Владимир Бабкин – Империя. На последнем краю (страница 57)
Мостовская ошарашенно подняла голову.
– Служить? Вам?!
Холодное молчание в ответ. Ольга нервно промокнула пот со лба. Императрица ждала. В конце концов баронесса выдавила:
– Вы хотите взять меня под полный контроль?!
Царица усмехнулась.
– У вас очень умный сын. Я надеюсь, что ум свой он унаследовал не только от отца, но и от матери. Я уверена – у него самое блестящее будущее. Если, конечно, глупость и безрассудство не станут вступать в конфликт с разумом. И последний вопрос – вы любите моего мужа?
Ольга отшатнулась.
– Что?!
Императрица спокойно повторила вопрос:
– Вы любите моего мужа? Ответьте правду. Я должна это знать.
Мостовская молча кивнула. Светская улыбка в ответ.
– Что ж, баронесса. Я вас услышала. С этого момента вы моя статс-дама. Бумаги о вашем переводе в мою свиту графиня Менгден передаст по инстанции.
Из аналитической статьи информационного агентства PROPPER NEWS. 8 октября 1918 года
Опровергнув распространенное ранее сообщение о смерти русского царя, российская дипломатия перешла в информационное наступление.
Отзыв русского посла из Лондона, как и ожидалось, стал лишь первой ласточкой в череде заявлений официальной Ялты. Вслед за этим Россия обвинила Британию в подрывной деятельности, а также в организации похищения членов императорской фамилии и прочих подданных русской короны, потребовав их незамедлительного освобождения и возвращения в Единство. Все заявления бывшей императрицы Александры были «с гневом» опровергнуты и отвергнуты.
Неофициальные источники в Петрограде, Москве и Константинополе, комментируя эти скандальные заявления бывшей царицы, утверждают, что душевное здоровье Александры Федоровны и раньше вызывало определенные опасения, а уж после отречения от короны Николая Второго эти проявления и вовсе приняли болезненный оборот. И что только братская любовь удерживала нынешнего царя Михаила Второго от более серьезных решений, вроде требования о психиатрическом освидетельствовании бывшей царицы.
Мы пока не можем сказать, как вяжется это утверждение о братской любви с информацией и обвинениями в адрес юной царицы Марии относительно якобы имевшего места убийства Николая Второго в Константинополе. Впрочем, императрица вряд ли испытывала к Николаю, Александре и их детям особенно нежные чувства, тем более с учетом того, что они являются ее прямыми конкурентами в борьбе за трон.
ДОПОЛНЕНО:
Известная букмекерская контора «Alabama Prime» начала принимать ставки на исход противостояния между нынешней царицей Марией и бывшей царицей Александрой. Пока соотношение коэффициентов далеко не в пользу последней, что свидетельствует в неверие аналитиков в возможность серьезно поколебать позиции бывшей итальянской принцессы, несмотря на все тяжелые обвинения в ее адрес. Также продолжается прием ставок на шансы Марии удержаться у власти и на шансы царя Михаила остаться в живых в результате всех процессов.
Нам же остается запастись терпением и дождаться развязки этой эпической драмы.
Империя Единства. Россия. Москва. Кремль. Кабинет ее величества. 8 октября 1918 года
– Ситуация в Австро-Венгрии резко обострилась. Государыня, нам необходимо быть готовыми к вводу Германией своих войск под предлогом защиты немцев от погромов, которые действительно имеют место. Однако, смею полагать, что ввод германских войск может, с равной степенью вероятности, либо обратить всю Двуединую монархию в хаос гражданской войны, либо, наоборот, мобилизовать массы, и в первую очередь армию, на сопротивление вторжению.
– Каков был приказ императора на сей счет?
Гурко ответил без промедления:
– Государь отдал приказ быть готовыми к введению войск на территорию Австро-Венгрии. Корпуса готовы. Однако нам требуется политическое решение.
– Насколько велик риск новой войны?
– Определенно велик, ваше величество.
– Мы сами готовы к войне по вашему мнению?
Главковерх не стал приукрашать положение.
– Для введения ограниченного контингента войск с целью миротворческой операции – да. Армейские корпуса готовы к выдвижению. Но к большой войне – нет. Армия демобилизована, и общество морально не готово к войне. Впрочем, война нежелательна всем серьезным игрокам. Но если Германия начнет ввод своих войск, то у нас не останется другого выхода, иначе мы потеряем лицо. Немцы же спешат успеть до плебисцита, особенно в Чехии.
