Владимир А. Паутов – Операция «ВОЗМЕЗДИЕ» (страница 11)
*****
Капитан Рейли при попытке поменять позицию был тяжело ранен в бедро. Санинструктор роты делал всё необходимое, что облегчить страдания офицера: обезболивающий укол, тугая повязка. Командир роты находился в сознании, но из-за большой потери крови силы медленно покидали его. Сильно кружилась голова, подташнивало, однако капитан держался, так как понимал, что без него молодые солдаты, впервые оказавшиеся в бою, причём сразу в такой жуткой переделке, могут запаниковать, а страшнее паники на войне ничего нет. С этим явлением командиру роты пришлось столкнуться ещё в Ираке. Поэтому капитан держался и из последних сил и продолжал руководить боем. Взводным он приказал занять круговую оборону и не подпускать противника к дувалам, за которыми укрылись десантники, на бросок гранаты. Сам тем временем по радиостанции он вызывал вертолёты. Но капитан не знал, что вылет задерживается, и задержка эта носит не случайный характер.
Майор Фишер, заместитель начальника разведки дивизии, в этот момент руководил обороной на направлении горного склона, где уже погибли высадившиеся первыми десантники. Именно оттуда сейчас шёл основной натиск противника. Майор подозвал сержанта.
– Макс, останетесь за меня! Я к командиру роты! – коротко бросил он и, прижимаясь к земле, быстро пополз к развалинам хижины, за которым находился раненый командир разведроты.
– Как он? – спросил майор санинструктора.
– Держится! Но необходима срочная эвакуация! Очень большая потеря крови!
Майор взял гарнитуру радиостанции и стал вызывать штаб дивизии. Но это долго не удавалось. Наконец, ему ответили.
– Сэр, – почти кричал в трубку майор, – необходима срочная эвакуация! Мы попали в окружение. Несём большие потери! Тяжело ранен командир роты. Один вертолёт сбит. Другой повреждён! Сесть они не смогли. Вышлите ещё! И обязательно с вертолётами огневой поддержки! Мы погибаем, сэр!
Ему что-то ответили, но майор в шуме боя не расслышал, а потому прокричал: «Я не понял! Повторите!»
Майор приблизительно полминуты внимательно слушал, а потом, нецензурно выругавшись, бросил трубку на землю. Он не стал ничего говорить, удивлённо смотревшего на него радисту и санинструктору. Но ведь не мог же майор пожаловаться младшим по званию, что руководитель операции нёс полную ахинею, из которой он понял, что вертолёты в ближайшее время выслать не смогут, а потому им следует держаться самим и не паниковать, так как помощь в составе батальона с минуты на минуту выйдет из Кандагара.
*****
Время давно перевалило за полдень, а бой в окрестностях кишлака Сийах-Аб ещё продолжался. Американским солдатам ценой больших потерь удалось занять круговую оборону возле спуска в карьер. Они прочно закрепились за дувалом. Бреши, образовавшиеся в нём от прямых попаданий снарядов из гранатомётов, они заложили мешками с опиумом-сырцом, создав довольно крепкую баррикаду.
Ахмад Моманд не мог позволить своим бойцам уничтожить то, что стоило огромные деньги и за что они отвечали головой. Он собрал командиров групп.
– Американцы спрятались за опиумом. Сами понимаете, что, если мы будем продолжать обстреливать их, то потеряем большое количество сырья. Хозяин нас за это в яму с крысами посадит.
– И что делать? Отпустить их? – в разнобой закричали афганцы.
– Отпускать, конечно, не будем! Дождёмся ночи и вырежем их всех! – усмехнулся Моманд.
– А вертолёты? Тут от Кандагара полтора часа полёта, – сказал его помощник и выжидающе посмотрел на своего командира.
– Но ведь до сих пор никакой поддержки им не оказали…. – спокойно ответил Моманд.
– А если… – выкрикнул кто-то из сидевших вокруг него бойцов.
– Никаких если! Понятно? – перебил его Ахмад, – никаких если, – вновь повторил он. – До вечера никто не прилетит и помощи им не будет. Они здесь все сдохнут! – жёстко и уверенно сказал Моманд.
АФГАНИСТАН. ГОРОД КАНДАГАР. МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ – ВОЕННАЯ БАЗА КОАЛИЦИОННЫХ СИЛ СЕКТОРА «ЮГ». 2007 ГОД. ВТОРАЯ ПОЛОВИНА МАЯ.
.
