Владимир Атомный – Бастион: поступление (страница 18)
Время понеслось быстрей, мелькая часами, днями и сутками, учёба отошла на второй план, не сбавляя в эффективности, авангард же понятен и ясен – подготовка ко Дню Основания, то есть наша маленькая стройка. Нет-нет, а выхвачу шуруповёрт подкрутить "как надо" или рулеткой перемеряю что-нибудь, ребята молодцы, недостаток знаний возмещают статьями из сети, а отсутствие умений компенсируется осторожным, размеренным темпом. Аудитория быстро обрастает новой «шкурой», и мы плавно начинаем преображать коридор, конечно, ученики других параллелей горят любопытством, только сюрпризу должно быть сюрпризом – работаем за ширмой, а шибко любопытных отгоняем. По Бастиону же везде видны перемены: украшения и информативные доски-зазывалки, частые репетиции коллективов, аппетитные ароматы из комнаты кулинарного клуба – тут будешь возбуждён и весел.
Возникла идея, что гостям, по нашему кораблю-классу, надо будет устраивать экскурсии и мы решили, что на роль гидов подойдут больше девушки и мне стоило больших трудов отговорить класс от выбора Агнии – сослался и на усталость творца артов, и что мне будет нужна. Момент стал критическим, когда девушка сама чуть не согласилась, у меня аж пот на лбу выступил, но обошлось, потом уже поговорили, что вдруг оборотится Сапой не вовремя, а форму сошьют на девочку. Согласилась.
Насчёт формы отдельная тема – есть в школе клуб моды, шитья и косплея, так, как девушки обязательно будут в «чёрно-синем», мы решили внести разнообразия – по одному из эскизов будущего сшить форму. Вначале думалось обратится в ателье, но кто-то вспомнил о клубе, а те только рады помочь.
Агния начала рисовать картины с такой скоростью, что я диву даюсь, ну точь роботизированный конвейер и, конечно, не преминул узнать почему. Мы в своей аудитории, каждый за своим столом.
– Просто первый – пробный, чтобы руку набить, – принялась рассказывать девушка. – Я, больше по растительности и воде специализируюсь, а тут пейзаж и архитектура, причём всё из будущего. Поэтому первый арт три дня рисовала.
– Круто, ты всё равно умница и молодец, – нахваливаю я, – столько работать не каждому под силу. Если вдруг выдастся минутка, потом как-нибудь, то помоги ещё с оформлением?
– В классе имеешь ввиду? – уточнила она.
– Ага, – кивнул я.
– Ну, это не сложно, в принципе… А-э… – чуть смутилась девушка-ангел, – можешь напомнить, что будет? Совсем вылетело из головы.
– Хех, – расхохотался я, – конечно.
В итоге вышло даже лучше – Агния достала планшет и тут же начала делать эскиз, теперь мы имеем цветной вариант будущего проекта.
Немногим позже, в кабинете председателя собрался Ученический Совет, за окном властвует день и солнышко уже нагнало крепкую жару, в помещении же веет прохладой трудами кондиционера. Я каким-то случаем вновь оказался у Вероники, в порывах "не мешать" и «выйти» было отказано, поэтому присутствую на совещании. Девушка ещё и усадила на своё место, мол, "совету удобнее будет беседовать за столиком".
Когда всё закончилось, и мы остались наедине, Вероника спрашивает:
– Матус, давно хочу спросить кое-что, насчёт твоих родителей…
Грациозно присаживается ближе, я невольно залюбовался, но тем не менее поддерживаю:
– Так.
– Я могу через отца повлиять на руководство отдела, где они работают и будет повышение. Прошу, не подумай плохого, я осталась очень высокого мнения о них и хочу оказать помощь. Твои мама и папа очень славные, – Вероника волнительно сдвинула бровки.
– Хм-м… да, непростой вопрос… – призадумался я, потянувшись к рыжему затылку. – Ну, во-первых, спасибо большое, вне сомнений – это приятно и вновь ты меня удивляешь, – улыбнулся самой тёплой из улыбок. – Во-вторых, думаю, что не стоит – работа им по сердцу, да и процесс роста тоже. Пусть уж сами справляются.
– Очень мудро, Матус. Благодарю, и за похвалу, и за решение вопроса.
Под ясным взором девушки чувствую смущение, да и от слов тоже. Пришлось сменить тему:
– Много навалилось дел с этой подготовкой?
– Пожалуй, кое-что даже дома доделываю, но это нормально. Просто ещё нужно написать отчёт для Докладной Комиссии, – закончила она удивительной новостью.
– А что это ещё за Докладная Комиссия? – тут же поинтересовался я.
– Имперский орган, следящий за выполнением, так называемой, Воспитательной Концепции, – отвечает Вероника. – Раз в год проходят выступления докладчиков со всех старших школ. К тому же сдаём отчётность. Матус, в связи с этим, хочу попросить поехать вместе.
– На выступление? – ошарашено вскинул брови.
– Именно, – кивнула она с проникновенным взором. – По регламенту, положено являться вдвоём – парень и девушка. Ещё формат мероприятия подразумевает обеды, просмотр пьесы, прослушивание имперского оркестра и хора, костюмированный бал, – закончила перечислять Вероника с трогательной ноткой надежды в глазах.
