Владимир Атомный – Бастион: поступление (страница 19)

Торговые комплексы работают обычно до одиннадцати, увеселительные – до часу, ну, а так, как всё в одном здании, приходит много народа. Мы выбрали ближайший – "Бризмарт".

Начав новую жизнь в Ружияре, очень полюбился ночной вид города, вот и сейчас, полный ночной темноты вечер и сверкающие, как после дождя, здания. Кругом продуманный электрический огонь, искусно упрятанный в подсветках дорожных полос, тротуаров, фонтанов, скамеек и остановок. Каждый высотный массив заряжен светодиодами, особенно снизу, где рестораны, бутики и кафе.

"Бризмарт" тоже сияет, первые пять этажей прозрачны и зовущи, напоминают аквариум или стеклянный куб, на коем сверху более тёмная громада высотки. Сквозь стекло видны сотни людей, бесконечное многообразие красок реклам и информдосок. Стою и любуюсь на желтоватую громадину, начищенную настолько, что похожа на хрусталь, мы ещё только подъезжали, а я уже попросил высадить до подземной парковки. Договорились встретиться на первом этаже, возле лифтов.

Конечно, одним бутиком торгующим классической одеждой было не обойтись, тем более, что ценз – мама, поэтому полтора часа я мерил костюм за костюмом, но, признаться, был готов – родители хотят видеть меня в лучшем виде, тем более, на Докладной Комиссии. Детали-то остались неизвестными, но суть они уловили верно и, в итоге, вернулись в третий по счёту, выбрав чёрный классический. По мне, так все они похожи, но вот сочетание с синей шелковой сорочкой и красной бабочкой понравилось. Никогда не носив классику, вижу в зеркале новый образ – серьёзный, строгий, деловой, а рыжую шевелюру можно и лаком пригладить.

Уроки танцам были перенесены на следующий вечер, день же пронёсся сумбурно и смято – занятия ещё ладно, но потом разверзлись ворота ада – из-за отъезда нужно всё предусмотреть. Конечно, есть проект подготовки и ребята на два раза пересказали, что будут делать, только чувство ответственности носило меня по аудитории ещё долго. Терпение первым кончилось у Дмитрия – взял под руку и к председателю в кабинет. Многоуважаемая глава совета стоит возле стола, но я подумал, что до стука в дверь положение было иным. Вот, например: возле окна, с парящей кружечкой и задумчивым фиалковым взглядом – очень живое видение.

– Здравствуй, Вероника, – вошел в кабинет Дмитрий, оглядев быстро шкафы, полки и прочую “классику”. – Вы с Матусом собираетесь ехать куда-то?

– Добрый день, Дмитрий, – ответила девушка, переведя смеющийся взгляд на меня. – Уже завтра.

– Ну, мы дальше сами справимся и Матус свободен. Я побегу, – договорил уже в дверях Дмитрий.

– Аха-хах, – рассмеялась Вероника, – ты чего там наделал?

– Да видимо перебеспокоился.

Смех и до меня добрался, гидравлически раздвигая губы, девушка, так вообще, закатилась хохотом и в такие моменты душа у меня трепещет.

Немного успокоившись, вновь заговорила:

– Забота, беспокойство, ответственность – хороши, но в меру. Это часто повторял отец и, наверное, забыла бы, если б не часто. Твои ребята справятся с задачей, – уверенно заявила она. – Если слишком волноваться, то могут подумать, что не доверяешь. Ну и в конце концов – любой результат приемлем.

– Спасибо, – с чувством ответил ей, наконец присаживаясь к столику. – Я действительно забыл, что большую часть проекта расписали одноклассники. Всё, извинюсь и буду больше доверять.

Девушка мягко улыбнулась, сея в сердце глубокое чувство.

– Завтра я заеду за тобой в семь утра. Отец настаивал на другом, но я убедила взять нам билеты на поезд, – в улыбке добавилось озорства, а на лице мечтательности. – Это немного интереснее и быстрее. Ты знал, что санаторий “Живица” расположен в диких и первозданных северных землях Симфонии?

Вероника садится, напротив.

– Нет, – раскрывая удивлённо глаза, отвечаю ей, – а разве север не закрытая территория?

– Согласно закону, – взялась охотно за пояснения собеседница-красавица, – на территории этого природного заповедника запрещена добыча природных ископаемых, охота, рыбалка, порубка леса и сбор трав. Находиться без разрешения тоже нельзя. Всё действительно закрыто, но Живица – громадный лечебно-профилактический комплекс, специально построенный для отдыха. Мне отец рассказывал, что Симфония напрягла все силы, дабы создать этот бриллиант.

– Обалдеть. И мы туда едем? – радость смешалась с неверием в такую удачу.

– Именно!

