Влада Зайцева – Трехсекундная зона (страница 4)

Эвелина нахмурилась и, собрав всю свою волю в кулак, решительно взяла мяч. Она без труда отправила его в корзину и отошла к трехочковой линии. Прикрыв один глаз, снова бросила.

– И-и-и-и… в кольцо! – радостно вскрикнул Руслан.

– Круто, Эви! – громко похвалила я, похлопав Эвелину по спине.

Игра становилась все напряженнее, броски все точнее. Мы дошли до тридцати двух очков, и Руслан с трудом сдерживал восторг, будто наблюдал финал Олимпийских игр.

Нога начала поднывать, напоминая мне, что она еще не восстановилась. Я отошла за дугу, замерла на секунду, представляя в голове, как совершаю бросок, и отправила мяч в кольцо.

– Чистая победа! – подбежав ко мне, Руслан крепко обнял меня и поцеловал в щеку. – Жаль, что без штрафных очков, – шепнул он мне на ухо и поцеловал в мочку.

От такой неожиданности я опешила и не сразу нашла, что ответить, а когда мысль пришла в голову, Руслан уже отстранился.

– Систер, ты держалась молодцом!

– Еще бы! – ответила Эвелина, смущенно улыбаясь. – В следующий раз я тебя обыграю!

– Не сомневаюсь, мелкая, – рассмеялась я, притягивая в объятия Эвелину.

– Думаю, мы все заслужили пиццу – и не одну, – к нам подошла Анна Кирилловна, – пойду закажу, а вы пока приведите себя в порядок.

Мы переглянулись. Несмотря на не очень активную игру, Эви была краснющей и лохматой. Уверена, что я выглядела так же. Нам точно необходимы душ и сменная одежда.

– Улыбочку! – крикнул Рус, и мы обе обернулись.

Вспышка ослепила нас.

– Отличное фото на память и для одноклассников Эвелины, – подмигнул Руслан и помахал телефоном перед лицом сестры.

Она бросилась на него, и двор наполнился смехом и криками. Пока Рус и Эви бегали друг за дружкой, как Том и Джерри, ко мне подошел Николай Максимович.

– Ты молодец! – с теплотой произнес он, провожая меня в дом. – Эви здесь одиноко. Жить за городом, конечно, большой плюс – природа и своя территория, но, к сожалению, городских друзей сюда не отпускают. А когда приезжаешь ты, Эви светится от счастья. Спасибо тебе, – он погладил меня по спине и направился на кухню к жене, оставляя меня наедине с мыслями.

Я люблю эту семью.

Глава 3. Руслан

– На дворе середина лета, а ты заставляешь меня тащиться на баскетбольную площадку, – протестовал я. – Мы провели большую часть года с мячом в руках, и последний месяц лета ты хочешь потратить на этот же мяч? – Я развернулся, чтобы посмотреть на Снежку, и меня встретили два черных жалобных омута.

– Ну люби-и-имый, – протянула моя девушка и надула губки.

– Так нечестно! – буркнул я, пораженно откинувшись на водительском кресле.

– Я месяц ждала, когда сниму эту отвратительную штуку, – она покрутила на указательном пальце бандаж, и тот на последнем круге слетел, минуя задний ряд, и приземлился где-то в багажнике. – Туда его! – радостно завопила Снежинка.

Признаться честно, я каждый раз удивляюсь этой девушке, точнее, ее разнообразию эмоций. Ну просто невозможно испытывать столько всего за короткий промежуток времени. Секунду назад она грустила из-за пятна на кроссовке, а теперь радуется выброшенному бандажу, как ребенок подарку на Новый год.

– Ты королева, – вскользь бросил я, выворачивая руль и смотря в зеркало заднего вида.

Тишина… Слишком долго для этой машины. Я повернулся к Снежане и увидел на ее лице немой вопрос вперемешку со смущением. Внезапно по салону разлетелся неприятный звук пищания парктроника, сигнализирующий о приближении к объекту. Я вернул взгляд к зеркалу, чтобы закончить парковку.

– Почему королева? – тихонько спросила моя Снежинка.

Заглушив двигатель, я отстегнул ремень и повернулся к ней. Легкий румянец еще присутствовал на ее щеках, и я провел по ним большим пальцем, стараясь задержать его на мгновение. Она прильнула к моей руке как кошка, и я громко выдохнул. До Снежаны у меня были девушки, и ко многим я испытывал симпатию, но то, что пробуждала во мне Рыжова, было для меня неизведанным. И это не было похоже на животную похоть или желание обладать, то есть они, конечно, были, но это не то чувство. Мне хотелось ее беречь. Как берегут редкие цветы в Красной книге. Уверен, Леон[4] бы сейчас ляпнул что-то наподобие: «Рус, ну ты и раскис!» И я бы ответил: «Отвянь, Дон Жуан. Сам не лучше!» Мы бы оба посмеялись и признались, что влипли в любовь по самые уши.

– Ты Снежная королева. Моя Снежная королева. Иначе я не понимаю, как я повинуюсь всем твоим приказам, – улыбнулся я и с нежностью провел большим пальцем по нижней губе Снежинки.

