Владимир Андрейко – СССР против СЕКСА (страница 11)

– Хорошо. Не знаю пригодится ли нам флюп-скок в ближайшем будущем, но будем держать его на готове.

– Командир, я доклад не закончил, к хренам, – послышался недовольных голос следопыта, – развели тут детский сад, понимаешь.

Генка вжал голову в плечи, и притих.

– Не говори, Герасим, надо подтягивать дисциплину. Юнга Генка, объявляю тебе наряд вне очереди на камбуз. Не следует перебивать команды, если только не произошло чего-то сверхординарного. Докладывай, Герасим. Похоже не от всех пассажиров мы избавились?

– Так точно, командир. На внешней обшивке грузовой плоскости остались гости. Четверо человек.

– Матвей?

– Это же живые люди. Мне пришлось учесть их массу и размеры. Они были вне своих кораблей.

– Туман?

– Со мной согласовано, капитан. Я решил не терять время. Механику дал команду готовить сигнальный буй.

– Буй готов! – отрапортовал Василий. – можем отправлять на нем зайцев в космос!

– Гхм. Значит капитана в известность ставить не нужно было? У меня скоро на камбузе свободных мест не останется.

– Капитан, все должно было пройти штатно, двоих лазутчиков мы бы отделили при старте, тут я подкорректировал расчет Матвея. Но другие два человека прибортились с соседнего корабля, буквально в последнюю секунду перед прыжком, пришлось брать всю банду под защитные поля и на ходу корректировать расчет скачка.

– Хорошо. Механик, подогнать буй к месту дислокации неприятеля. Тактик, организовать посадку шпионов в сигнальный буй!

– Есть, командир! Петруха, за мной!

Герасим, не стал терять время на перебежки, его и Пьеро кресла на небольшой платформе провалились на нижний ярус, и по формирующемуся тоннелю, обтекающему неподвижные части внутри корабля, кратчайшим путем, полетели к точке рандеву с чужаками. На ходу их униформа начала преобразовываться в облегающие тела чешуйчатые серебряные скафандры, на лицевой поверхности шлемов возникли стилизованные изображения черепов, а кресла деформировались, одновременно вливая свои части в дополнительные компоненты скафандра, такие как оружейный обвес, и придавая людям вертикальное положение. Пока добирались до места, Герасим в двух словах объяснил стажеру, и скинул на тактический шлем, нехитрую схему операции.

Через несколько секунд, словно чертики из табакерки, на поверхность грузовой платформы, где недалеко друг от друга обосновались две команды безбилетных визитеров, постаравшись оказаться вне поле их зрения, выскочило по человеческой фигуре. Из орудийных комплексов, бугрившихся небольшими башенками на плечах, стоило фигурам возникнуть над внешней обшивкой корабля и поймать цели в прицел, в сторону неприятеля полетели небольшие снаряды, по пути разворачиваясь в полимерные сети.

Герасим специально приказал не включать режим мимикрии, что бы шокировать противника за счет гипно-шумо-светового подавления, излучаемого броней скафандров во всех доступных для человеческого восприятия диапазонах. Особой надобности в этом не было, но для Петьки, который еще ни разу не участвовал в боевых операциях, было полезно изучить различные тактики ведения боя.

Перед оглушенными, и плотно опутанными сетями людьми, возникло два бронированных монстра, пугающие хищной расцветкой и оскаленными пастями черепов. Каждый из них держал в руках по огромному молоту, которыми они, не слишком заботясь о комфорте гостей, но тем не менее довольно аккуратно и без членовредительства, стали сбивать в одну кучу, как людей, так и их аппаратуру, образовывая плотный комок, в котором было уже не понять, где верх и низ, где рука, а где нога, и почему вместо головы Бздышека торчит ручка отбойного молотка, которым еще недавно собирались вскрывать внешнюю обшивку советского корабля.

На фоне страшных, до кишечных колик фигур, за их спинами, из недр корабля, поднимался тетраэдр космического буя, подмигивая красной сиреной в верхней части сходящихся прозрачных плоскостей конструкции. В распахнутые ворота одной из секций, монстры и собирались финальным ударом забить получившуюся кучу-малу из людских тел и оборудования. Они синхронно подняли молоты над головами, но застыв на мгновение, опустили их бойками вниз, да так, что вздрогнул корпус грузовой платформы.

Марка поморщилась от противного скрипа и визга, вызывающие мурашки по всему телу, что доносились снаружи, несмотря на расстояние, вакуум и обшивку корабля. И прикрыла глаза, что бы не наблюдать ту мерзость, в которую превратились тактик и его помощник, включив боевое подавление в своих скафандрах.

– Катарина, если тебе нравиться наблюдать этот цирк, и ощущать все прелести военных изобретений на себе, то избавь пожалуйста других обитателей палубы от этого не слишком приятного зрелища.