Воодушевление течёт по венам, словно огоньки фонарей по реке и пока Вероника дарит своё общество, я кое-что вспомнил – в Империи есть свои особенности и легенды. После смутных десятилетий прошлого, Симфония сложилась и окрепла, обретя ясный, но не конечный облик. Северные земли были закрыты по не совсем понятным причинам и только поверья пугали историями, одна страшнее другой, холмы и горы, с тех пор, заросли елями до самых кончиков, а все города и производства основаны в южных областях, что удовлетворяет требованиям.

Вскоре председатель предложила отвезти домой и, не задерживаясь, отправилась к себе – всё же собираться надо обоим, хотя, девушки в этом плане предусмотрительнее, наверняка ещё вчера подготовилась. Я же, как и всегда, откладывал на потом и теперь врубаю ускорение – пакую рюкзак. Ехидно и торжествуя, в голову забралась мысль о костюме, в сторону чемодана и глядеть не хочу, но видимо придётся – не тащить же в руке. Благо, нашлась дорожная сумка, чуть больше ноутбучной, положу основное в рюкзак, а костюм и оставшееся в неё.

Мама зашла в комнату с решительным и серьёзным выражением лица, ну, прям офицер перед строем.

– Хе-хе, ты за мной? – поинтересовался я.

– Конечно. Пора танцевать.

– Блин, мам, я буду смеяться, сбавь серьёзности, – уже подхохатываю.

– Ладно, – смилостивилась она.

Отец с кружкой ароматнейшего чая сел в кресло – хорошо ему, наблюдать такое веселье, ну, а мы с мамой начали могучее и старое “раз-два-три”, “раз-два-три”. Конечно, всё просто, после одного двух раз кажется, что научился, но это не так, под мелодии случайных вальсов, кружась и плывя, я разучиваю движения до автоматизма – пусть станут естественными. Мама раскраснелась и лицо ещё более зацвело красотой и силой, отец подменил, а я уже без смеха любуюсь на гармоничные движения, на лучащуюся из глаз родителей радость. Приглушённый свет в нашей теплой и уютной гостиной, словно погружает в транс, тёплые тона в отделке и сонные клубы теней добавляют шарма действу.

Глава 10

Предвосхищая приход, солнце озарило горизонт, купол небес мягко меняет цвет в начале набирая серого и прощаясь с сочным, глубоким чёрно-синим, а потом голубеет и подмешивает белого. Лёгкие пёрышки облаков, что ещё недавно спали, неслышно зависнув в вышине, начинают лететь быстрее, но раньше всех встречают утро птицы.

Лежать и смотреть на это благолепие очень приятно, сон сбежал, оставив глаза распахнутыми, а до будильника ещё долго, впрочем, комиксы ещё никого не убили, поэтому часик можно и почитать.

Вспомнилось, как рассказал родителям, что еду в Живицу и получил новую порцию “охов-ахов” – это я не знал про санаторий, но взрослые чаще всего слышали, а кое-кто даже посещал. На самом деле, вход открыт любому, но при условии успехов в жизни общества или проблем со здоровьем – место уникальное и очень сильное в плане оказываемого эффекта, всё пропитано запахом смолы, кристальный воздух, журчание чистейших ручьёв, с вкусной и полезной водой… Родители собирались пересказать всё, что слышали, но я остановил – лучше сам почувствую.

Рюкзак и сумка уже стоят возле входа и это навевает атмосферу путешествий, вместе с грустью расставаний. В дорогу надел лёгкую рубашку с коротким рукавом и принтом орла на спине, снизу – шорты из плотной милитари ткани со множеством карманов. Родители к проводам отнеслись спокойно, что и понятно – три дня слишком малый срок, но в дорогу всё же получил коробочку с едой и бутылку компота. Когда снаружи остановился длинный автомобиль председателя, я пошел к родителям обниматься. Почти тут же раздался звонок в дверь.

– Привет, Вероника, – с букетом радости и тепла встречает мама. – Хочешь чайку попить?

– Здравствуйте, – сказала всем нам девушка. – К сожалению, у нас поезд и принять приглашение не могу. Пожалуйста не волнуйтесь, поездка безопасна, как и само мероприятие.

– Ой, ну спасибо, умничка! – звонко голосит мама. – Буду спокойна.

– Да ты и не переживала, – добавил папа.

– А вот кто-то сейчас схлопочет, – потрепала его в шутку за ухо мама. – Ладненько, дети, счастливого пути.

– Спасибо, – ответили мы в один голос.

Линкор тронулся, плавно набирая ход, утреннее небо вовсю сверкает голубизной, припудрившись облачками, но большую часть атмосферы создаёт Вероника, что сама небесных цветов – в простой тонкой кофте до середины бедра и джинсы. Я только в машине понял, что же так впечатлило меня – новый образ. Кофта длиннее обычного, что добавляет лёгкости, некой детскости, как и белые кеды. Совершенная Вероника предстала в ином облике, без присущей школьной форме строгости и сделала это непринуждённо и нежно. Волосы заплетены в косу и открытые ушки поблёскивают серьгами – здесь я вижу островки императорской серьёзности и надменности – украшают уши две серебряных кошки с голубыми глазками-камушками. Очень внимательные кошки.