Владимир Андриенко – Стрелец государева полка: Царевна Софья (страница 10)
- Вот никак не ждал этого. С виду вы никак не похожи на русского.
- Но я родился в Москве.
- Вот как? И кто ваш отец, сеньор?
- Мой отец был сотником стремянного полка39. Хотя было это давно.
- И вы кавалер ордена Алькантара?
- Да. Я был пожалован в кавалеры этого ордена королем Испании.
- Как давно?
- В 1670 году, князь.
- И как давно вы оставили родные края?
- Я покинул Москву давно. Мне тогда было 18 лет.
- Можно спросить, когда именно, сеньор?
- В 1659 году с войском князя Пожарского40. Я тогда был десятником стремянного полка.
- Год несчастливой битвы под Конотопом41? Вы были в той битве?
- Именно тогда начался мой путь, что привел меня в татарский Крым, а затем в империю Османов. Затем Испания и Новый Свет. Страна Золотого короля. Снова Европа и много чего. Я, князь, служил королю Испании, королю Англии, королю Польши, курфюрсту Бранденбурга. Был в янычарском корпусе, был силахтаром42 в конном полку гвардии султана Османов. Рассказов о моих приключениях хватит на тысячу ночей.
- Вы не шутите, дон Федерико?
- Нет.
- И вы, насколько я понял, служите Ордену иезуитов?
- Можно сказать и так. Хотя не всегда я точно исполнял приказы командоров Ордена. А подчинение у них главная добродетель. Но я иду своим путем.
- Возможно ли это у иезуитов?
- Я не давал клятвы Ордену.
- Странно. Это противоречит тому, что я знаю об иезуитах.
- У меня особое положение. Но Ордену я полезен, и они меня терпят. Вот и сейчас прислали сюда.
- Им нужен свой человек в Москве?
- Они хотят знать, что здесь происходит. Или будет происходить. Командор польских иезуитов Мортыньш направил меня к вам, князь. Вы его знаете?
- Пана Владислава? Имел четь видеть несколько раз. Но близко мы не знакомы. Он ведь секретарь нынешнего короля Яна Собеского. А я веду некоторые иноземные дела от имени царя Фёдора Алексеевича. С чего вы вдруг доверились мне, дон Федерико? Это приказ пана Мортыньша?
- Нет. Мне показалось что мы с вами, князь, можем стать друзьями. Если это не слишком смело с моей стороны.
- Я рад такому другу, дон Федерико. Но если вы прибыли от имени Мортыньша, то вы станете служить интересам Речи Посполитой?
- Я никогда не действовал во вред моей родине, князь. Разве что 12 лет назад.
Голицын посмотрел на Фёдора и задал вопрос:
- 12 лет назад? Но это был 1670 год!
- Именно, князь. Я тогда прибыл в Москву в составе посольства маркиза де Мансера. И остался здесь.
Василий Голицын вспомнил где ранее слышал имя де Монтехо!
- Так вы были среди есаулов Разина, дон Федерико! Я ведь читал опросные листы в приказе! Ваши опросные листы. Но и предположить не мог, что вот так смогу с вами говорить.
- Вы, князь, наверняка не одобрите моей службы у великого атамана Степана Тимофеевича.
- Стеньку Разина я великим не считаю, дон Федерико.
- Потому я и отметил этот эпизод в моей жизни. Я ведь старше вас 15-ю годами.
- Не хочу вас осуждать, дон Федерико. То дело давнее. И за вас ручался думный дьяк Башмаков.
- С Дементием Башмаковым мы давние знакомцы43.
- Его ныне нет на Москве. Скажу прямо, что вы меня заинтересовали, дон Федерико.
- Я Фёдор, князь. Не стоит величать меня доном Федерико. Это для официальной части.
- Хорошо, Фёдор. Я буду называть вас так. Не стоит иным знать, что вы русский. Многие бояре до сих пор горят ненавистью к Разину и потому стоит забыть, что вы были среди повстанцев.
- Меня могут узнать, князь.
- Не думаю, Фёдор. В этой одежде и с вашим французским языком вас никто не узнает. Наши бояре, большинство из них, иностранных языков не ведают.
- Но есть те, кто меня помнит, князь. Была одна история 12 лет назад…
- Я понял, о чем вы, дон Федерико. История с похищением девицы Марии Одоевской44. Но князь Никита Одоевский, что так желал вашей головы, умер.
- Я это знаю.
- Великий государь Фёдор Иванович помнил о вашей услуге с гетманом Дорошенко45.
- Вы и это знаете, князь?
- Я обязан это знать, дон Федерико. Я никак не думал, что этим мы обязаны Федерико де Монтехо. Башмаков сказал, что дело сие – подвиг бывшего разинского есаула Иноземцева46.
- Иноземцев и де Монтехо – одно лицо, князь.
- Дон Федерико. великий государь даровал вам полное прощение. Так что с этой стороны вам ничего не грозит.
- Но говорят, что великий государь очень плох, князь.
- Вынужден признать, что это так.
- Есть надежда что государь выживет?
- Нет, дон Федерико.
- Мне искренне жаль, князь. Царь Фёдор Алексеевич мудрый и милостивый государь.
Голицын развел руками и сказал:
- Многое делал и ещё мог сделать царь Фёдор. Нам ныне нужен именно такой правитель. Но что делать, коли господь призывает его?
- Орден интересуется делами в Москве, князь. Они хотят знать обо всём что здесь происходит. Московия их сильно интересует. Особенно после того как генералом ордена стал Шарль де Ноэль.
- У вас полномочия от польского короля?
- От его секретаря Владислава Мортыньша. Если мы сумеем договориться, то Речь Посполита пришлёт целое посольство. Они желают заключить вечный мир. Ведь состояние перемирия продолжается уже с 1667 года. Андрусовское перемирие47 между Русским царством и Речью Посполитой предполагается завершить мирным договором.
- Король Ян Собеский желает подписать мир, ибо ему досаждают турки и татары. Я это хорошо понимаю. Но заключать мир придется уже не с царем Фёдором.
- Я понимаю, князь, что вы не станете посвящать меня в тайны здешней придворной борьбы.
- Какие тайны, дон Федерико? У царя Фёдора наследника-сына нет. Это совсем не тайна. Сын у него был, но умер спустя 10 дней после рождения. У Фёдора Алексеевича есть два брата Иван и Петр. Ивану 15 лет, а Петру 10. Вам ведь это известно и без меня.
- Иван по материнской линии из Милославских, а Петр из Нарышкиных.