Владимир Бабкин – 1918:Весна в Империи (страница 41)

– Ничего. Просто спрашиваю.

Императрица покачала головой.

– Я вообще не ощущаю этой разницы в возрасте. Да, конечно, он значительно опытнее и мудрее, но мне это только нравится. Я чувствую надежность и его крепкое плечо. А что касается личных качеств, то мне достаточно того, что он меня любит. И я его очень люблю.

Мафальда, с некоторой мечтательностью, кивнула:

– Еще бы, он положил к твоим ногам три империи…

Маша ответила с некоторым раздражением:

– Неправда. Когда я выходила замуж, Империя была только одна. И, вообще, в твоих словах мне слышится зависть!

Младшая сестра усмехнулась.

– Да, Иола, я тебе завидую. Честно. По белому завидую. Такая прекрасная партия, блистательный муж, огромная Империя, огромные возможности и, главное, ты не просто при муже, а можешь играть свою роль во всей этой истории. А теперь, после рождения детей, твое личное значение поднялось на неописуемую высоту.

Выдохнув, старшая ответила более примирительно:

– Ну, зато у тебя будут лучшие начальные условия. Ведь кто я была? Всего лишь старшая дочь монарха из далеко не самого влиятельного королевства. Ты же будешь старшой дочерью на выданье самого Императора Римской Империи. Да еще и сестра у тебя – Императрица Единства. Прямо скажем – завидная невеста!

Они рассмеялись. Взаимное напряжение отступило.

Мафальда вздохнула:

– Да, и не говори, – невеста завидная. Вот только партию этой невесте подобрать не так просто. Мало приличных женихов в Европе, а уж такого, как твой, вообще больше не сыскать.

Маша с интересом посмотрела на нее.

– Ты, никак, замуж собралась, сестрица?

Та хмыкнула.

– А почему бы и нет, собственно? Чем я хуже тебя? Мне тоже в этом году исполнится шестнадцать лет. К тому же, именно сейчас окончилась война, создается новая Европа и заключаются новые союзы государств. А брак с принцессой Римской Империи, да еще и с сестрой Императрицы Единства, может представляться весьма выгодным во всех отношениях. Так что я бы предпочла не ждать принца на белом коне, а выйти замуж за достойного человека. Например, на какого-нибудь короля. Или царя.

Старшая сестра пригубила чай и усмехнулась.

– Узнаю твой практицизм, Мафи.

Мафальда возмущенно всплеснула руками, да так, что чуть не опрокинула свою чашку с чаем.

– О, Мадонна! Побойся Бога, Иола! Какой может быть практицизм, у такой романтической натуры??? Я же закоренелая идеалистка и все время меня этим попрекала!

– Да. Было такое.

– Ну, вот! Это просто трезвый взгляд на вещи!

Маша засмеялась, а затем решила прекратить пикировку, ответив:

– Ладно, это все слова. Итак?

Мафи несколько сумбурно продолжила:

– Рим сейчас на взлете, и многие будут посматривать на меня, изучая варианты, так ведь? Так. Почему же и я не должна это делать? В конце концов, это моя жизнь. Ты, вот, удачно вышла замуж и я вижу, что ты и в самом деле счастлива. Я тоже хочу такой судьбы, и ты не смеешь меня осуждать!

Царица кивнула.

– Ни в коем случае я тебя не осуждаю, Мафи. Уверена, что ты все хорошенько обдумала и прибыла в Константинополь с вполне конкретными планами, не так ли?

Принцесса удовлетворенно закивала.

– Конечно, Иола! Иначе зачем бы я была здесь, да еще и страдала на этом вашем карантине целых две недели!

Улыбка.

– Действительно.

Но младшую сестру смутить было совсем непросто, ведь она четко знала, зачем она сюда явилась.

– Так вот, Иола! Что ты думаешь по поводу болгарского царя Бориса?

Маша задумчиво отпила чай из чашки, а затем отставила ее на столик перед собой.

– Борис? Хм. Ну, он молод, хотя, конечно, Болгария не самая большая страна, но весьма важная для России, Ромеи и всего Новоримского Союза. Насколько мне известно, мой царственный муж имеет виды на ее развитие и включение в Союз, что сделает Болгарию достаточно богатой и процветающей страной. Тем более что Болгария прикрывает Ромею и Константинополь от возможного удара со стороны Европы, да и расположена как раз между Россией и Ромеей, а потому Единство будет много вкладывать в развитие этой страны, дабы прочнее связать с Новоримским Союзом. В принципе, на первый взгляд, это была бы неплохая партия во всех отношениях. Но почему ты с этим вопросом прибыла ко мне? Что ты хочешь?

