Владимир Андрейко – СССР против СЕКСА (страница 13)

– А почему мы сразу этого не сделали после старта, сутки назад? Не расстреляли несколько чужаков, что бы остальные отцепились? Ведь и так было ясно, что те, кто сразу не прыгнул, окажутся в аутсайдерах, и не смогут претендовать на роль участников? – спросила Анка.

– У них чемоданы на каждом борту были, с Вычислителями, – предположил Матвей, – верно?

– Не совсем, – покачала головой Марка. – В первую очередь никто не желал кровопролития, так же, как и капитан Вихрь, когда мы обсуждали это. А предвидя дальнейшее развитие событий, СССР, все-таки надеялись на рестарт регаты. Ведь после объявления официальных участников, вся остальная масса летунов, теряло статус претендентов, и не попадала бы под пункт о запрете явного повреждения кораблей-участников регаты. Но комиссия решила иначе, видимо шоу галактического масштаба и тотализатор для них важнее честных соревнований. Так, Шериф?

– Ух-ух. Раса Вычислителей лишь наблюдатели и честные судьи. Марка де Толли, я официально заявляю, что представители нашей цивилизации, не имеют никакого отношения к вашему обвинению. Хотя признаюсь, что мы тоже пришли к похожим выводам на этот счет.

– Погодите, – не понял Генка, – если чемоданы, ой, то есть Вычислители были на каждом корабле, то они тоже погибли?

– Ох-ох. Мальчик, разве у вас в школах не преподают уроки анатомии у инопланетян? Сейчас… – возникла небольшая пауза, а чемоданчик приобрел серый цвет, который спустя некоторое время преобразовался в синий цвет разочарования. – В вашем классе, Геннадий Семенов, этот урок вел наш представитель, и у вас оценка три с минусом.

– Блин, ваш Мудрукус, был слишком занудливым, и к тому же он зачем-то вселился в ходячую вешалку с белый шляпой вместо головы, – фыркнул Генка.

– Ох-ох. Он сейчас занят преподаванием как раз этого урока, поэтому мы не будем меняться с ним мыслительными контурами, но он попросил поставить командира вашего экипажа в известность о халатном отношении стажера к данному предмету.

– Блин, ябеда.

– Гхм. Передайте Мудрукусу, что я принял к сведению данный факт, – Вихрь строго посмотрел на Генку, хотя в его глазах был явный смешок, – и ставлю юнге на вид его несерьезное отношение к предмету. Но все-таки, уважаемый чемо… Шериф, разъясните юноше суть его вопроса.

«И этот тоже был двоечником по этому предмету, как сейчас помню», – подумала Марка, глядя на Вихря, и укоризненно качая головой.

– На всех предметах, куда мы вселяемся, как выразился юноша, лишь проекция нашего сознания. Мы – суть пятого измерения, которое называется мысль, и к которому относятся все существа выстраивающие логические и математические цепочки, хотя почему-то не признают этого измерения. Пси-поле СССР наиболее близко подошло к нашей цивилизации, но все еще отстает на несколько ступеней по своему развитию. Некоторые контуры сознания, накинутые на предметы, слишком сильно привязываются к ним, например, как профессор Мудрукус, и уничтожение такой вешалки, грозит и потерей части сознания для нашего общества. Но в случае с регатой, нам было изначально ясно, что данное явление временное, поэтому связь наших мыслительных контуров с чемоданчиками так же носит временный характер. Главное, что бы привязка не занимала длительное время.

Чемодан напыжился ярко-фиолетовым цветом лектора.

– В тот момент, кода стало понятно какие корабли достигли первыми условную зону входа в контрольные точки регаты, а претендентов на это, напоминаю, было восемь экипажей СЕКСА, Вычислители сняли напряжение с контуров тех чемоданчиков, которые находились у всех претендентов на звание официальных участников, уничтожив при этом информационные пакеты внутри. Таким образом, сейчас, как это и было предусмотрено правилами регаты, мы имеем двадцать кораблей на которых присутствуют двадцать наблюдателей и судей, одним из которых являюсь я – рожденный самоосознанием цивилизации Вычислителей – Кластер. Но мне очень понравилось имя Шериф, и я отныне нарекаю себя этим именем, что имею право делать раз в сто космических лет, пока не достигну возраста взросления и полного осознания себя – в тысячу лет.

– Нихрена, как вы долго живете, – удивился Герасим.

Марка закатила глаза. Еще один двоечник. С кем я лечу?

– Мысль вечна и бесконечна, так кажется написано на входе в ваше измерение? – спросила она.

– Ах-ах! Неужели ваша цивилизация сумела расшифровать скрижали правды? – удивился чемодан, и пошел крапинками. – Нет, не может этого быть! Видимо кто-то из наших проговорился!

– Слушайте, все это конечно интересно, – Вихрь решил прервать поток информации, как выяснилось, недоученной еще в школе, почти всей командой «Смелого», – но давайте вернемся к тому, что делать с прибалтийцами.

