Владимир Бабкин – Рывок в будущее (страница 15)

Киваю.

– Говорил. И не один раз уже. Но… – Развожу руками. – Матушка говорит, что изменить план сложно и дорого. Что Петербург в основном построен. По крайней мере центральная часть. Не переносить же город в другое место. А я не вижу причин слепо следовать плану. Большая часть столицы ещё не построена. Лишь обозначена на плане. Давайте укрепим и обезопасим что уже построено. Поднимем высоту набережных, построим стены вокруг уже возведённых зданий или целых кварталов, так чтобы легко было запереть от прибывающей воды. Сделаем островки. Нужны каналы отвода воды. Хорошо бы дамбу поперёк моря, но мы её ещё лет двести не построим, нечего и фантазировать.

Разумовский молчал. Потом спросил:

– Насколько поднималась вода раньше?

– Где-то на десять футов.

Тот лишь крякнул.

Да, три с половиной метра – это не шутки. Стены – это прекрасно, но весь город либо у рек, либо на каналах. Красиво дед подражал Голландии, кто спорит. Но, у нас ведь не Голландия. Другие условия. У нас не Амстердам и не Венеция.

– Что предлагаешь?

– Разработать и принять новый генеральный план. Сдвинуть город на более высокое место. Собирались строить новый Зимний дворец? Так давайте построим его там, дальше. И привяжем новый генплан к нему. Я и свой новый Итальянский дворец хочу строить в другом месте. Где, не топит гарантированно. В Старом Петербурге можно оставить что есть. Что можно – перестроить, подняв цоколи и запретив строить одноэтажные жилые дома. Новые дома, особенно хозяйственные, сразу строить на сваях. Новый же Санкт-Петербург строить с учётом всего опыта. Красиво и современно. И безопасно. Не позднее 1750-года нужен новый генеральный и перспективный план развития столицы. Нужно пригласить архитекторов и инженеров с опытом строительства подобных городов. В Европе их немало. Там тоже затопления и разливы рек не редкость.

Разумовский покачал головой.

– Пётр. Это огромные деньги. Где их взять? Дед твой Царственный, почти разорил Россию войной и строительством Петербурга.

– Видел цифры убытков от наводнения и расходы на восстановление?

Хмуро:

– Видел.

– Если мы построим город по плану 1737 года, то однажды мы разоримся. А если вдруг война, то столица придёт в полный упадок и нам придётся возвращать её в Москву.

– Там тоже топит.

Киваю.

– Топит. Но не так. Хотя и для Первопрестольной нужно меры принимать.

Алексей вздохнул.

– Хорошо, я поговорю с Лисавет ещё раз.

– Спасибо, Лёш.

Как там? Ночная кукушка всегда перекукует дневную? Тут суть та же.

Ем остывающую картошку. Действительно проголодался.

Разумовский переменил тему разговора.

– Ладно, так что думаешь о поселениях в Патагонии?

Пожимаю плечами.

– А я откуда знаю? Даст Бог, живы. Может до будущего года индейцы и испанцы их там не перебьют.

– Вижу, ты всё так же хмуро смотришь на эту затею.

– Да, Алексей, энтузиазм Адмиралтейства мне не по душе. Особенно в части мифических заморских территорий. Тем более тех, которые никому не нужны. Колонию мы так далеко не сможем организовать, тем более снабжать и защищать. Вторая экспедиция – прекрасно. Офицеры и моряки получают бесценный опыт дальних походов. Это нужно и полезно. Но… Вот, например, Беринг открыл нам и миру Аляску. И, что? Что дальше? Холодные пустые земли, в которых ничего нет, кроме пушнины. Как кормить там фактории? С Большой Земли не навозишься. Ледовитый океан проходят суда за два сезона. Портов на Тихом океане у нас нет, да даже если бы и были. Россия огромна, но не имеет ни одного незамерзающего порта вообще нигде. Какая тут торговля и снабжение колоний? Да и населения лишнего нет.

Кивок.

– Да, Пётр, это так. Но, ведь так было всегда. Однако, Русь-матушка расширялась всегда. Это у вас в Европах…

Вопросительно смотрю на него. Тот тут же поправляется:

– У них, в Европах, стран много, народу много, все толкаются боками. Расстояния маленькие. А у нас? Год скакать – не доскачешь!

– Да. И в наших сибирских землях один русский на тысячу вёрст.

Разумовский горячо возразил:

– Ну, и что с того? Всегда так было – русские добытчики и казаки шли за Урал, осваивались, брали в жёны местных девиц. Оседали. Местные учили их, как тут выживать. Если, не убивали сразу, конечно. Но, тут уж как сговоришься с местными. И так верста за верстой. Амур освоим. Порт на Тихом океане построим. А там есть где развернуться!

– Лёш, при всём уважении, наших за Уралом горстка. На Амуре и у океана ещё меньше. А китайцев и маньчжур просто прорва там. Пока они внутри себя не перегрызутся, вроде нашего Смутного времени, мы там ничего не сможем сделать. Да, не спорю, надо быть готовыми. Но, Аляска и Америка в целом? Не знаю. Слишком широко шагаем. Штаны бы не порвать. Нам народ кормить нечем даже в самой коренной России.

