Владик Разящий – Князь Хаоса (страница 37)

Двуцветная муть перед глазами вновь забурлила намного сильнее и, как и раньше, через несколько мгновений опять вернулась к своему обыденному ритму.

— И что это? Своеобразный смех над тем, кто пытается понять необъятное? Это явно не просто обычное совпадение, нет, в такое я не поверю. И эта появившаяся табуретка — на что она намекает? Ты, мол, позволяешь сидеть в своем присутствии?

Странно было бы ожидать ответа от Хаоса, который, вопреки всей мифологии и верований, имеет второе имя: «Равновесие», как бы парадоксально это не звучало.

Ладно, раз мне сюда тыкнули этот стульчик, то почему бы и не посидеть на нем?

Аккуратно примерился и начал опускаться на него, не выбрасывая из головы тот факт, что я стал чуть ли не на несколько порядков тяжелее. Вот веселье-то какое будет — Князь Хаоса сломал стульчик в обители своего… повелителя?

Нет, вы посмотрите-ка, она даже не скрипнула. Намного крепче, чем кажется на первый взгляд. Да и на второй, как и на третий…

Меланхолично уставился вперед, откинувшись спиной на прохладную стену, которая не позволяла мне упасть. Явно до удобного кресла я ещё не дорос. Ничего, буду надеяться, что все ещё впереди.

Как-то неожиданно для самого себя меня сморило и начало клонить в сон. Некоторое время я с трудом сопротивлялся накатывающим волнам усталости, которая заставляла опускать мне веки, с бешеным усилием поднимая их. Эдак можно и «Пикник» звать, чтобы они этим занимались.

— Поднимите им веки… — прошептал я с закрытыми глазами, даже не меняя слово «им» на «мне», после чего провалился в темноту…

…И вынырнул из неё будто бы моментально.

Единственное, что намекало на сон — время в верхнем правом углу зрения. Неотъемлемо отсчитывающие время часы сообщили, что я отсутствовал около трех часов.

— Время… Насколько оно сейчас имеет смысл? — блин, на какие-то философские мысли потянуло. Но, если поддаться им, то почему бы не уделить несколько минут на эту тему?

— Что я сам слышал о времени раньше? До того момента, пока мы, внезапно, стали чуть ли не бессмертными? — попытался вспомнить я все моменты, связанные с этим вопросом.

Слова знакомых о том, как они убивают свое время, проводя его за ничего не значащими делами? Сутками, неделями и годами тратя его на посиделки за телефонами и компьютерами?

А ведь сколько раз меня самого спрашивали те же родители, мол, не буду ли я в будущем сожалеть о подобном?

Как сложно было объяснить им то, что даёт тогда ещё современный мир новому поколению, которое не боится новых технологий. Созвониться по скайпу или редколу с человеком, который находится на другом конце земного шара? Без проблем. Обсудить на ломаном английском с бразильцем или австралийцем преимущества той или иной футбольной команды, за которую вы вместе болеете? Легко!

А сколько я знаю случаев, когда люди находили себе пару во всяких онлайн-играх ещё до изобретения всяких тиндеров и инстаграмов?

И как описать то, что мы получили на данный момент? Фразой, которую когда-то подчерпнул из одного великолепного текста: «Впереди бесконечность времени, помноженное на бесконечность возможностей!»?

Хорошая фраза, красивая. Как теперь измененный мир ляжет на Хроноса? Как отразится этот момент на некогда одном из могущественных созданий? А Смерть? Если пропустить моменты с обнулением уровней, то мы, фактически, стали бессмертными!

— А тут можно курить? — мне как-то захотелось вытянуть очередного ракового солдатика и предаться размышлениям пуская дым из носа. Может и глупости, но помогает сосредоточиться.

На этот раз туман никак не отреагировал.

— Не, согласен, глупый вопрос. Пойду-ка я отсюда, а то скоро совсем на философские темы потянет, — решил я и твердым шагом уверенного в себе существа покинул зал Хаоса, практически моментально оказавшись снаружи.

— Услышали то, что хотели? — спросил меня тут же оказавшийся рядом послушник. Он спит вообще? Чего бродить тут и напрягать добросовестных людей своим резким появлением.

— Кто знает, чего именно он хотел услышать, — с высокопарным видом впарил излишне любопытному существу какую-то ересь, которой самое место в пацанских цитатниках многочисленных социальных сетей, после чего направился к выходу из аллеи Храма, где даже с такого расстояния видел собравшуюся кучу народа…

«Блин, я меньше всего хотел сейчас общаться с вами», мысленно скривился я при виде огромного скопления гвардейцев вокруг нескольких людей, в одном из которых я признал Первого Советника императора.

Неужели они приняли мое появление тут за некий сигнал к переговорам?

«А как они ещё могли решить, дубина? Когда ты появляешься в центре столице Империи и, как ни в чем не бывало, проходишь к храму? Словно не твоя вина в том, что полностью сгорел императорский дворец!», что-то сказало внутри моей черепушки.

