Влада Ночь – Без тормозов (страница 2)
— Надеюсь, что понял, — лорд Валериан окинул меня ледяным взглядом, задержавшись на моем левом предплечье, где под тканью куртки скрывалось тату с волчьей пастью — мой первый, выжженный святой золой бунт против его воли. — Смой с себя этот уличный запах. Ты представитель высшего вида, веди себя соответственно.
Когда он покинул гостиную, я с силой швырнул тяжелый хрустальный стакан в стену. Он разлетелся на тысячи сверкающих осколков, а темно-красная жидкость поползла по дорогому мрамору.
Высший вид. Стерильные, расчетливые мертвецы, запертые в своих золотых клетках.
Я подошел к окну и посмотрел вниз, туда, где глубоко под небоскребами змеилась темная полоса эстакады «Ночной петли». Там, внизу, была грязь, опасность и рев моторов. Там была жизнь. И там была волчица, которая посмела оскалить на меня зубы.
Я медленно провел ладонью по лицу, чувствуя безупречную, мертвую гладкость кожи.
Союз с Элизабет?
Семья думает, что сломала меня и заставит подчиниться. Но они забыли, что скорость не прощает чужих правил.
Я вернусь на ту трассу в следующую пятницу и заставлю одну дикую девчонку рычать от совсем других чувств.
Глава 3. Политический разнос
— Ты позоришь мою кровь, Роксана! Позоришь имя Альфы!
Рев отца заставил задрожать массивные дубовые двери в его кабинете. В воздухе мастерской, расположенной этажом ниже, испуганно смолкли звуки гаечных ключей. Папа стоял за своим столом, тяжело опершись на него огромными кулаками. Его глаза уже не были человеческими — они горели яростным, первобытным золотом, а из-под верхней губы показались острые клыки. От него волнами исходила подавляющая магия вожака, заставляя любого слабого оборотня поджать хвост и рухнуть на колени.
Но я не рухнула. Я лишь плотнее скрестила руки на груди, упрямо вскинув подбородок. Мой собственный внутренний зверь глухо огрызался, отказываясь прогибаться под чужую волю.
— Я просто гоняла на байке, отец, — процедила я сквозь зубы. — Моя скорость приносит стае деньги. Или тебе напомнить, какой куш я сорвала на прошлой неделе в доках?
— Мне плевать на эти гроши! — отец резко выпрямился, и его фигура показалась огромной в полумраке комнаты. — Ты дочь вожака. Наша стая контролирует все склады и причалы в округе, пока эти изнеженные кровососы из верхнего города пытаются отжать у нас бизнес. Грядет война за территории, Рокси! А ты вместо тренировок с бойцами рискуешь шеей на нелегальных эстакадах среди отребья и полукровок!
При упоминании кровососов у меня перед глазами мгновенно вспыхнуло безупречное, холодное лицо Кристиана. Его насмешливые льдисто-серые глаза и то, как его бледная ладонь лениво лежала на руле бесшумного «Стикса». От одного этого воспоминания серебряная татуировка на моей спине отозвалась резким, тянущим зудом. Серебро под кожей нагрелось, заставляя меня незаметно повести плечами под косухой.
— Я сама решаю, где мне быть, — тихо, но отчетливо произнесла я.
— Больше нет, — в разговор вмешался третий голос, от которого меня передернуло.
Из тени у окна вышел Брэд. Мощный, широкоплечий бета-волк с самодовольной ухмылкой на лице. От него пахло сырым мясом, дешевым одеколоном и агрессивным желанием доминировать. Моего зверя тошнило от одного его присутствия.
— Твой отец прав, Рокси, — Брэд подошел ближе, бесцеремонно опустив свою тяжелую, горячую ладонь мне на плечо. Я тут же дернулась в сторону, сбрасывая его руку, но он лишь рассмеялся. — Пора завязывать с детскими бунтами. Скоро ты станешь моей парой, и мне не нужна самка, которая шляется по ночам по грязным притонам.
— Я скорее перегрызу тебе горло, Брэд, чем пущу в свою постель, — выплюнула я, чувствуя, как ногти на моих пальцах непроизвольно удлиняются, превращаясь в острые когти.
— Хватит! — отец с силой ударил кулаком по столу, раскалывая толстую древесину. — Дело решено, Роксана. Союз нашей крови с линией Брэда укрепит границы стаи. Через месяц состоится ритуал слияния. А до тех пор — никаких гонок. Если я еще раз увижу тебя на «Фенрире», я лично сожгу этот кусок железа, а тебя запру в подвале на серебряные цепи. Свободна.
Я ничего не ответила. Повернувшись на каблуках грубых ботинок, я резко вылетела из кабинета, оглушительно хлопнув дверью. Ярость выжигала меня изнутри. Они думают, что могут распоряжаться моим телом и моей жизнью ради своих грязных политических игр? Не бывать этому.
Спустившись в гараж, я проигнорировала косые взгляды парней-механиков. Мой «Фенрир» стоял в самом дальнем углу под брезентом. Откинув ткань, я провела рукой по матово-черному бензобаку. Металл был холодным, но в его очертаниях дышала та самая свобода, которую у меня пытались отобрать.