– Что?! – удивление бьёт как из брандспойта. – Это всё ради отчётности и докладов?
– Не совсем, – повела головой девушка. – Выступающие – члены учебного совета, причём один – обязательно председатель. Симфония ценит, уважает и поощряет наш труд. Ведь общее настроение и положение вещей в школах создаём мы, а учителя – второй эшелон.
– Выходит, это типа праздника, совмещённого с отчётом о проделанной работе?
Я пребываю в крайнем удивлении, распахнув глаза настежь. Даже кофе остыл, забытый.
– Да, только добавь, что само поощрение в виде мероприятий относится к типу “высококультурные”. Это прямое указание чего от нас ждут. Между прочим, Комиссия может там же лишить чина председателя.
– Ох, ну ничего себе! Вообще о таком не слышал, – признался я, всё ещё исторгая эмоции. – Офигеть!
– Понимаю. Нам рекомендуется не распространяться, хотя и не тайна, – добавила она серьёзно.
– В общем, – взялся отвечать я, – поехать готов, но ведь в учсовете не состою. Разве можно пользоваться всем перечисленным незаслуженно?
Вероника по-доброму усмехнулась. Забрав недопитую чашку, пошла налить ещё и уже возле кофемашины отвечает:
– Матус, ты уже служишь и мыслью, и делом Бастиону, я вижу. К тому же, имеешь чин старосты, а это часть учсовета. И третье – они знают, что День Основания празднуется совсем рядом с поездкой на комиссию. Нам тяжело совмещать одно с другим и пусть только попробуют придраться!
Глаза председателя полыхнули таким гневом, что меня прошибла дрожь.
– Я поеду, Вероника.
Взгляд фурии пал на меня и тут же растворился в фиалковом тепле.
– Прости, чего-то разозлилась. Спасибо огромное.
Я кивнул, но внутри созрело восхищение. Созерцать стихию – счастье, но, когда это ещё и девушка – неописуемое блаженство. Молнии в глазах, мрачность грозового фронта на лице, обострённые черты, словно готовая к смертельному полёту стрела или тигрица на защите котят.
Тут вспомнились перечисленные мероприятия и с озабоченностью говорю:
– Блин, я танцевать не умею. Правил этикета не знаю, даже костюма нет! Совсем неудачный кандидат, – виновато закончил я.
– Не переживай, Матус. Это ведь организовано для молодёжи, за столом веди себя привычно и раскованно. Костюм – по желанию, можно носить школьную форму – это даже хорошо. Ну а насчёт танцевать, – улыбнулась с озорством Вероника, – тут уж сам думай. Скажу лишь, что на балу будут пары-актеры, а мы можем просто прохаживаться и любоваться действом.
– Понятно, – откликаюсь я, – успокоила прям. Что ж, тогда последний вопрос – когда мы едем?
– Послезавтра.
Глава 9
Хожу по комнате, как зверь по клетке, родителей ещё нет, а мысли грозят превратить голову в шипящую магму. Как же быть?! Вероника вроде успокоила, что всё будет просто, еду спутником, читай сопровождающим, но если пары с других школ будут танцевать, а мы нет, то это позор. С другой стороны, какое мне дело до них? И всё же, Вероника говорила о танцах с неким выражением, вдруг нужно будет станцевать? Я просто не могу ощущать слабость на этом поприще! Нужен совет родителей.
Еле дождался приезда. Бегом вниз и с порога:
– Пап, мам привет!
– О, здравствуй Рыжик, ты чего это? – с удивлением первой отозвалась мама.
– Да вот, проблема есть, ждал посоветоваться.
– Ну пойдёмте, присядем, – ответил уже отец.
Хорошо, что в доме прихожая. Зал и кухня совмещены, диваны, кресла, низкие столики – это уютный уголок для бесед. Вскоре я рассказал о предстоящем и, затаив дыхание, наблюдаю, – отец стал серьёзней, соединив брови в нависающую линию, а мама очень взволновалась.
– Рыжик, так у тебя даже костюма нет, – всплеснула руками она. – И вообще, какой молодец – взяться за такое ответственное дело.
– Вот именно, – поддержал папа, – недавно поступил, а уже вон куда едешь!
– Блин, а танцевать? – напомнил им о проблеме.
– Это после, Рыжик, – решительно отмахнулась мама, – сейчас поужинаем и сразу за костюмом. Ну а потом уже научу танцевать.
– О, ты умеешь? Круто! – воскликнул я.
– Ой, там всё просто, – сообщила мама и добавляет, – бутерброды будете?
Мы, ессно, согласились, что послужило поводом отправить нас нарезать ингредиенты.
Вышли минут через сорок. Служебный автомобиль родителей хоть и отличается от комфортабельного «лайнера» Вероники, тоже хорош: простой и надёжный транспорт, всё необходимое в комплектации – идеальная вещь для служащего. Статусные же автомобили, часы, телефоны и прочее, нужны для людей, занимающих некий чин, обязывающий, а порой и навязывающий.