Владимир Андриенко – Расследования майора Мартина: Кровавое братство Кан-Кали (страница 3)

– Но вы известны как богатый человек, сэр.

– Скоро это может кончиться, и я стану известен как человек разоренный.

– Как так, сэр? – спросил мистер Джеральд.

– Вы слышали о «Звезде Юга»?

– Что-то слышал, но сейчас не помню что это. Мелькала информация в «Таймс». Верно?

– Да. Это компания в Южной Африке по добыче алмазов. Я вложил в «Звезду Юга» почти триста тысяч фунтов стерлингов. Мой замок Монтгомери, и мое поместье пошли в обеспечение сделки. Вы понимаете, что будет, если я потеряю его?

– Но я не финансист, сэр.

– Этого и не нужно. Финансистов в компании хватает. В гостях у Уэлсли будут все, кто вложил средства в «Звезду Юга». Это и сам милорд Уэлсли, и барон Реглан и другие.

– А виконт Челси имеет отношение к компании, сэр? – спросил Мартин.

– Еще какое. Ведь это старому болвану досталась шахта «Звезда Юга». Сначала её считали малорентабельной. И он даже хотел продать её за 100 тысяч фунтов.

– Кому?

– Что вы спросили, майор?

– Кому виконт хотел продать шахту?

– Мне.

– Вам, сэр?

– Да, мне, майор. Я хотел купить её. У меня была информация, что этот участок перспективен. И я решил рискнуть. Я получил все документы еще в Индии от моего поверенного в Лондоне. Сделка почти состоялась! Но старый крокодил отказался продавать!

– Он узнал, что участок богат?

– Да, какой-то инженер прибыл в Англию и доказал Челси, что участок нужно разрабатывать, а не продавать.

– Вам это не понравилось, сэр?

– Я был просто взбешён! Что этот старый кретин, этот мошенник, понимает в алмазах? Но ему посоветовали основать компанию.

– А кто дал ему такой совет?

– Да тот самый инженер, что увлек его своим проектом. Но денег у Челси не было, а нужны были солидные вложения.

– Какие, сэр?

– Сначала 800 тысяч фунтов. И Челси предложил мне стать акционером. Но я не рискнул сразу вложить деньги. Моя доля составляла вначале 200 тысяч. Столько же должен был дать Уэлсли и столько же барон Реглан.

– Но это 600 тысяч, сэр.

– Да что там! Ведь 800 тысяч это только начало. Всего нужно было около полутора миллионов. Их могли дать мелкие вкладчики, которых привлекло бы имя барона Реглана.

– И что было потом, сэр?

– Уэлсли вложил 200 тысяч фунтов сразу. Затем Реглан сделал взнос. Тоже 200 тысяч. Я колебался. Но первоначально денег хватило и так. Компания «Звезда Юга» появилась на свет.

– Но в итоге вы дали деньги?

– Да. Но уже после основания компании «Звезда Юга».

– И что пошло не так, сэр?

– Все складывалось хорошо. Прибыли еще нет, но она обещает быть! Были скуплены соседние участки по добыче алмазов и «Звезда Юга» постепенно вытеснила мелких разработчиков. И вот здесь и начались недоразумения.

– По поводу, сэр?

– По поводу дележа прибыли. Старый мошенник Челси все оформил так, что половину получает он, а остальные пайщики-основатели делят оставшиеся 50% между собой.

– Вы хотите сказать, что вас обманули?

– Барон Реглан назвал виконта мошенником и решил оспорить договор. Но ничего не вышло.

– Почему? У Реглана плохой адвокат?

– Дело не в том, какой адвокат у Реглана, а в том, как инженер, помощник Челси, составил договор. А он профессионал в этом деле! Здесь нужно знать не только законы, но и специфику добычи алмазов.

– И тогда виконт умер, сэр?

– Да. Он умер. И думаю, что умер он не просто так.

– Что вы хотите сказать, сэр?

– Только то, что молодая Алисия Райли не просто так стала женой старого развратника. Её подложили под него. Они знали, что виконт не пропустит такой красавицы. А затем, совершенно здоровый, хоть и пожилой виконт, отправился к праотцам.

– Вы намекаете, что миледи Райли…

– Я ни на что не намекаю, майор. Могу ли я предполагать, когда дело идет о семействе Райли? Но факт настолько очевиден, что нельзя пройти мимо. Вы ведь не знакомы с баронессой Хердет?

– Это тетка леди Алисии Райли, виконтессы Челси?

– Какая она виконтесса? Старый сэр Кристофер так и не смог доказать свое право на титул виконта Челси. Но это не важно. Так вот, баронесса Хердет сварливая и жадная до денег старая мегера. В свете она хорошо известна.

– Она ведь не богата, сэр?

– Бедна как церковная мышь. После того как её благоверный барон Хердет пустил себе пулю в лоб она не знает как свести концы с концами. И вот она едет со своей племянницей в Квинсберри. Смею вас заверить, Мартин, там разыграются значительные события. Никто не желает упустить свой куш. Я сам для этого оставил Бомбей и примчался в Англию.

– А мисс Лэнг, сэр? Она акционер?

– Нет. Что вы, майор. Но её отец сэр Томас Лэнг и лорд Уэлсли были дружны. И милорд покровительствует мисс Лэнг. А у него большие связи в Лондоне.

– Иными словами она защищает интересы милорда Уэлсли? – уточнил Джеральд.

– Именно так.

– А я стану представлять ваши интересы, полковник? – спросил Мартин.

– Да. Если вы не против, майор.

– С чего мне быть против? Я все равно пока ничем не занят. Отчего не съездить в Квинсберри, если дело обещает быть интересным, сэр? Я ведь не знал, что все так серьезно.

– Значит, вы больше не обижаетесь, Мартин?

– Нет, сэр, – ответил Джеральд. – Если меня пригласили не из-за моего брата, это в корне меняет дело. Я еду не из-за имени и заслуг баронета Мартина, а благодаря моим собственным скромным заслугам.

– В Индии вы вели расследование дела, связанного с семейством гвалиорского раджи. И дело считали безнадежным! Но вы нашли алмаз! Вы вернули «Гвалиорскую Звезду» радже! Вот мне окажите такую же услугу.

– Это было плохое дело, сэр, – мрачно ответил майор. – Я вернул алмаз, полковник. Но я не смог спасти девушку.

– Девушку? Какую девушку?

– Младшую дочь раджи. В деле были замешаны «слуги Кан-Кали». И они добрались до неё первыми.

– О слугах Кали я не только слышал, но даже охотился за ними в свое время. Мои парни тогда повесили больше сорока этих мерзавцев. Но вот о смерти дочери раджи я не слышал, майор.

– Я не хотел, чтобы подробности были известны, сэр.

– Простите меня, Джеральд. Я допустил бестактность. И мне стоило вас предупредить. Но я боялся, что вы мне откажете.

– Это ничего, полковник. Такие дела мне по душе. Тем более что полицию вмешивать не станут? Я все понял верно?