Она приоткрыла рот, и по коже пробежал теплый ветерок. Но в следующее мгновение она слегка прикусила мой палец, хитро улыбаясь, а я в очередной раз поразился молниеносной смене ее эмоций. Не девушка, а ураган, честное слово.

– Так, и что ты хочешь от меня? – упершись руками в колени, я в полусогнутом состоянии ловил воздух ртом.

Только что мы пробежали три километра, и нет, это была не вся тренировка, а только, блин, разминка. Я уже готов снять трусы и махать ими как белым флагом, надеясь на помилование.

– Немного потянемся и сделаем пару парных связок, – бодро ответила Снежинка, и на ее лице не было ни малейшего намека на усталость.

– Можно-я-просто-посижу? – страдальчески протянул я и упал задницей прямо на резиновую дорожку.

– Мне нужно тренироваться, чтобы привести себя в форму к сентябрю! – Не взглянув на меня, Снежа начала тянуться возле железной шведской стенки.

– У тебя прекрасные формы!

Она обернулась и метнула в меня убийственный взгляд.

– Что?! – вскинув руки, истерично выкрикнул я.

– Это не смешно!

– А я и не смеюсь. У тебя отличная форма, и то, что ты провела две недели с лангеткой и неделю с бандажом, никак не отразилось на тебе. – Я подскочил на ноги и, отряхнувшись, подошел к своей девушке, нежно притянув ее за талию. – Ты отпахала весь сезон от и до, и то, что ты получила травму, не делает тебя отстающей. – Спрятав за ухо выбившуюся прядь волос, я взглянул Снежинке в глаза, пытаясь донести свою мысль. – Поправь меня, если я не прав. Все девчонки отдыхают, и даже Наталья Михайловна вместе с Никитой Сергеевичем укатили на Шри-Ланку. Потому что вы все отработали крутейший сезон. Милая, пора отдохнуть. Даже твой организм просит пощады.

– Но Женька… – начала Снежа, но я ее перебил.

– У Жени и Леона другие обстоятельства. Уверен, они мечтают об отдыхе и воплотят свои планы, когда вернутся обратно.

Снежинка несколько раз открывала и закрывала рот, явно придумывая, как возразить. На мгновение она задержала дыхание и так долго всматривалась в мои глаза, что мне захотелось ее встряхнуть. Я видел, словно через рентген, как крутятся ее шестеренки в голове, пытаясь уступить мне. С самого начала нашего знакомства я осознал, что она сильная и упрямая. Это снаружи она выглядит как ангелочек, внутри – настоящий Сатана, который никогда не сдастся и тысячу раз взвесит все «за» и «против», прежде чем согласиться с чужим мнением.

Выйдя из транса, Снежа прильнула ко мне, крепко обнимая за плечи.

– Ты прав… Но мне надо быть еще лучше, – тихонько произнесла она, будто не хотела, чтобы я услышал.

– Ты и так лучшая, – поглаживая ее спину, я пытался понять, кто заставил ее сомневаться в себе. – Если ты забыла, то именно ты забрала награду за количество результативных передач в этом сезоне. Не представляешь, как я гордился тобой, когда ты вышла получать приз.

– Попрыгала, если быть точнее. Я была кривым кузнечиком, – усмехнулась она мне в плечо.

– Тогда самый красивый на свете кузнечик, – отстранившись, я поцеловал ее в нос, и она мило сморщилась.

– Мне повезло с тобой, – с нежностью произнесла Снежа и поцеловала меня в губы.

Моя усталость моментально улетучилась, и я углубил поцелуй, раскрывая ее губы языком. Я стянул с ее волос резинку и зарылся в них пальцами. Запах пиона окутал меня, и мне захотелось съесть мою девочку. Я слегка прикусил губу Снежаны, и она издала еле слышимый стон, который сорвал мои ограничители. Мои руки на автомате сползли на ее бедра. Схватив их, я усадил Снежану на торс. Она обняла ногами мою талию, уничтожая крошечные сантиметры между нами.

– Милая, – нехотя отстранился я, жадно хватая ртом воздух. – Я тебя очень хочу, но давай отложим нашу страсть до дома, а то порнушка на спортивной площадке жилого комплекса – не самая лучшая идея. По-моему, у той бабули, – указал взглядом на пожилую даму, сидящую на скамейке за металлической стенкой баскетбольной площадки, – сейчас инфаркт случится от увиденного.

Снежинка хихикнула и слезла с меня, поправляя задравшуюся майку. Я помог ей собрать инвентарь, и мы направились к машине, все еще мечтая продолжить то, что начали на баскетбольной площадке. И это я не про тренировку.

– Если мы не будем тренироваться, тогда надо придумать, чем мы будем заниматься оставшееся лето. И еще, не смей меня откармливать, иначе аскеза закончится.

– Ничего не могу обещать. – Я притянул к себе Снежу и оставил на ее щеке сладкий поцелуй. – Это одно из моих любимых занятий – смотреть, как ты мило ешь. – Снежана ткнула меня пальцем в ребро, и я согнулся пополам от щекотки.

– Обычно я ем!

– Очень даже необычно. Особенно фрукты. Сначала ты их рассматриваешь, потом долго нюхаешь и только потом кусаешь, причем делаешь такой маленький укус, как котенок, – показываю маленькое расстояние пальцами. – Это чертовски мило.