– Поговори с родителями. Особенно с отцом. А еще лучше, если с нашим отцом поговорит об этом твой муж, он к нему прислушивается. Вторая дочь подряд из Августейшего Савойского Дома собирается, выйдя замуж, сменить католичество на православие – это грандиознейший скандал, и Ватикану это крайне не понравится. Уверена, что Папа будет очень жестко давить на нашего венценосного родителя. И он может уступить. Поэтому мой разговор с ним на эту тему практически обречен. Мне нужны такие союзники, как ты и твой царственный муж.

Императрица молчала некоторое время, обдумывая сказанное.

– Хорошо, я поговорю с Михаилом. Но, я так понимаю, что ты хотела бы и получить возможность официально познакомиться с царем Борисом, не так ли?

– Да, так.

Чай допит. Чашка отставлена. Акценты расставлены.

Маша подвела итог:

– Что ж, Мафи. Я попробую это устроить. Но имей в виду, что, если твой брак состоится так, как ты это задумала, то тебе придется не только перейти в православие, но и выучить болгарский язык. И русский в придачу.

*

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. МАЛАЯ КАМИННАЯ. 9 мая 1918 года.

– И большой у девочек секрет?

Тесть кивнул.

– О, да. Мафи уже которую неделю ходит, словно воды в рот набрала. Насколько я понимаю, хочет выйти замуж за болгарского царя и не знает с какой стороны подойти ко мне с этим делом. Наверняка сейчас убеждает Иолу в том, чтобы она помогла и подключила тебя к моим уговорам.

Усмехаюсь.

– Да, занятная история. И что ты сам думаешь на эту тему?

Главный римлянин пожал плечами.

– Не знаю, откровенно говоря. Много нюансов, которые следует учитывать. Но, в целом, если все сложится, то почему бы и нет? Это не худшая партия для нее. Ватикан, конечно же, будет давить, но один раз я это уже как-то пережил, переживу и сейчас, коль все так сложится. Правда, если и Джованна, и Мария, захотят последовать примеру своих старших сестер, то это действительно может вылиться в просто-таки несусветный скандал, а я пока не готов НАСТОЛЬКО портить отношения со Святым Престолом. Но, повторюсь, переход в православие Мафальды я как-то переживу. В конце концов, моя прекрасная Елена перешла из православия в католичество, так что…

Мы обменялись понимающими взглядами.

Тесть помолчал некоторое время, а затем, подвел итог:

– А вообще, мои позиции сейчас сильны как никогда, а Папа весьма заинтересован в экспансии католицизма на новых римских землях и вряд ли захочет слишком уж портить отношение со светскими римскими властями. К тому же, заняв излишне жесткую позицию, Святой Престол может войти в конфликт и с тобой, а в Ватикане не могут не учитывать последствия для всего комплекса отношений. Тем более что впервые за много веков официальные отношения между Церквями стали как-то налаживаться, сняли взаимные анафемы и все такое прочее. Опять же, Болгария весьма важный член Новоримского Союза и отношения с ней нужно всячески укреплять. Не стоит тут забывать и интересы черной аристократии, хоть и ориентирующейся на Святой Престол, но имеющей свои финансовые интересы в твоей Империи Единства. А это значит, что на кону внушительные деньги. В том числе и деньги самого Ватикана. А Святой Престол свои деньги считать умеет очень хорошо. Так что, как-то переживу я давление из Ватикана в этот раз. А вот младших дочерей я как-то постараюсь убедить, что двух православных в нашей семье хватит. Да и союз с Францией надо укреплять.

Киваю.

– Да, Франция нам необходима.

– Ну, вот. Так что буду потихоньку готовить почву для династического брака. Благо, время еще есть. Или у тебя есть возражения против моих матримониальных планов?

– Ни малейших. У меня у самого есть подобные заботы. Особенно если вспомнить о дочерях моего брата Ники. Ну, это мы с тобой отдельно проговорим и разложим наш брачный марьяж. Так что ответить Маше, когда она заведет разговор о Мафальде?

Тесть развел руками.

– А что ты можешь сказать-то? Покивай, да пообещай Иоле со мной аккуратно поговорить на эту тему.

Улыбаюсь.

– Хорошо.