Влада Ольховская – Диагноз доктора Холмса (страница 19)
Поэтому нужный ордер она получила еще утром и не стала медлить. Она наблюдала за Дмитрием, но не подходила к нему открыто. Это было несложно: Аграновский весь день был чем-то занят, а иначе он очень удивился бы, увидев следовательницу неподалеку от своего кабинета.
Он засобирался уходить рано, еще до обеда. Он спешил, Инга видела это, и заметно волновался. Она последовала за ним, уже чувствуя, что ей повезет, и не ошиблась: он встречался в городе со своим братом и той девицей, Анной Солари.
Идеально.
Они собрались в кафе и что-то обсуждали, но Инга не позволила им закончить этот разговор. Она вызвала подкрепление и вошла в зал в сопровождении двух патрульных. Их, конечно же, заметили все, но на остальных посетителей следовательница просто не обращала внимания, она остановилась у столика братьев Аграновских.
— Анна, вам придется проехать с нами, вы задержаны, — спокойно объявила она.
— По поводу? — удивилась Анна.
— Что происходит? — нахмурился Леонид Аграновский.
Дмитрий ничего не сказал, но смотрел на Ингу так, будто сомневался: не мерещится ли ему все это?
— По подозрению в убийстве Сони Селивановой, — все так же невозмутимо ответила Инга. Она старалась не показывать то удовольствие, которое доставляла ей эта маленькая победа.
— Вы серьезно?
— Вполне.
— Да это же полный бред! — возмутился Леонид.
— Что вы делаете? — наконец сумел произнести Дмитрий. — В этом же нет смысла!
— В том, что она якобы случайно нашла труп, нет смысла. Никто не нашел — а она нашла, чудо просто! Нет, слишком уж это подозрительно. Да и потом, я просмотрела предыдущее уголовное дело, с которым она была связана, и там подозреваемый погиб!
— Я там вообще-то тоже был, — напомнил Леонид.
— Но вы были серьезно ранены, а она почти не пострадала! Все это я считаю достаточными основаниями для задержания.
Пока Инга была совсем не уверена в том, что Анна связана с этими убийствами. Но ведь нет доказательств, что она не связана, все нужно проверять! По большому счету для этого не нужна была такая кардинальная мера, как арест, вот только…
Инге хотелось наказать всю эту компашку. Проучить их, заставить запомнить раз и навсегда, что нельзя действовать за ее спиной. Хотят помочь следствию? Пожалуйста, пусть приходят и пишут заявление, дают показания, а не играют в детективов!
Кое-что у нее получалось, она видела, что Дмитрий зол, а Леонид и вовсе готов ее убить. Еще бы! Она сразу заметила, что между ним и этой девицей какая-то связь. То, как Леонид рвался защитить ее, подтверждало ее теорию и делало победу слаще.
Но к этой сладости примешивалась и нотка горечи: она видела, что сама Анна Солари осталась невозмутимо спокойна. Она свободно откинулась на спинку кресла и наблюдала за Ингой так, будто она была директрисой школы, а следовательница перед ней — проштрафившейся ученицей.
— Вы совершаете ошибку, — заявила Анна без тени недовольства. — Причем очень большую. Отступите, пока еще не слишком поздно.
— Вы что, угрожаете мне?! — вспыхнула Инга.
— Боже упаси. Я просто указываю, что ваше время — безусловно, ценное, — можно потратить на нечто гораздо более полезное, чем мое задержание. Вы хороший следователь, Инга, но такими импульсивными поступками вы можете навредить себе.
— Так и запишем: пыталась давить на полицейского при исполнении, — злорадно улыбнулась Инга.
— Как вам будет угодно. Я сказала все, что должна была.
От ее ровного, миролюбивого тона Инге даже стало не по себе, но она быстро опомнилась. Какой преступник признает, что он преступник?
Да и потом, неизвестно, кто именно добыл информацию о ее прошлом, упомянутую Дмитрием. Инга тогда была так шокирована, что не запомнила толком, что он сказал. Но наверняка он упомянул важные детали! На допросе она собиралась выяснить, откуда это могло быть ему известно. Или, может, сведения поступили как раз от Анны?
Чувствовалось, что Леонид готов хоть драться за свою эту девицу, если придется, но Анна не позволила ему. Она мягко опустила руку поверх его руки и что-то прошептала ему на ухо. Он все еще был зол, но быстро кивнул, продолжая испепелять Ингу взглядом.
Повторять требование не пришлось, Анна поднялась сама. Ее улыбка была улыбкой Моны Лизы, ее взгляд — взглядом ядовитой гадюки. Разве не могла она быть убийцей? Конечно, могла! Инга еще раз напомнила, что делает это в первую очередь ради справедливости, а потом уже для того, чтобы намекнуть Дмитрию: с ней связываться опасно, так что нечего совать нос в ее дела!