– Ой! Бабушка Марка, извини! – Катарина, и правда, увлеченно наблюдавшая за разворачивающейся операцией по захвату чужаков, зажала рот ладошками. – Я забыла, что у тебя нет персональной защиты в корабельной системе безопасности. Все, включаю общую защиту главной палубы. Товарищ капитан, бабушка Марка имеет гостевой статус, и по штатному расписанию получает индивидуальную защиту лишь в общественных помещениях и каютах. На главную палубу это правило на распространяется.

Боцман вопросительно глянула на Вихря. Тот утвердительно кивнул, с восхищением глядя на Марку де Толли, которая только что спокойно перенесла все шокирующие эффекты боевых скафандров тактиков, от которых автоматически были прикрыты все другие члены экипажа. Хотя они были направлены не конкретно на нее, и находились на достаточно далеком расстоянии, но все же, все же…

– Боцман, зачислить Марку де Толли, по корабельному табелю в качестве радиста, – приказал Вихрь, и повернулся к Марии Павловне. – Прошу прощения, Марка. Команда корабля получают права доступа автоматически, я и забыл, что ты оказалась в статусе гостя на судне.

– Пустое, – улыбнулась Марка, – но прямо скажу, без защиты приятного было мало.

– Ничего, что я назначил тебя главной по связи?

Марка рассмеялась.

– Такая должность существует скорее где-нибудь в дипломатических кабинетах, а не на корабле, и подразумевает несколько иные функции. Я не против быть радистом, и заодно отслеживать при этом все последние новости. И кстати, я тут подумала, что нам возможно пригодятся пленные. Слышите меня, мальчики? Подождите пока с отправкой гостей в космос.

Воины, на мгновение застыв с поднятыми молотами, опустили их вниз.

– Зачем они нам? – удивился Вихрь.

– Есть у меня одна идея, как их можно будет использовать в будущем, – задумчиво прищурилась Марка, что-то прикидывая в голове, и кивая сама себе. – Да, определенно, от них может быть польза.

Вихрь пожал плечами и отдал приказ:

– Герасим, отправляй гостей в грузовой трюм, в секцию для агрессивных форм жизни. Катарина, обеспечь им нормальные условия проживания. Вася, консервируй буй. Команде: через пять минут прыгаем в систему Сириус 5, к Планете бурь. Всем быть на местах. Итак, уже на час отстаем от СЕКСА.

Командир недовольно кинул взгляд на пульт управления, где шел отсчет времени от начала старта регаты, и выстраивался график достижений. В нем семь кораблей СССР имели нулевой прогресс, тогда как индикаторы остальных тринадцати участников начали ползти вверх, пока что в равных долях. Задержка на час пока не выглядела критичной, но не стоило усугублять сложившуюся ситуацию. Итак «Смелый» был единственным представителем СССР, сумевшим избавиться от обременительного груза, без ущерба для дальнейшего полета.

– Слышите, убогие, вы зачем полезли на корабль?

Четверо пленников находились в относительно небольшом помещении, которое напоминало обычный вагон четвертого класса, в поездах дальнего следования, колесивших по межзвездным трассам. Имелось даже боковое окно на стене у столика, который разделял нижние лежачие места. Верхние спальные места были собраны. Перпендикулярно этому пространству шел коридор, около пяти метров в длину, где можно было размять ноги, заодно попинав или же приведя в порядок, брошенное оборудование, которое пока лежало сваленное в одну кучу в соседнем помещении, примыкающему к спальному отделению. Коридор по торцам был оснащен дверями в туалет и душ. Более никаких дверей на наблюдалось, сюда их закинули убрав потолок.

После того как сети неожиданно исчезли, заключенные в них люди разделились на два лагеря, по два же человека. Они сидели сейчас на полках напротив друг друга и злобно сверлили глазами оппонентов.

– Саами выы убоогие. Наш командиир увидеел, каак выы выысадились наа обшиивку, и тооже решил, что наадо попрообовать обслеедовать ее повеерхность.

– Идиоты, мы не собирались обследовать поверхность, мы собирались тайно вскрыть ее, и проникнуть внутрь корабля. А ваш тормозной капитан все испортил. Ведь именно после вашей высадки от всех кораблей остались торчать только якоря и опорные элементы, а этот корабль советских каким-то образом переместился в пространстве.

– Интереесно, каак этоо выы сообирались таайно прониикнуть нва кораабль руусских, еесли дааже нааши систеемы обнаружеения ваас виидели?

– Что значит «даже»?

– Ну, мы поолагаем, что уу совеетского соююза имееются бооле соввершеенные систеемы.

– Слышишь, Бздышек, какую чушь порет этот тормозной эстонец?

– Слышу тебя Матеуш. Разъясняю для особо тупых: у нас одинаковая линейка оборудования, так как мы входим в Евросоюз. Поэтому вы и смогли засечь нашу высадку. В СССР таких систем обнаружения нет. Это доподлинно известно. Вернее, дело даже не в системе обнаружения, а в нашем маскировочном поле. Новая разработка. Русские просто еще не знают об этой новой разработке, поэтому им нечего нам противопоставить.