Владимир Антонов – Тайные информаторы Кремля. Очерки о советских разведчиках (страница 27)

В августе 1937 года, когда уехавший на время из Парижа Лев Седов поручил ведение всех дел Зборовскому, резидентура получила через него списки адресов сторонников Троцкого в различных странах. Через Зборовского резидентура также выяснила, что Троцкий передал часть своего архива в Институт исторических исследований в Париже. Узнав об этом, Сталин распорядился вывезти архив в Москву. Проведение операции было поручено «группе Яши» – специальному подразделению НКВД, которым руководил Яков Серебрянский и которое подчинялось непосредственно наркому. Серебрянский был направлен в Париж со специальным заданием. Парижской резидентуре было поручено обеспечить проведение операции.

В ночь с 6 на 7 ноября 1936 года агент Серебрянского англичанин Моррисон (псевдоним «Гарри»), имевший прочные связи в управлении полиции, с помощью резидентуры успешно выполнил задание Сталина. Резидентура направила дипломатической почтой на Лубянку так называемый «архив Троцкого»: огромное количество рукописей, статей и писем Троцкого общим весом около 80 килограммов.

8 февраля 1938 года у Седова случился приступ аппендицита. Он был помещен в небольшую частную парижскую клинику русских врачей-эмигрантов и в тот же вечер прооперирован. Однако через несколько дней состояние больного резко ухудшилось. Была сделана повторная операция, но 16 февраля 1938 года в возрасте 32 лет Лев Львович Седов скончался.

В третьем томе «Очерков истории российской внешней разведки», являющихся официальным изданием Службы внешней разведки Российской Федерации, по поводу смерти Седова говорится следующее:

«Многие историки и публицисты высказывали предположения, что в его смерти повинна “рука Москвы”. Мы посчитали необходимым обратиться к архивам, чтобы проверить, насколько обоснованна эта версия.

Резидентура НКВД, несомненно, проявляла интерес лично к Седову и его сподвижникам. Помимо разведчика-нелегала Б.М. Афанасьева “разработкой” окружения Седова занимался агент “Тюльпан”. Он стал ближайшим помощником сына Троцкого. В 1936–1937 годах была установлена техника подслушивания телефонов на квартирах Седова и его доверенного лица, а также его любовницы Лилии Эстриной. Через завербованных почтовых служащих просматривалась текущая корреспонденция Седова и его окружения.

Разумеется, сам Седов был в центре внимания парижской резидентуры. Его довольно беспорядочный образ жизни способствовал бы сравнительно легкому осуществлению покушения на него, если бы такая цель была поставлена. Он не прочь был “широко гульнуть”, рискнуть в игре в рулетку, выезжая иногда в Монте-Карло. Сохранился живописный рассказ “Тюльпана” о том, как они однажды в 1937 году после вечеринки до глубокой ночи бродили по различным питейным заведениям, а затем Седов направился… в публичный дом.

Уже к концу 1937 года Седов часто чувствовал недомогание: побаливало сердце, мучила бессонница. На несколько приступов аппендицита он, видимо, не обратил внимания, и медицинская помощь опоздала. Смерть наступила после двух операций, проведенных одна за другой. По заключению врачей, причиной ее стали послеоперационные осложнения и низкая сопротивляемость организма. Один авторитетный врач, друг семейства Троцких, изучив медицинскую документацию, согласился с выводами коллег из парижской клиники. Однако жена Седова стала решительно возражать, утверждая, что эта смерть – “дело рук агентов ГПУ”. Она потребовала полицейского расследования, которое, тем не менее, доказательств преднамеренного убийства не нашло.

Как видно из архивных документов, советская разведка действительно не имела отношения к смерти Седова».

Ну а теперь расскажем о проведенной разведкой особо засекреченной операции.

11 февраля 1937 года парижская резидентура направила в Центр отчет Марка Зборовского о его беседах с сыном Троцкого. По словам агента, Лев Седов склонялся к мысли о том, что Сталина необходимо физически ликвидировать. В одной из бесед Седов сказал Зборовскому, что «поскольку весь режим в СССР держится на Сталине, то достаточно убить его, чтобы все развалилось». Седов неоднократно возвращался к этой теме и подчеркивал необходимость убийства Сталина, намекая на то, что это должен сделать сам Зборовский. Эта информация была незамедлительно доложена вождю. Сталин пришел в ярость. Он обвинил Троцкого в том, что тот хочет разрушить Советский Союз, и приказал Ежову ликвидировать своего главного политического противника и его сторонников.

Операция по физическому устранению Троцкого, инициатором которой, как отмечалось выше, был лично Сталин, получила в недрах НКВД кодовое название «Утка» и заняла по времени свыше двух лет.