Леонид рвался сопровождать ее, но Инга не позволила. Анна ехала в машине с патрульными, на заднем сиденье, как и полагалось задержанной. Так она даже туда умудрилась залезть с лицом царицы! Инга отправилась следом на своей машине, продумывая все вопросы, которые ей предстояло задать этой психопатке.
Они добрались до участка, Анна все так же шла первой. Инге хотелось надеть на нее наручники, чтобы показать ей ее истинное место, но следовательница понимала, что это будет совсем уж непрофессионально. Да и потом, братьев Аграновских здесь не было, а без них эффект получался уже не тот.
Они вместе вошли в участок — и уже с этого момента что-то пошло не так, потому что у окошка дежурного их встречал начальник следственного отдела, непосредственный руководитель Инги. Покрасневший от гнева, возмущенный настолько, что ему едва удавалось сдерживаться, он попытался улыбнуться, но улыбка эта больше напоминала трещину на спелой тыкве.
— Анна, здравствуйте, приносим свои извинения, произошла большая ошибка! — быстро, словно боясь не успеть, сказал он. — Вы, конечно же, свободны, и мне очень жаль…
— Я не в обиде, — заверила его Анна. — Я сразу подумала, что это какая-то ошибка.
— Жаль ваше время…
— У меня его много. Правда, я смею надеяться, что это больше не повторится.
— Не повторится, под мою ответственность!
Инга глазам своим поверить не могла, она была поражена даже больше, чем братья Аграновские при задержании. Она всегда уважала своего начальника — в первую очередь за то, что его нельзя было подкупить или запугать. Она даже восхищалась им за это! Но теперь он вел себя как раз так, будто его подкупили или запугали.
Удивление оказалось настолько велико, что Инга и слова не сказала, когда Анна вышла за дверь. А вот начальник отмалчиваться не стал:
— В мой кабинет, живо!
Она и сама была не прочь с ним поговорить! Инга даже позабыла, из-за чего именно она решила задержать Анну и какую роль в этом сыграл Дмитрий Аграновский. Ее душил праведный гнев: что за привилегии такие?
Когда они вошли в кабинет, она заговорила первой:
— Валерий Семенович, послушайте, я…
Но он прервал ее, ударив по столу с такой силой, что на пол посыпались папки с документами.
— Молчать! — рявкнул он, ни на кого никогда не повышавший голос. — От тебя я такого не ожидал.
— Но у меня было позволение…
— Лишь потому, что я привык доверять тебе, я не думал, что ты способна на такую глупость, Инга! Ты задержала совсем не того человека, да еще и по причине, высосанной из пальца, вот что хуже всего!
— У меня есть основания полагать, что она может быть причастна к убийству! И даже двум.
— Основания у тебя, может, и есть — причин нет. Нет ни одного доказательства ее вины, даже косвенного. Инга, ты из всех людей… — Он чуть успокоился, устало прикрыл глаза. — Ладно. Что сделано, то сделано. Я и сам не люблю таких людей, как она, —
Только теперь Инга поняла, почему Анна не стала спорить с ней сразу, почему позволила братьям Аграновским возмущаться. Пока Дмитрий и Леонид отвлекали внимание на себя, она успела отправить кому-то сообщение, она все время держала телефон в руках.
Но что это за связи такие, способные довести обычно невозмутимого начальника следственного отдела чуть ли не до истерики?
— Что теперь будет? — тихо спросила Инга.
— Пока не знаю, все зависит от нее. Но ты изрядно подпортила себе жизнь, если она тебе не нравится.
— В смысле?
— Теперь тебе нужно делать все, чтобы она не стала жаловаться. А это значит, что, если она у тебя спросит что-то об этом деле, ты ответишь, даже если тебе не хочется отвечать.
— Но это же неправильно! Кто она такая, чтобы лезть в расследование?
— А вот это тебя не касается. Инга, все очень просто: либо ты радуешь вниманием Анну Солари, либо прощаешься с работой. Только так — теперь, когда ты разворошила осиное гнездо.
И, глядя ему в глаза, Инга была вынуждена признать, что он не шутит.
Глава 6. Бенджамин Питзел
Предложение проверить тех, кто покупал в кинотеатре попкорн, оказалось неожиданно удачным. Анна и сама такого не ожидала, да она и сейчас не спешила с выводами. Просто один случай оказался настолько странным, что без труда насторожил полицию.
Молодой человек лет тридцати подошел к стойке с попкорном еще до того, как кинотеатр открыли для посетителей. Продавца там в такое время, естественно, не было, как не было и попкорна — сам аппарат не работал. Но мужчина и не нуждался в нем, он забрал с собой несколько больших картонных ведер и ушел.
В незнакомце без труда опознали Илью Закревского — сына одного из владельцев развлекательного комплекса. Так что обвинение в краже ведер для попкорна ему не грозило, если бы такое обвинение вообще когда-либо было предъявлено в истории сыска. У Ильи были ключи от развлекательного комплекса, он мог находиться где угодно, но именно в этот день его поступок казался подозрительным.