокусник, господин, – с очередным поклоном ответил я. – Путешествую по свету в поисках средств для существования. Зарабатываю, развлекая публику своими вывертами.

– Фокусник? Это факир что ли? Докажи! А ну порадуй меня, попробуй чем-нибудь удивить! – хмыкнул парень с явным интересом.

Думаю праздное любопытство юного дворянина нужно поощрить, заодно и избавить его от лишних подозрений. Для этих целей у меня имелось несколько домашних заготовок.

– Господин, нет ли у тебя какой-либо монеты? Я мог бы показать довольно интересные превращения.

Парень явно заглотил наживку. Сняв с пояса кошелек и развязав завязки, он вынул из него мелкую медную монету и навесом бросил ее в мою сторону. Поймав монету, я начал демонстрировать давно отточенный фокус с исчезновением и появлением монеты в той или иной руке, сопровождая свои действия отвлекающими щелчками и пассами. Юноша явно был не искушён в подобных зрелищах. Лицо его приобрело какое-то детское и наивное выражение, он даже приоткрыл рот в немом изумлении. Выполнив очередной прием, я с улыбкой продемонстрировал ему пустые ладони. Лицо парня приобрело выражение обманутого жениха.

– Где мой денье, старик? – кроме обиды в голосе проскользнула нота возмущения.

Подойдя вплотную к всаднику на уже успокоившейся лошади, я опять проделал несколько пассов с исчезающей монетой и предсказуемо закончил трюки пустыми руками. Медяк был маленьким, не более двух сантиметров в диаметре, с неровными краями, но это даже упрощало манипуляции с ним.

Лицо парня начало краснеть от гнева. Довольно странные эмоции для такой мизерной суммы! Скорее всего, этого гордеца возмутил сам факт обмана.

– Посмотри у себя в правом кармане. Человек на протяжении своей жизни всегда что-то теряет, но порой это только иллюзия, – обезоруживающе улыбаясь, сказал я, разведя руки в стороны

– Пожалуй, оставь себе, ты его честно заработал, – удивленно обнаружив пропажу, юноша, смеясь, вновь подбросил монету. – Как тебя зовут, старый пройдоха?

– Благодарствую, господин. Зовут меня Сулейман ибн Дауд, – ответил я с поклоном, пряча монету в карман своей жилетки. После долгих раздумий я решил присвоить себе это известное в моем мире имя. Думаю, этот псевдоним гармонично впишется в разыгрываемый спектакль одного актера.

– Странное имя. Откуда ты родом?

– На свете много странных имен. Без имени – человека нет. Родом я из Иевуса. Родина моя расположена на западе за морем. Страна находится очень далеко, я ищу способ вернуться домой и иду к своей цели уже три года. Если бы путешествия были бесплатны, ты бы никогда не увидел меня здесь.

Сразу поясню, уважаемый читатель, по поводу имен, звучащих в дальнейшем тексте. Чтобы не плодить сущности с переводом, я адаптировал все имена персонажей на французский манер. Иначе просто невозможно адекватно излагать дальнейший текст. К примеру, схожий титул «виконт» звучит на местном языке фонетически похожим на звук «дур», граф как «дар» а герцог – я даже боюсь произнести это вслух. Что касается имен, то это вообще отдельная песня! Многие имена трудно произносимы, а те, что читаемы, имеют порой очень странные созвучия. По этой причине все имена персонажей максимально возможно приближены к французским аналогам. Тем более, что иерархия и местная культура оказались очень похожими. Однако, свое новое имя я выбрал как наиболее подходящее и вполне произносимое на местном языке.

– Не слышал про твое царство, но ты странно говоришь, похоже, что ты действительно не из местного лесного братства. Надеюсь, вскоре увидеть тебя. У такого бродяги наверняка есть много интересных историй. Очень жаль, что у меня нет времени болтать с тобой. Но знай, что ты находишься в землях моего отца барона Огюста де Дюсака. По сему, ты обязательно должен посетить его замок. На воротах скажешь, что тебя пригласил Жак де Дюсак. Не разочаруй меня, старик, но и не переживай, уверен, что ты не пожалеешь. Да, и будь осторожен, эта дорога не самая безопасная.

– Благодарю, твоя Милость, за предупреждение, я буду осторожен и при возможности с превеликим удовольствием воспользуюсь твоим приглашением.

Карета давно скрылась из виду, и аристократ снизошел до того, что даже махнул на прощанье мне рукой. Ударив каблуками по бокам своего скакуна, он рванул вперед, поднимая пыль и обрывки травы с этой редко используемой проезжей части. Через некоторое время всадник, как и карета, скрылись из виду.

Глава 2. Племянники

Когда всадник начал удаляться, я вздохнул с облегчением и начал выводить фургон на дорогу.

– Нэд, ты где? На этот раз пронесло, в смысле, неприятность ускакала, а не то, что ты мог подумать, мой умный разведчик. Давай, дружище, вперед, только сильно не удаляйся! Дальше помчим с ветерком!

Мои две пегие кобылы с раздутыми боками и флегматичным поведением олицетворяли размеренный ритм местной жизни, и не как не тянули на тройку залетных. Пес, тем временем, словно приведение, материализовался на фоне ближайших кустов и опрометью бросился по накатанной колее дороги. Полог фургона колыхнулся, и из-под него выглянула испуганная мордочка обезьянки.

– Расслабься, Абу, все нормально! Он сказал, что местные косолапые не питаются приматами. От вашего брата у них несваренье и неприятный запах изо рта. Но я бы на твоем месте, Абу, на всякий случае съел пару зубчиков чеснока.