Владимир Алеников – Зелёная зона (страница 20)
— Нет, что вы! — покачал головой Виктор. — Я же вам говорил, это еще дедушкин… Я…
— Да ладно вам! — рассмеялся Макс. — Я просто пошутил, не берите в голову.
Виктор чувствовал себя все более и более неловко. От этого с каждой минутой росло и его раздражение. Он вдруг осознал, что оно усиливается еще и оттого, что Арина слишком долго не появляется. Однако почему-то по-прежнему не решался поторопить ее.
Голубые глаза гостя, на упорный взгляд которых он то и дело натыкался, вызывали в нем странное смятение, заставлявшее его действовать наперекор собственным желаниям.
— Может быть, сядем за стол? — предложил он. — Арина сейчас появится.
— С удовольствием, — охотно согласился Макс.
Арина стояла в спальне, прижавшись спиной к закрытой двери, из-за которой неслись бодрые звуки регтайма. Она ярко накрасилась, одела новое платье, изобретательно, на скорую руку сшитое из оконной шторы.
Ничего не выражавшее, словно застывшее лицо ее было устремлено куда-то вдаль, казалось, вся она находится бесконечно далеко от этого дома и всего, что происходит в нем.
На самом же деле с первой минуты появления Макса Арина напряженно прислушивалась к малейшему звуку, долетавшему из гостиной. Она знала, что ей давно уже пора выйти, но все медлила, замерев у хрупкой перегородки, отделявшей ее от обоих мужчин, и вперив неподвижный невидящий взгляд в пространство.
Только иногда глубокие, как перед погружением в воду, вдохи выдавали жизнь в этой внезапно окаменевшей статуе.
12. Тусовка
Здоровенный тридцатилетний мужик по прозвищу Кипа стоял на маленькой площади перед баром «Перекресток» и, почесывая затылок, уныло смотрел на надпись «Закрыто», выставленную в окне бара.
На самом деле Кипу звали редким именем Игнат, но никто его никогда по имени не называл, с малолетства звали только так — Кипа. Дело в том, что еще в далекие отроческие годы он широко раздвигал руки и пояснял при этом, что, когда вырастет, хочет иметь вот таку-у-у-ую кипу денег. Так оно и пошло, прилипло к нему погоняло намертво.
Из груды картонных ящиков, сваленных за углом здания, выбрался какой-то жеваный засаленный парнишка лет семнадцати по имени Муса и, позевывая, лениво приблизился к Кипе. Происхождения Муса был неизвестного, ясно только, что не здешнего, а какого-то азиатского. Как он сюда попал, где и на что живет, этого вообще никто не знал.
— Я здесь уже полдня ошиваюсь, — смачно сплюнув, сообщил он. — И хоть бы хрен. Слышь, мужик?
— Не глухой, — ответил Кипа,
Он извлек из кармана мятую пачку сигарет, вынул из нее последнюю сигарету, сунул в рот. Пустую же пачку неспешно скомкал и запустил в окно бара. После чего с удовлетворением закурил, задумчиво глядя на заходящее солнце.
— Полдня, говоришь? — наконец произнес он.
— Не меньше, — подтвердил Муса. — Он же всегда был открыт по воскресеньям. Слышь, мужик?
— А сегодня вроде воскресенье, — неуверенно предположил Кипа.
— Конечно воскресенье, — согласился Муса и снова ловко сплюнул сквозь зубы. — Вчера была суббота, слышь, мужик, здесь такая тусовка нарезалась, полночи, говорят, зажигали.
— Вот оно что, — загадочно произнес Кипа и с наслаждением затянулся.
— А я чего говорю, — почему-то обрадовался Муса. — Уж сто раз можно было проспаться, слышь, мужик. Чего он не понимает, что здесь люди ждут! Подляк он сраный, вот кто он такой, этот Игорь!
— Ты, парень, не базлай, — строго сказал Кипа. — Игорь, блин, это человек, я его знаю уж лет десять. Он тебя, блин, всегда поймет и всегда тебе нальет, что бы ни было. Ты меня, понял?
— А я говорю, что он подляк! — упрямо настаивал Муса. — Вон какую подлянку нам гнет!
При этом на всякий случай отступил от Кипы на пару метров.
Неизвестно, чем бы окончился этот спор, если бы сзади них в этот момент с отвратительным скрежетом не затормозил старый, когда-то серебристый «вольво» с разбитой фарой. Заднее левое крыло у него было почему-то покрашено в светло-серый, а точнее, грязно-белый цвет. Из машины выкатился средних лет небритый мужичонка, Павел Семенович Козлов, которого все знали как Пашу-козла, и с изумлением уставился на закрытую дверь.
— Охренеть можно, закрыто! — воскликнул он, дергая себя от удивления за кончик большого красного носа. — Это что ж такое делается?!
Муса, которому в принципе было все равно с кем и о чем спорить, немедленно прицепился к нему.