– А каков шанс на то, что германцы увязнут в этой авантюре?
– Шанс определенный имеется, ваше величество. В самой Австрии, где сильны настроения на объединение с Германией, это маловероятно, но вот в Чехии и Венгрии не будут слишком рады вторжению. Мой прогноз, что если обеспечить некую поддержку Чехии через Словакию, то они могут захотеть сопротивляться, если, конечно, посчитают свое положение небезнадежным.
– А если император Карл обратится к нам за поддержкой?
Гурко запнулся.
– Прошу простить, ваше величество, но мы что, будем воевать с Германией за сохранение Австро-Венгрии? Не говоря уж о политических моментах, смею обратить ваше внимание, государыня, что в настоящее время боеспособность австро-венгерской армии крайне низка и напоминает скорее состояние румынской армии в момент вступления этой страны в Великую войну. Румыния была немедленно разгромлена, ее территория оккупирована, а румынский король всю войну прятался в России. Нам нужна подобная Австро-Венгрия в союзниках? Кроме того, если наши балканские союзники увидят, что мы собираемся помогать сохранять ненавистную им Двуединую монархию, то мы полностью утратим контроль над Новоримским Союзом. В той же Италии это вряд ли многим понравится.
Маша кивнула, а главковерх закруглил тему:
– В результате таких наших действий события начнут развиваться непредсказуемо. Стоит той же Румынии начать ввод войск в Трансильванию, как повторится история с выстрелами в Сараево летом 1914 года, которая, как помнит ваше величество, и привела к Великой войне.
Маша изучала карту с указанием размещенных войск сторон. Да, все блефуют, каждый надеется урвать себе кусок и при этом ничем особо не пожертвовать.
– Как военный договор о «Малой Антанте» оговаривает помощь союзникам?
Гурко кивнул:
– Понимаю вашу мысль, ваше величество. Мы имеем союзнические обязательства по отношению к отражению внешней агрессии на территорию одного или нескольких членов «Малой Антанты». Если же они сами начнут агрессию, то защищать их члены «Малой Антанты» не обязаны. Так, в частности, поступила Италия, отказавшись вступать в войну на стороне Германии и Австро-Венгрии на том основании, что они сами начали войну, а не стали жертвой агрессии.
Императрица удовлетворенно кивнула.
– Если румыны хотят воевать за Трансильванию, то пусть воюют. Я не военный эксперт, но смею полагать, что легкой прогулки там не будет.
– Это так, ваше величество. Венгерский гонвед достаточно сплоченная и серьезная сила, а с румынами у них давние счеты. Но, смею напомнить, что вопрос румынского замужества дочери Николая многими в Бухаресте воспринимается именно в контексте возможного участия России в войне на стороне Румынии. Как, впрочем, и в Белграде такие же настроения. Кроме того, если германцы начнут ввод войск, то мы не сможем не двинуть войска в ответ, ведь тут вопрос не только в формальных обязательствах, но и в том, чтобы сохранить лицо и статус великой державы.
Маша задумчиво откинулась в кресле.
– Свадьбы намечены на 22 ноября. За это время может случиться все что угодно.
Например, выздоровеет Миша и снимет с нее этот груз. Вслух же она продолжила:
– Германцы рвутся до плебисцита, так?
Гурко утвердительно склонил голову:
– Точно так, ваше величество. А плебисцит 13 октября – через пять дней.
– Значит, Василий Иосифович, нам нужно сохранить лицо. Чтобы, как любит выражаться государь, дай Бог ему скорейшего выздоровления, и наши волки оставались целы, и чтобы наши овцы были сыты. Так что понаблюдаем пока за германскими успехами.
Генерал уточнил:
– Наши корпуса остаются на месте?
Императрица помолчала.
– Я не знаю, Василий Иосифович, как с военной точки зрения, но чисто с житейской – наша сдержанность может умерить порывы горячих голов по обе стороны событий. Я не хочу допустить новой войны в Европе.
Во всяком случае, пока Миша не поправится. Он – боевой генерал. Ему виднее. А что может сама Маша, кроме как позировать на парадах?
– Давайте возьмем паузу, генерал.
Тот козырнул и вышел из кабинета.
Но, как говорил в свое время Миша: «Если я не спущу псов войны с цепи вовне, они найдут себе цель внутри Империи».
Вполне может быть и так.
Вполне.
Придется блефовать.
Личное послание императрицы Единства Марии Викторовны кайзеру Германии Вильгельму II. 8 октября 1918 года