– Ты ж создал Императорское Вольное экономическое общество? Собрал в Петербурге крупных землевладельцев, даже выступил на учреждении сего. Не ты ли говорил, что единственный выход – повышение урожайности и приплода скота? Улучшение почв, развитие хлебной торговли и прочее разведение пчёл? Что нужно перенимать лучшее друг от друга и от науки? Своей и европейской?

Непонимающе смотрю на него.

– И что? Это тут причём?

– Это отвечая на твой пассаж: «Кормить нечем». Так и не будет чем, если мы не будем двигаться. А на дальних рубежах поселенцы, старатели и охотники сами себя прокормят. Бабы наши туда не дойдут, это да. Но, дело привычное. Мужики местных баб в жёны возьмут. Какого они там цвета, бабы-то? Красные?

Качаю головой.

– Насколько я знаю, красные южнее. На Аляске они, судя по докладам экспедиции Беринга, весьма схожи с нашими народами севера.

– И много их там?

– Кого? Баб?

Кивок.

– Ну, да.

– Откуда я знаю? Беринг не считал. Вроде хватает.

– Вот! Закрепимся. Форты и фактории. Пушки кораблей прикроют. Да и в фортах пушки поставим. Там же пушнины полно! А пушнина – это серебро. Это торговля. Народ наш потянется туда, как тянулся за Урал веками. Что нашим стоит океан переплыть? Сибирь тоже не гостеприимна. Многие мрут. Это – да. Но, шли же! И идут!

Я промолчал. Конечно, я рассматривал и этот вариант. Более того, я прекрасно понимал, что без земель южнее, колония на Аляске довольно быстро выбьет всякого соболя и станет убыточной, как это и было в моей истории. Придётся или продавать или просто бросать. Но, полноценно осваивать мы не готовы ещё минимум полвека. А через полвека-век там и без нас будет не протолкнуться. Нужны плодородные земли в Америке, чтоб не возить всё через Сибирь и Дальний Восток. Да и базы нужны на Дальнем Востоке, а мы там весьма непрочно стоим. Какой вариант? В основном возить кораблями через Балтику, Атлантику, вокруг Южной Америки на север – к Калифорнии. Тоже год пути. И большей частью путь в один конец. Кто туда согласится отправиться? Ну, опыт освоения той же Северной Америки показывает, что бегут туда в основном те, кого преследуют на религиозной почве. Простому бедняку решиться куда-то переселяться за океан невозможно даже вообразить. Россия велика и всегда есть куда отселиться от греха и блуда. Или от голода. А вот религиозные общины, те, да, те могут. Особенно, если им дать возможность и деньги. Те же староверы, например. Их в России много. Организовать общество какое-то. Собрать видных староверов, перемолвиться словом-двумя. Обрисовать содействие и интерес в освоении новых территорий за океаном. Денег дать. Корабли. Они тоже не бедные. Могут и свои построить. В общем, Корона не будет мешать отплывать из Санкт-Петербурга караванам с переселенцами. Может даже даст фрегаты в сопровождение, чтоб пингвины не обидели по дороге. Параллельно отправлять мужиков-охотников, земледельцев и прочих старателей. Пустить слух о сказочной Земле Обетованной с молочными реками и кисельными берегами. Ну, и в таком духе. А к моменту, как мы прочно встанем на берегах Тихого океана с нашей стороны, у нас уже могут быть поселения с той стороны. В Калифорнии всё равно толком пока нет никого. Ни испанцы не добрались, ни англичане. Индейцы голозадые бегают и лошадей пугаются.

К тому же чтоб добираться хоть в туже Калифорнию промежуточные базы нужны. А свободных мест под них почти в мире и нет. Оттого и ставим форты-фактории в Патагонии. Пока «чисто для нужд географических экспедиций». Морем с остановками быстрее даже на Камчатку от нас плыть. Через два океана. Испанцев в тех землях нет. Пока. Если мы колонией не будем объявлять или о золоте Огнеземелья не прознают, то пока точно не до Патагонии испанцам. Наши вот адмиралы, хоть и таимся мы о найденных залежах говорить, сразу стали за ежегодное плавание радеть. И Матушка. Ну хоть флот будут в порядке держать и новый строить. А он сейчас – локомотив экономики. А за это стоит и повоевать.

Понятно, что это пока чистая фантазия. Но, отнюдь не невозможная. При должном усилии и организации. Отпускать наших местных, как сказали бы в Европе, еретиков, Матушка может и воспротивиться, конечно. К ногтю и всё такое. В любом случае, со староверами надо мириться. Они отличные ребята. Хозяйственные. Непьющие. В конце концов та же Европа утихомирилась в части религиозных войн.

И мы должны четко понимать, что староверы – враги нынешней России. Других вариантов я не вижу. Потому и нужно насыщать Америку и нашим православным мужиком. И не только православным, но нашим. А где этих мужиков взять? Как снабжать?