— Ты чего, Козел, ваще, с неба свалился?! — яростно затрещал он. — У человека чего, не может быть выходного?! Он чего, подписку тебе давал въёбывать тут круглый год без выходных?! Не может, значит, он раз в жизни отдохнуть маленько только потому, что у какого-то козла в глотке пересохло?!.
— Да нет, может, конечно, — оправдывался сраженный всеми этими аргументами и неожиданным натиском Паша-козел. — Чего ты разорался-то? Пусть себе отдыхает. Кочемай, Муса!
Муса тут же успокоился, столь же быстро, сколь и взъярился секунду назад.
Наступила пауза.
Теперь все трое в безнадежном унынии разглядывали закрытую дверь.
— Сука, но почему именно сегодня! — простерши руки к небу, неожиданно горестно завопил Паша-козел. — Почему именно сегодня, когда у меня бабло кончилось?!. Вон, бензин гребаный залить не на что!
Ни у кого не нашлось ответа на этот вопрос.
— И, главное, тусовка у нас такая крутая нарезается, — неожиданно поддержал его Муса. — Сейчас бы ништячно бухнули, да?
— Зашибись они все в сраку, пиздоболы! — подвел наконец итог Кипа, причем было не совсем ясно, кого именно он имеет в виду. — Единственное нормальное место на всю Зеленую зону, и то закрыто!
13. Тост за знакомство
Звуки регтайма все еще доносились из дома, когда золотой солнечный диск стал медленно катиться к горизонту. Что-то менялось в природе. В бледном небе засветилась луна, и какая-то неясная тревога разлилась в воздухе.
Предвкушая большое ночное гулянье, бешено засвистел, заулюлюкал ветер, резвился, метался, срывал с уютных гнезд встревоженных, орущих от страха птиц.
Музыка затихла, и в доме наступила странная тишина.
Оба мужчины, сидящие за столом, периодически поглядывали то на закрытую дверь спальни, то на пустой, предназначенный для Арины стул. Виктор с каждой минутой нервничал все больше, однако какая-то непонятная сила удерживала его на месте. Макс, напротив, был совершенно спокоен, легкая приветливая улыбка по-прежнему держалась на его губах.
— Похоже, вы тут готовились что-то отпраздновать, — сказал он, глядя на бутылки с вином и шампанским, возвышающиеся посреди стола. — Мне, ей-богу, неудобно вам мешать. Но, с другой стороны, знаете, Витя, я могу вас так называть, ничего?
— Конечно, пожалуйста, — ответил Виктор.
Потянулся, стал открывать бутылку с вином.
Он решил больше ее не ждать.
В конце концов, если Арина не выходит, значит, у нее есть на то какие-то причины. И потом, он уже немножко привык — все, что делает эта девушка, всегда абсолютно непредсказуемо и противоречит обычным правилам поведения. И надо признаться, она всегда знает, что делает, просто нужно доверять ей в этом, вот и все.
— Давайте ваш бокал. — Виктор разлил вино.
— Спасибо. Выпьем за знакомство, — любезно предложил Макс. — Точнее, за новых друзей.
Они чокнулись, выпили.
— Классное вино! — похвалил Макс.
— Это итальянское, бордалино, — поддержал его Виктор. — Как-то купил в «Ароматном мире» и с тех пор прямо запал на него. К сожалению, редко бывает. Я всегда стараюсь купить про запас.
Макс внимательно выслушал, любезно улыбнулся:
— Так вот, Вить, что я хотел сказать. Я сам и все ребята, мы так любим Арину, что, когда в пятницу она вдруг исчезла, мы, естественно, стали очень беспокоиться, как бы чего не случилось. Ну, я и начал искать ее повсюду! Поверь мне, найти вас в этой глухомани было не так-то легко.
— Да, я просто поражен! — вставил Виктор. — Как это удалось?..
— Благодарю, — улыбнулся Макс. — У меня есть свои способы, — лукаво подмигнул он. — Шучу, конечно. Никаких особых секретов нет. Так, перетерли с одним барменом внизу, на шоссе, ну он и подсказал мне, как вас найти. Короче, я очень рад, что в конце концов разыскал вас и что с Ариной все нормально. Единственное, конечно, я вижу, что появился не вовремя. А что, кстати, вы празднуете?
— Да нет, Макс, — медленно произнес Виктор, в очередной раз наткнувшись на пытливый взгляд голубых глаз. — Все даже очень вовремя. Я, честное слово, очень даже доволен, что один из близких друзей Арины будет с нами сегодня в такой день. Дело в том, что мы сегодня празднуем нашу помолвку. Да, вот такие дела.
Произнеся это, Виктор вдруг успокоился. Неожиданно для самого себя он сформулировал то, что все время сидело у него в подсознании. Ведь слово
— Уау! Это кайф! — одобрил услышанное Макс.
Проявленный восторг не помешал ему, однако, невозмутимо положить изрядную порцию салата оливье себе на тарелку.
— Поздравляю! — душевно произнес он. — Как же все это произошло, а, Вить? Арина никогда мне ничего о тебе не говорила.
— Она и не могла раньше ничего сказать, — улыбнулся Виктор. — Мы познакомились только в эту пятницу…