В кармане джинсов завибрировал телефон. Вытащив его, я увидела сообщение от неизвестного номера. Всего лишь одна строчка с координатами и временем:
Кристиан. Это мог быть только он. Откуда у него мой номер — загадка, но вампирские ищейки умели находить информацию.
Я посмотрела на часы. До полуночи оставался час. Отец думал, что сломал меня своим запретом? Брэд думал, что я покорно надену ошейник? Ну уж нет.
Я натянула шлем, скрывая золотые искры в глазах, запрыгнула на сиденье и нажала на стартер. «Фенрир» отозвался оглушительным, яростным рыком, который разорвал тишину мастерской.
Выжав газ до упора, я сорвалась с места, оставляя позади и стаю, и их правила. Я ехала навстречу своему самому опасному врагу — и мне было плевать, чем это закончится.
Глава 4. Игра на раздевание
Заброшенный ангар старого депо дышал сыростью и мертвым прошлым. Пыльные лучи лунного света пробивались сквозь разбитые стекла под потолком, разрезая темноту и ложась на глянцевый пластик «Стикса». Я сидел на байке, лениво откинувшись назад, и слушал тишину. До полуночи оставалась минута.
Вампирский слух уловил вибрацию земли раньше, чем до ушей донесся звук. Утробный, хищный, оглушительный грохот разорвал ночной покой округа. Рокси не умела появляться тихо. Она ворвалась в ангар, подняв колесом тучу пыли, и с визгом затормозила в паре метров от меня.
— Ты рискуешь шеей, волчица, — тихо произнес я, снимая шлем. — От тебя за версту пахнет чужой злостью. Отец заставил отрабатывать команды?
Рокси заглушила «Фенрир», сдернула шлем и буквально слетела с сиденья. Ее янтарные глаза полыхали чистым золотом, а дыхание было рваным. Она подошла вплотную, обдав меня волной своего невыносимого, обжигающего тепла. Пахло бензином, кожей и диким, раненым зверем.
— Заткнись, кровосос, — процедила она, ткнув пальцем мне в грудь. Под моей курткой тут же бешено будто бы забилось ее собственное сердце — от ярости и адреналина. — Я приехала не выслушивать твои издевки. Назначай условия реванша. Прямо сейчас. На кону моя трасса.
Я плавно перехватил ее запястье. Ее кожа была горячей, как расплавленный металл. Рокси попыталась вырвать руку, но я сжал пальцы сильнее, фиксируя ее на месте с помощью вампирской силы.
— Реванш нужно заслужить, — я подался вперед, сокращая расстояние между нашими лицами до опасного минимума. — Ты импульсивна. Твой зверь управляет тобой, а не ты им. Ты проиграла, потому что хотела доказать что-то своей стае. А мне доказывать ничего не нужно. Я просто беру то, что хочу.
— Пусти, тварь фарфоровая! — Рокси резко подалась вперед и, потеряв контроль, оскалилась. Ее когти удлинились, а клыки прорезали нижнюю губу, на которой выступила капля темной, невероятно сладкой крови оборотня.
Этот запах ударил мне в голову, как чистый спирт. Вековые барьеры контроля, которые отец вбивал в меня столетиями, рухнули за долю секунды. Мои собственные клыки мгновенно вытянулись, царапая губы, а серые глаза заволокли кроваво-красные капилляры. Вся аристократическая спесь слетела, обнажив первобытного, голодного хищника.
Резким движением я развернул ее и с силой прижал спиной к ближайшей бетонной опоре ангара, вынуждая глухо вскрикнуть.
— Попробуй взять, — выдохнула прямо мне в губы, но вместо страха в ее голосе прозвучал дикий, порочный вызов. Она сама потянулась навстречу, свободной рукой вцепляясь в мои волосы.
Я не стал церемониться. Мои губы жестко, почти до крови впились в ее рот. Это не был поцелуй любви — это была схватка двух высших существ, битва за доминирование, где каждый вдох давался с боем.
Ее язык был горячим, со вкусом железа и мяты, она кусала меня в ответ, терзая мои губы и заставляя мою кровь смешиваться с ее.
Рокси яростно дернулась, и ткань ее короткого черного топа с треском порвалась под моими пальцами. Моя бледная, холодная ладонь легла на ее упругий, горячий живот, поднимаясь выше к тяжело вздымающейся груди.
Температурный контраст был настолько резким, что она шумно выдохнула, выгибаясь мне навстречу. Ее когти с силой полоснули меня по куртке, разрывая кожу на груди. Боль была мимолетной — регенерация пыталась стянуть порезы, но магия Альфы в ее крови заставляла раны гореть живым огнем.
— Кристиан... — сорвалось с ее губ хриплым шепотом, когда я спустился поцелуями к ее шее, нащупывая губами неистово бьющуюся артерию.
Я приподнял ее за бедра, заставляя обхватить мою талию сильными ногами. Избавившись от мешающей одежды резкими нетерпеливыми движениями, я вошел в нее единым, глубоким толчком, снова вбивая ее тело в бетонную стену.