«Совесть, это ты? С чего ты проснуться решила? Я думал, что ещё во времена студенчества тебя сменял на пару бутылок для догона… Брысь отсюда!», прогнал мешающую мне фигню, от которой, поверьте, одни лишь проблемы.

— Добрый день, Князь… — вышел вперед Первый Советник.

— На этот раз тоже не решились обойтись без силового конвоя? — довольно невежливо перебил его я.

Нет, вся моя учтивость осталась где-то там, пропав на пороге приемной императора после попытки забрать то, что по праву моё.

Эта гадкая фигня, которую я сейчас засунул куда подальше, пыталась продавить меня со словами, что они мне сильно помогли, укрепили Княжество, которое без этого развалилось бы…

Фиг вам, ребята. Я этого просил? Совершенно точно — нет. Это целиком и полностью была идея Ломекса. Начиная с создания Имперского клана, заканчивая его помощью в становлении Княжества. И его слова о том, что личное время безумно занятого Императора пойдет в смету, тоже остались в моей совершенной памяти. Вы хотели приобрести ценный актив, с помощью которого можно потом давить на того, кто имеет все шансы собрать этот сет, вы это и сделали. А вот то, что оказать хоть какое-то влияние из-за этого не получилось — целиком и полностью ваш просчет. Ну и, естественно, класс Мируза и его когорты экономистов и финансистов вкупе с аналитиками, которые и позволили этому чуду свершиться.

Вообще, на что они рассчитывают, нагнав сюда этих гвардейцев? В прошлый раз я с легкостью прошел мимо Ломекса и Первого Советника, которые будут намного сильнее целой дивизии пятисотуровневых воинов и магов, окружающих сейчас место нашей беседы.

— Ты что, простая условность, продиктованная необходимостью соблюдать некие ритуалы. Ну не может правитель такой страны выйти в люди без особого прикрытия, вот и приходится Императору набирать такой своеобразный почетный конвой. Так что, поверь, это никак не связано с тобой, — обезоруживающе улыбнулся Первый Советник, с легкостью перейдя на «ты» после моего демарша.

— И что же он не вышел сюда, а скрывается за тобой?

— Опять же — ритуал, который не позволяет ему начать беседу первым с тем, кто может нагрубить и опустить рейтинг, подорвав уважение к верховному правителю, — объяснил мне Первый Советник, так выговаривая слова, будто рассказывал все это глупому младенцу.

Очень интересно, однако. Император настолько печется о своем рейтинге, хотя имеет чуть ли не абсолютную власть? Неужели что-то подобное способно снизить уважение к тому, кто пользуется всеобщей любовью у своих поданных?

Или не пользуется? Очередной, блин, минус моих подобных похождений, пока я носился туда-сюда в поисках очередной части сета. Каким образом я мог узнать, как имперцы относятся к своему правителю, если ни одна из частей сета, помимо шлема, который я получил ещё на второй или третьей неделе своего пребывания тут, не приводила меня в саму Империю?

И не посчитайте это за отговорки. Помимо того небольшого списка срочных дел, который я составил вчера, у меня три исписанных ежедневника с идеями по усовершенствованию или внедрению чего-то нового или необычного. Как-то не нашел я возможности и лишней секунды на то, чтобы выйти в поле, подойти к уставшим косцам и заинтересованным голосом спросить: «Ребят, ну че, как вам Император? Хороший мужик?»

Очень интересно, что бы они ответили на такой вопрос как от Имперского князя, так и от какого-то бездельника низкого уровня. Если первого опасались бы трогать, даже будучи намного сильнее, то второго запросто и поколотить могли, приняв за шпиона.

— Да, настолько сложно императорское поприще, — несколько неверно истолковал мое молчание Первый Советник. Что, тяжелее стало читать мои эмоции по лицу после трансформации тела?

— И о чем же хотел поговорить Его Императорское Величество?

— Как же о чем? О компенсации за разрушенное тобой здание, которое, помимо того, что было его резиденцией, так ещё и являлось ценным образцом строительства, внесенный в список исторических достопримечательностей. Он же построен был около пяти тысяч лет назад! Представляешь, что ты уничтожил? — такое впечатление, что Советник едва-едва сдержался от того, чтобы не заявить, что само ЮНЕСКО внесло этот дворец в свой список, добавив его в качестве восьмого чуда света.

— А… Если так — отправьте смету моему секретарю. Её обязательно рассмотрят как самые грамотные прорабы, так и изучат адвокаты. Учитывая, что все действия записываются в логах — я уверен, что мы сможем переквалифицировать дело в самооборону. Знаете, какое бешеное моральное и физическое истощение я получил из-за ваших действий? Уверен, что стоимость психологов, которые мне нужны, и лечения от депрессии, вызванной вашими словами, перебьет цену за ремонт дворца в несколько раз. Я, знаете ли, весьма щепетильный в тех вопросах, которые касаются моего здоровья… — Остапа, как следует из всем известной поговорки, понесло. А что? У меня как раз прадед из Одессы, вот и первый вариант имени, на которое можно сменить своего «Агриэля». Таки да…