– Так выкинуть к хренам в космос, как и собирались до этого, на буе, пущай полетают, – предложил Герасим. – Кстати поляки вроде не прибалты.

– Не прибалты?

– Нет.

– И что?

– Ничего.

– Слушай, Герасим, не сбивай меня с мысли! Марка! Что скажешь? Твоя идея была оставить их.

– Выкинуть мусор всегда успеем. Но это полезный мусор, и выкидывать его необходимо в нужном месте. До прибытия к контрольной точке есть еще пару часов. Давайте подумаем.

– А люди считаются только на корабле? – спросил Генка.

– Совершенно, верно.

– То есть, если часть нас полетит на планету, а часть останется, то будут считаться только оставшиеся, и тогда это не будет противоречить количеству участников одной команды, так?

– Верно. Но следующий конверт не будет вскрыт, если нарушение останется, то есть на корабле будут лишние люди. Сразу предупрежу вопрос по добычи символов. Их может разыскать и принести на корабль только член экипажа, передача символа третьим лицом не будет засчитана за результат. Так же, как и отметка в контрольной точке.

– А если этот символ кто-то посторонний просто передаст члену команды?

– У нас есть методы определить это. Что бы избежать таких коллизий, судейской коллегией регаты привлечена цивилизация Идущие впереди, с их технологией «оглянись назад».

– Но разделиться нам ничего не мешает, и попасть на разные планеты.

– Ах-ах. Схитрить не получится. Вы можете хоть по одному высаживаться на планеты, но следующий конверт с заданием можно будет открыть, лишь выполнив предыдущее.

– Да и время мы так больше потеряем, – вмешался в диалог Вихрь, – если распылимся одновременно на несколько систем. Ведь туда потом придется возвращаться, что бы забирать кого-то из нас. Стандартное время прыжка – тридцать часов. Любое повторное посещение одного и того же места, сразу влечет за собой дополнительные тридцать часов.

– Ну и для того, что бы высадиться где-то, надо знать куда лететь, а для этого необходимо вскрыть следующий конверт, – поддержал командира Туман.

– А как же японцы сразу во всех направлениях идут? – спросил Матвей.

– И правда, Шериф? – Вихрь и вся команда уставились на чемодан.

– Их философия пути достижения цели позволяет в его конце оказаться в любой точке галактики. По пути к первой точке, они создают некое напряжение в вероятностно-временных потоках галактики. Поэтому достигнув первой цели, и выполнив задание они моментально окажутся у второй цели, и так далее. Им для этого уже не понадобится тратить время на путь, они используют накопленную вариативную напряженность пройденного пути.

– Это же не честно! – воскликнула Анка. – так они быстрее всех достигнут ключевых точек.

– Ах-ах, не считайте комиссию по регате столь недальновидной. Стандартные законы нашего космоса никто не отменял. Космические сутки до любой точки внутри нашей галактики. Им нужно достичь девять точек. Значит и идти они будут девять суток до первой цели. То есть главный фактор победы остается тот же, что и у других претендентов – добыча символа.

– А я думаю, что все-таки кое-какое преимущество они будут иметь, – высказал свое мнение Туман. – Они не тратят подлетное время, а это в среднем от одного до трех часов на каждую систему.

– Никто не мешает нам рисковать, и прыгать сразу к контрольной точке, – предложила Марка, – мы все же не у станций телепортов будем выходить из прыжка.

– Раз мы теперь в курсе подробностей про японцев, то мысль дельная, а риск оправдан, – согласился Вихрь. – Хотя, если остальные участники добудут более одного символа, то это сильно сэкономит время. Мне кажется мы чего-то не знаем про японцев. Ну да ладно, нет смысла тут гадать. Мы так и не решили, как быть сейчас с лишними людьми на борту. Генкино предложение разделится мне понравилась, но это сработает только один раз, до момента возвращения десанта обратно на корабль. И нас снова станет больше, чем положено.

– А если нам попробовать разделиться и по системам? – предложил штурман Туман.

– Как ты себе это представляешь?

– Капитан, у нас же есть аварийный катер, рассчитанный на два прыжка.

– И мы знаем два места, до которых нам предстоит добраться, – задумчиво сказала Марка, – система Кин-Дза-Дза, и созвездие Оклахома.

– А еще у нас есть флюп-скок! – крикнул Пашка, и покраснел, ощутив на себе общее внимание.

– Гхм, – Вихрь прищурился, – ну на флюп-скоке мы далеко не уедем, перемещаясь раз в пять часов на один световой месяц. А вот насчет аварийного катера давайте подумаем. Мы одновременно можем прыгнуть сразу в две системы. Одна команда добывает символ, или просто отмечается на контрольной точке, если понимает, что с символом будут сложности, и тут же передает эстафету второй команде, которая уже ожидает своего часа в известной нам системе. Тем самым мы на сутки опередим других участников. А учитывая, что нам известны целых два пункта регаты – Кин-Дза-Дза и Оклахома, то вырисовываются интересные перспективы.