Владимир Анин – В погоне за призраком (страница 4)
– Да, старик, дела! – послышался голос Олега.
Костя наконец посмотрел на него, но никак не мог сфокусироваться на его лице: оно почему-то всё время расплывалось.
– Завтра в десять жду тебя в морге, надо будет документы оформить. Адрес попозже скину. Держись давай, – сказал Олег и похлопал его по плечу.
Костя молча кивнул.
В комнату вошёл подтянутый мужчина лет тридцати пяти, в сером костюме и галстуке, с тонким кожаным портфелем в руке. Взяв стул, он поставил его напротив Кости и сел, разместив портфель у себя на коленях. Многозначительно покосился на Олега. Олег встал и отошёл в сторону, а мужчина вынул из портфеля бумагу, положил её на портфель и уставился на Костю буравящим взглядом холодных серых глаз.
– Майор Воронцов Денис Андреевич, старший следователь, – представился он.
– Ковалёв Константин Дмитриевич, – машинально ответил Костя.
– Да, я знаю. Итак, Константин Дмитриевич, когда в последний раз вы общались со своей супругой?
– Утром, перед работой.
– Во сколько это было?
– В девять.
– Между вами была какая-то ссора? Сегодня или накануне?
– Нет.
– Вы хотите сказать, что вообще никогда не ссорились?
– Ссорились. Как и все.
– Да, только все после ссоры не находят жён повешенными.
– Сегодня мы не ссорились. И вчера тоже.
– Ну хорошо. Значит, в девять вы уехали из дома…
– Да. В суд.
– А ваша супруга?
– Осталась дома.
– Она не поехала на работу?
– Нет.
– И это не показалось вам странным?
Костя пожал плечами.
– А что вы делали после суда? – спросил следователь.
– Поехал в офис.
– И домой по дороге не заезжали?
– Нет.
– А кому принадлежит эта квартира?
– Оформлена на жену.
– Угу. Получается, вы являетесь единственным наследником? Ведь у вас нет детей, не так ли?
– При чём здесь это? Да, квартира оформлена на Майю, но кредит погашаю я: квартира в ипотеке.
– А можно узнать, почему именно вы?
– Потому что так решили. Покупаем квартиру, и я плачу, мне проще. А оформляем на неё, чтобы она могла налоговый вычет получить. Я свой уже получил. За старую квартиру.
– Но теперь квартира отойдёт вам?
– Да, чёрт возьми! – вспылил Костя. – Но это не имеет никакого значения. Она умерла, понимаете? Умерла! Это сейчас главное!
– Конечно! – спокойно отозвался Воронцов. – Но нам надо выяснить, что послужило причиной самоубийства вашей супруги. Если это было самоубийство.
– Вы что же, думаете…
– Я ничего не думаю, я сопоставляю факты. Правильно ли я вас понял, что ваша супруга не платила взносы за квартиру, и, стало быть, все её заработки были полностью в её распоряжении?
– Да.
– Она копила деньги? Дома или в банке, на счету?
– Возможно. Я не знаю.
– Значит, у неё могла скопиться приличная сумма?
– Откуда? Она же в паспортном столе работала, там зарплата-то… Будто вы не знаете.
– Да, знаю. А не было ли у неё каких-нибудь… сторонних доходов?
– Что вы имеете в виду?
– Ну как же! Вы – адвокат, она – сотрудник паспортного стола. Вы вполне могли организовать что-нибудь этакое.
– Во-первых, я не адвокат. Я веду бракоразводные дела, но адвокатского статуса у меня нет, он мне не нужен. А во-вторых, что такого «этакого» можно организовать с сотрудником паспортного стола?
– То есть вы со своей супругой никаких дел не вели?
– Нет, не вёл.
– Ну хорошо, Константин Дмитриевич. Пока у меня к вам вопросов больше нет.
Воронцов достал из кармана металлическую визитницу и, вынув из неё карточку, что-то на ней написал.
– Вот, – он протянул карточку Косте, – через три дня жду вас у себя в кабинете, я записал дату и время. Пока только для беседы. Пожалуйста, не забудьте, иначе мне придётся вызвать вас повесткой.
Костя повертел карточку в руке и сунул в карман.
– А квартиру вам пока придётся освободить, – продолжал Воронцов.
– Зачем? – удивился Костя.
– Необходимо провести следственные действия: отпечатки и прочее. Ваше присутствие только помешает. Или вы против?
– Да пожалуйста! – буркнул Костя, вставая. – Мне прямо сейчас уйти?
– Желательно. Только ключи от квартиры, пожалуйста, оставьте.
Костя снял с крючка в прихожей ключи – это был комплект Майи, – отдал следователю. И ушёл.
Около часа он бесцельно бродил по улице, вышел на проспект Фрунзе и сел в первый же автобус в сторону центра. Когда за окном показались белоснежные стены Ярославского кремля, сошёл. Некоторое время стоял, глядя на купола Преображенского собора, затем медленно двинулся вдоль крепостной стены по Которосльной набережной. Когда-то Костя прогуливался по этому маршруту с Майей – когда-то очень давно, он уже и не помнил, сколько лет с тех пор прошло. Почему-то в их жизни прогулки по этим местам не стали традицией, хотя жили они всего в получасе езды от музея-заповедника, он же Ярославский кремль, а Майя вообще работала поблизости.
Вечерело. Сделалось прохладно. И в голове возник вопрос: где переночевать? Вернуться домой? «Следственные действия» там, вероятно, уже завершились. Но при одной мысли, что ему придётся провести ночь в квартире, где покончила с собой Майя, Костю пробивала дрожь. Неподалёку находилась гостиница «Юбилейная», Костя бывал там, когда встречался с приезжими клиентами. Но в «Юбилейную» тоже идти не хотелось. Там слишком много народу, в основном туристов, шумных и довольных. А смотреть на довольные физиономии Костя сейчас не мог, его от них тошнило. Хотя… Он подумал об одном лице, которое запомнилось ему довольным выражением и при мысли о котором он не испытал отвращения. Напротив, именно в эту минуту ему страшно захотелось увидеть это лицо. Костя достал из кармана мобильник и отыскал в разделе «Контакты» нужный адрес.
* * *
Зажатая под мышкой бутылка вина успела согреться. Несколько секунд Костя колебался, глядя на обитую светлой кожей дверь, и всё же надавил на маленькую пуговку звонка. Внутри раздалось бодрое чириканье. А спустя мгновение замок щёлкнул, и дверь распахнулась. Несколько секунд Маргарита Алексеевна Громова озадаченно смотрела на него и наконец кивком пригласила войти.