Следует подчеркнуть, что все задействованные в ней иностранцы имели общность политических воззрений, испытывали глубокие симпатии к СССР и не сомневались в том, что Троцкий являлся «врагом мирового пролетариата».

9 июля 1939 года руководство разведки утвердило «План агентурно-оперативных мероприятий по делу “Утка”. В начале августа того же года план был одобрен Сталиным. В документе прямо указывалось:

«Цель: ликвидация “Утки”.

Методы: агентурно-оперативная разработка, активная группа.

Средства: отравление пищи, воды, взрыв в доме, взрыв автомашины при помощи тола, прямой удар – удушение, кинжал, удар по голове, выстрел. Возможно вооруженное нападение группы.

Люди: организатор и исполнитель на месте “Том”…» (Напомним, «Том» – это оперативный псевдоним сотрудника внешней разведки Н.И. Эйтингона).

В плане в общей форме определялись способы изучения ближайшего окружения Троцкого и обстановки вокруг его дома.

Документ подписали начальник внешней разведки П.М. Фитин, его заместитель П.А. Судоплатов и заместитель Судоплатова – Н.И. Эйтингон, но без упоминания их должностей и воинских званий.

К реализации плана были подключены две группы. Они действовали автономно, и люди, входившие в одну группу, не были знакомы с членами другой группы. Первую группу возглавлял известный мексиканский художник Сикейрос. В нее входили проверенные кадры агентуры советской разведки, воевавшей в Испании и эмигрировавшей в Мексику. Членами второй группы являлись «Раймонд» и «Мать».

Из дела агентурной разработки:

«Каридад Меркадер дель Рио, она же – Мария Каридад, она же – агент советской внешней разведки “Мать”.

Год рождения – 1894.

Национальность – испанка.

Член компартии Испании с 1922 года.

Свободно владеет итальянским, французским и английским языками.

Привлечена к сотрудничеству с советской внешней разведкой в 1937 году “Томом”.

В Париже руководила агентурной группой».

Группа Сикейроса, имевшая подробный план виллы Троцкого, усиленно готовилась к штурму. Он начался около 4 часов утра 24 мая 1940 года. В «Очерках истории российской внешней разведки» следующим образом описываются события того утра:

«Примерно 20 человек в форме полицейских и военнослужащих напали на дом-крепость Троцкого, обнесенный высокими каменными стенами с проволокой под электрическим напряжением. Они без шума разоружили и связали полицейских наружной охраны и проникли во двор. Нападавшие схватили и изолировали в закрытых помещениях нескольких охранников, отключили звуковую сигнализацию. Группа нападавших устремилась к дому, заняла с двух сторон позиции напротив спальни Троцкого и открыла перекрестный огонь из ручного пулемета и стрелкового оружия. Троцкому и его жене удалось соскользнуть с кроватей вниз, спрятаться под ними и остаться невредимыми, что стало известно после того, как нападавшие спешно покинули территорию. В дом бросили зажигательный снаряд и взрывное устройство. Последнее не сработало, начавшийся же пожар Троцкий и его жена смогли потушить».

Из донесения, направленного «Томом» из Мексики в Центр:

«О нашем несчастье Вы знаете из газет подробно. Отчет Вам будет дан позже.

Пока все люди целы, и часть уехала из страны.

Если не будет особых осложнений, через 2–3 недели приступим к исправлению ошибки, так как не все резервы исчерпаны.

Принимая целиком на себя вину за этот кошмарный провал, я готов по первому Вашему требованию выехать для получения положенного за такой провал наказания.

30 мая».

Из Москвы было получено указание продолжить операцию. Теперь к ней подключалась вторая группа.

Здесь следует сказать, что «Мать» принимала непосредственное участие в подготовке операции «Утка» с первого дня ее разработки. «Том» и «Мать» хорошо понимали, что для успешной реализации выработанного плана необходимо было найти надежного исполнителя. После долгих поисков и сомнений «Мать» предложила на роль главного исполнителя в этой рискованной операции своего собственного сына…

Газеты всего мира сообщили, что 20 августа 1940 года совершено покушение на жизнь Троцкого. Он получил тяжелое ранение и вечером следующего дня скончался. Нападавший арестован на месте преступления.

«Нам удалось не просто обезглавить троцкистское движение, – подчеркивал в своих воспоминаниях заместитель начальника внешней разведки того периода генерал П.А. Судоплатов, – но и предопределить его полный крах. Сторонники Троцкого быстро теряли остатки своих позиций в международном рабочем движении. Их деятели оказались в ситуации почти враждебного недоверия друг к другу, многие перешли на конспиративное сотрудничество с полицейскими органами США и агентурным аппаратом германской разведки, руководствуясь желанием всячески мстить компартиям США, Франции, Италии».