*****
Из Кандагара на трассу, ведущую в международный аэропорт, на котором с 2002 года дислоцировались части американских и английских войск, выехала колонна из трёх чёрных внедорожников. Оказавшись за пределами города, они тут же снизили скорость. Изрытое и побитое гусеницами тяжёлых бронированных машин и искорёженное взрывами заложенных фугасов, когда-то идеальное асфальтовое покрытие сейчас представляло собой жалкое зрелище.
Водители джипов были настоящими асами вождения в экстремальных условиях. Они мастерски объезжали все ямы, рытвины, колдобины и воронки, которыми изобиловало полотно дороги. Вообще любой выезд за пределы города был сопряжён с огромным риском и трудностями. На пути к аэропорту колонна спокойно могла попасть в засаду и быть обстрелянной из автоматов, пулемётов, гранатомётов или подорваться на фугасе. Кандагар во все времена и при любой власти снискал себе славу своей непокорностью, бунтарством, мятежностью, оппозиционностью. Он жил собственными законами, основанных на принципах «пуштунвали» – этого не писаного свода правил, философии и кодекса чести пуштунских племен. Здесь всегда было много недовольных. Вот и сейчас война в провинции шла постоянно. Воевали все против всех и между всеми. Боестолкновения были между сторонниками движения «Талибан» и органами местной власти, между наркоторговцами и государственной службой безопасности, между американскими войсками и объединёнными отрядами талибов и бывших моджахедов, между враждующими друг с другом группировками наркоторговцев, между отрядами пуштунских племён, контролирующих контрабанду. Война давно стала образом жизни и средством выживания для подавляющей части населения провинции. А потому мины всякие и разные: пехотные и противотанковые, самодельные взрывные устройства чуть ли не каждую ночь в большом количестве устанавливали вдоль дорог абсолютно все враждующие стороны. Сама сложившаяся в провинции обстановка вынуждала водителей быть предельно осторожными, но она же требовала не забывать о том, что двигаться следовало так же максимально быстро.
Расстояние в тридцать километров джипы покрыли менее чем за двадцать минут и затормозили возле укреплённого бетонными блоками и огороженного колючей проволокой контрольно-пропускного пункта американской военной базы. Из бойниц в бетонной стене сразу же, как только внедорожники остановились, показались стволы армейских автоматических винтовок. Всех прибывших в автомобилях тут же взяли на прицел американские десантники, охранявшие военную базу.
Прошло несколько минут, прежде чем из бетонного укрытия показался дежурный сержант и направился к джипу, стоявшему в голове колонны. Он приближался медленно, даже с некоторой осторожностью, держа палец на спусковом крючке своей автоматической винтовки. Сержант остановился в метре от первого внедорожника и замер в ожидании. Ждать долго не пришлось. Стёкла со стороны водителя и пассажиров почти одновременно опустились. Американский десантник сделал шаг вперёд и внимательно посмотрел на пассажиров внедорожника. Внутри джипа находилось пять человек. У всех были чёрные густые бороды. Их тёмно-карие глаза смотрели сурово и настороженно. На коленях лежали автоматы советского производства с укороченными стволами. Афганцы были одеты по-европейски. Сержант поочерёдно подошёл к двум другим джипам. В каждом из них так же было по пять человек. Тогда американец отошёл от джипов на несколько метров и громко спросил: «Кто из вас Абдольхамид Мохаммадзай?» Из джипа, стоявшего в середине колонны, раздался ответ на английском: «Я!»
– Хорошо! Пусть все выйдут из машины, а Вы останьтесь! – приказал сержант.
Однако никто не торопился выполнять его команду.
– Господин Мохаммадзай, прикажите своим людям покинуть джип! Я сам отвезу Вас к полковнику! – вновь приказал сержант. На этот раз человек во втором автомобиле, сидевший рядом с шофёром, что-то коротко сказал своим людям, после чего они моментально покинули салон джипа. Сержант подошёл к машине и сел на место водителя. Он дал сигнал и, резко вывернув руль, лихо объехал стоявший впереди автомобиль. Внедорожники, оставшиеся на площадке, рванулись следом и сделали попытку прорваться, но были мгновенно остановлены американскими солдатами. Как только автомобиль с сержантом за рулём оказался на территории военной базы, проезд тут же оказался перекрытым поднявшимся металлическим препятствием наподобие устройства на железнодорожном переезде. Видимо, охранники прибывшего афганца не ожидали такой негостеприимной встречи. Они тут же выскочили из машин, начали что-то громко кричать и грозно размахивать автоматами.