Владимир Анин – Наследник (страница 10)

– Про отца тоже сказал.

– Плохо.

– Почему? – не понял я.

– Потому что теперь она догадается, куда я пропал. Будет потом доставать меня… Ну и чёрт с ней! – неожиданно сказал дядя Юра. – У тебя как с деньгами?

– Да пока есть.

– Тогда пошли в «Трактиръ». Это у нас тут ресторанчик такой. Рядышком, за углом. Посидим, помянем, а?

– Конечно, – согласился я.

* * *

– Ну, о чём ты хотел поговорить? – спросил дядя Юра, наполняя рюмки водкой.

Официант хотел сам обслужить нас, но дядя Юра сказал, что не может ему доверить такое важное дело.

– Об отце, – сказал я.

– Это понятно. А что конкретно? Только давай сперва выпьем.

– Конечно, – сказал я.

Мы выпили, не чокаясь. Дядя Юра подцепил вилкой солёного груздя, макнул его в сметану и, отправив в рот, принялся с наслаждением жевать, слегка прикрыв глаза.

– Ну? – наконец спросил он, посмотрев на меня.

– Скажите, а вы в наш дом переехали до нас или после нас?

– Э, да я там родился. А потом, когда женился, мои родители решили за город перебраться, домик прикупили. Правда, когда они… ушли, мы с женой этот домик продали, хотя жалко было – я там собирался дачу устроить. Ну так вот, а деньги, что от продажи выручили, использовали в качестве доплаты. Здешняя квартира-то подороже, чем старая: во-первых, центр, а во-вторых старая-то двушка была, а эта трёхкомнатная.

– А вы помните, как мы переехали?

– Помню, конечно. Дело вечером было, поздно. Я как раз перед сном покурить вышел. Моя-то мне дома дымить не позволяла. А тут вы подъехали. Я ещё удивился – машина какая-то крутая была. А из неё вылезают какие-то… Ну и предложил помочь вещи донести. У вас вещей-то было – кот наплакал. Два чемодана, да один свёрток – ты. Ну, ещё коляска. Так и познакомились.

– А отец не рассказывал, откуда у них эта квартира взялась?

– Не помню. Вроде нет. Ну, может, купили? Или в наследство досталась. Хотя нет, там до вас совсем чужие люди жили. Значит, купили.

– Выходит, что так, – согласился я. – Вот только на какие деньги?

– На какие? – переспросил дядя Юра и пожал плечами. – Так… родители могли дать. Его или её. Хотя нет, его не могли – он же детдомовский.

– В том-то и дело. А родителей… матери… я тоже никогда не видел.

– Так она не местная. Как и Пашка.

– В каком смысле?

– Они же оба из Самары. Ты что, не знал?

– Нет.

Я машинально потёр лоб – вот ещё одно открытие.

– Ну ты даёшь! – воскликнул дядя Юра.

– Как же они сюда попали?

– Вот это я не помню. Пашка вроде говорил что-то… а может, и нет. Помню только, что они ещё там, в Самаре, познакомились и поженились. Он, кажется, только в ординатуру поступил, а она… училище какое-то окончила. Но не медицинское, точно. Когда они сюда приехали, отец твой сразу в нашей больнице работать стал. Видать, кто-то его пристроил – к нам тогда попасть сложно было. А Тамара, мать твоя, она… нет, она нигде не работала, с тобой сидела, пока…

– Пока не сбежала? – сердито проговорил я.

– Ну да, – сказал дядя Юра. – Уж не знаю, что там у вас произошло – Пашка об этом за все годы ни разу не обмолвился.

– Мне он тоже так ничего и не сказал. А когда умер… – Я вытащил из кармана фотографию и протянул дяде Юре. – У него в руке было это.

Дядя Юра, наверное, с минуту молча разглядывал фотографию и наконец сказал:

– М-да.

И вернул мне карточку.

– А за все эти годы, что вы знали отца, не было ли чего-то такого… странного? – спросил я.

– В каком смысле?

– Ну, может, отец встречался с какими-то людьми… странными?

– Странными? Послушай, Коль, да мы все в какой-то степени странные, каждый по-своему. Особенно, когда…

И дядя Юра слегка хлопнул себя тыльной стороной ладони по горлу.

– Нет, я не об этом.

– А о чём?

– Я имею в виду, не было ли в его жизни чего-то… криминального?

– Ну ты даёшь! Ты что, своего отца не знаешь? Да он никогда ни с кого копейки не брал. Нет, ну подарки, конечно, принимал. Скромные, если. А откуда у народа деньги на нескромные? Так, кто бутылочку поднесёт, кто конфет. И мне тоже подносили. Откуда, ты думаешь, у нас дома всегда коньяк водился? Не на свои же покупали. На свои я отродясь ничего дороже водки не покупал. Собственно, поэтому я в последнее время только её и употребляю. Только, тсс! Веронике ни слова.

– А не мог он, скажем, каких-нибудь мафиози лечить? – поинтересовался я. – Тайком?

– «Мафиози», – передразнил дядя Юра. – Тут тебе не Сицилия, тут Сызрань. Конечно, всякие пациенты попадаются. Но чтобы как-то тайком, нелегально, так сказать – о таком не слышал. А почему ты спрашиваешь?

– Ко мне пришли какие-то странные люди и стали требовать, чтобы я вернул им долг отца.

– Может, жулики какие-то? Сейчас таких полно развелось. Или эти… коллекторы. У Пашки кредитов не было?

– Понятия не имею. Я тоже их сперва за коллекторов принял, но они больше на бандитов похожи.

– Ну, мало ли кто на кого похож. А кредит он мог, пожалуй, взять. Он чего-нибудь дорогое в последнее время не покупал?

– Да нет.

– Телевизор или холодильник?

– Нет.

– Странно, – пробормотал дядя Юра.

– Вот и я о том же. Я попробовал поискать дома, но ничего такого подозрительного не нашёл.

– А ты хорошо искал?

– Да вроде хорошо. Если бы я ещё знал, что искать. И где.

– Ну, насчёт «что» я тебе не подскажу, а насчёт «где»… Возможно, у него есть тайник.

– Да я все его тайники знаю. Он постоянно там от меня бутылки прятал.

– Одно дело бутылки, – сказал дядя Юра, а другое дело… – Он сунул руку во внутренний карман пиджака и извлёк оттуда маленькую плоскую фляжку. – Видал? Вот я её, к примеру, в письменном столе прячу. Только не в ящике, а над ним – ящик приоткрываю и изнутри к столешнице липкой лентой приклеиваю. Ника ящик открывает, рукой шасть-шасть, а там пусто. А сверху-то пощупать не догадается.

– Забавно, – сказал я, усмехнувшись.

– Не забавно, а практично, – отозвался дядя Юра, наполняя рюмки. – Ну, давай ещё выпьем за Пашку. Хороший мужик был. Царство ему небесное.