Владимир Алеников – Очень тихий городок (страница 25)
– С Седой, видишь, полный облом, не проканало. А теперь чего? Поезд ушёл. С концами! – Он криво усмехнулся. – Так что я думаю на Коновалову переключиться. Рульная тёлка, да? Ты как, одобряешь?
Саня опять промолчал, но Ромке и не нужен был его ответ.
– Вот именно. Только надо конкретно делать, – загорелся он, – пока этот москвич свою лапу на её жопу не наложил. Похоже, он собирается. Но я его обломаю. У меня, между прочим, день рождения скоро. Я думаю, приглашу её, а там разберёмся… Ну, ты просекаешь, да?
Саня кивнул, по-прежнему никак не выражал своих эмоций на эту тему.
– Слышь, Сань, мы ведь кореша, да? – таинственно снизил голос Ромка.
– Н-ну? – неопределённо отреагировал тот.
– Я тебе хочу кое-чего рассказать. Я знаю, кто прикончил Седу.
Саня остановился, удивлённо взглянул на него:
– К-кто?
Ромка опасливо оглянулся по сторонам:
– Поклянись, что никому не скажешь.
– Чт-тоб мне п-падлой б-быть! – поклялся Саня.
Для убедительности зацепил ногтём большого пальца передний зуб и щёлкнул.
– Это он и есть, – кивнул Ромка на идущего впереди Артёма. – Шерлок Холмс грёбаный!
– Т-ты от-ткуда знаешь? – недоверчиво скривился Саня.
– Да я там был вчера вечером, – ещё тише произнёс Ромка. – Ну, у Седы.
Саня посмотрел на него с подозрением, не верил ни единому слову.
– Какого хрена т-ты т-там д-делал, Заб-блуда?
– Ты на меня так не смотри! – обозлился тот. – Я, может, с ней договорился, что подгребу вечерком. Ну там, типа, на консультацию. Сам понимаешь…
Он хитро ухмыльнулся, сплюнул.
– В-вечерком? – уточнил Саня.
– Ну да. Слушай дальше. Когда я только к дому подгрёб, увидел, как этот долбаный москвич на «Жигуле» подруливает. Я сразу за дерево. Если б он меня увидел, точно бы тоже замочил. Ещё одно месилово было бы. Верняк!
Саня с сомнением покачал головой:
– У тебя, Заб-блуда, с-совсем к-колпак п-поехал. К-коксанул, что ли, вчера? Под к-колёсами с-сидел, с-скажи честно?
– Да я даже не курил! – возмутился Ромка. – Чего ты наезжаешь! Я тебе говорю, если б я не спрятался, мне бы кранты были!
Саня только пожал плечами, зашагал дальше.
Ромка озадаченно посмотрел ему вслед, потом быстро догнал, пошёл рядом.
– Ну, хорошо, не залупайся, – миролюбиво сказал он. – Может, это просто совпало так… Но тогда, – он снова понизил голос, – только один человек может всё это мочилово устраивать… Ты сам знаешь…
– Ал-лина? – покосился на него Саня.
– Да ты что, Сань, ошизел! Алина не при делах. Сам раскинь мозгой, куда ей, она ж знает, что за ней всё время следят после Дикаря. Нет, тут дела другие, позаковыристей.
– Н-ну? – заинтересованно уставился на него Саня.
Ромка выдержал паузу и потом с гордостью прошептал одно слово:
– Погребной!
– Д-директор? – поразился Саня. – П-пошёл ты!
И, отмахнувшись, зашагал прочь, к автомобильной стоянке, устроенной рядом с кладбищем.
Ромка опять догнал его, горячо затараторил:
– А я тебе говорю, это он. Он Седу на дух не переносил. Уволить её хотел! Я точно знаю, что он её на работу принял, потому что его из области заставили, надавили как следует, а так он ни за что не хотел. Он воще хачиков не переносит! Я тебе говорю, он нас всех ненавидит!
– Т-ты-то не хачик, м-мудак! – бросил Саня.
Его уже стал сильно раздражать разговор с придурком Заблудой. К тому же он заметил, как в нескольких метрах от них Арам Асланян, стоя рядом с Тамарой, ненароком обнял её за талию.
– Вот с-сука! – пробормотал он.
И, уже ни о чём больше не думая, в два прыжка одолел разделявшее их расстояние и одним резким толчком отшвырнул Арама в сторону.
– Ты чего, сбрендил? – заорал возмущённый Арам.
– Д-держись от неё п-п-подальше! – яростно крикнул Саня.
– Ты б-б-больной! – передразнил его Арам. – Тебе лечиться надо!
Это окончательно вывело Саню из себя. Намёков на своё заикание он просто не переносил, никому не прощал.
– Я т-тебе сейчас п-покажу, кто б-больной! – взбеленился он. – Чурка черножоп-пая!
Сжал кулаки и бросился вперёд. Подбежавший Ромка еле успел перехватить его.
– Остынь! – уговаривал он, с трудом удерживая тяжело дышавшего Саню. – Не ищи себе на жопу приключений! Хрен с ним!
– Ты чего, Саня, сбрендил? – вмешалась Тамара. – Совсем офонарел? Ты чего тут распоряжаешься? Ты что, мой хозяин, что ли? Подумаешь, распсиховался здесь! Или, может, тебе Олега мало? Может, вообще это ты его зарезал, а, псих? С тебя станется! Иди сюда, Арам, садись в машину! Пусть он только попробует что-нибудь…
В эту минуту мимо на своём инвалидном кресле проезжал Рудик. С любопытством повернул голову, остановился посмотреть на свару.
Тамара тут же переключилась на него.
– А ты что уставился? – заорала она. – Это вообще не твоё собачье дело! Давай двигай отсюда на своей каталке! Катись, говорю! Весь этот бардак начался, когда ты тут у нас появился, придурок недоделанный!
– А он-то здесь при чём? – усмехнулся Ромка. – Чего ты развыступалась!
– Тебя не спросили! – отрезала Тамара. – Как-нибудь без сопливых обойдусь!
И, не давая Ромке ответить, повернулась к нему спиной.
Он презрительно сплюнул ей вслед, повернулся к Рудику:
– Не бери в голову, понтуется она.
Но тот уже не слушал, сам поспешно катился прочь, к стоянке.
Мать на кладбище не пошла, ждала около рафика. Нервно курила, озабоченно поглядывала в его сторону, тревожилась из-за сына.
На другом краю стоянки Артём распрощался со Светой, сел в «Жигули» и поехал в отделение.
Она тоскливо смотрела ему вслед.
Как только машина скрылась за поворотом, ожил её мобильник. Света неприязненно посмотрела на него, медленно поднесла к уху.
– Аллё! – с опаской сказала она. – Аллё!..
Телефон молчал.