Влада Мишина – Колыбельная ведьм. Скриптум Первый (страница 13)

– Мне так жаль, Эстер, – женщина обхватила меня за плечи и крепко обняла.

Я обняла её в ответ, уткнувшись лицом в плечо.

– Я не понимаю как! Он никогда не любил слишком глубоко копаться в науке… Какие эксперименты?! – сдерживать эмоции и всхлипы больше не получалось. – Почему?!

Санторо молчала, успокаивающе поглаживая меня по голове.

– Милая Эстер, ты же помнишь, что Тадеуш любил пренебрегать безопасностью. Я много раз предупреждала его…

– Предупреждали?! – я резко отстранилась от Санторо. – Если вы знали, что он проводил какой-то опасный эксперимент, то как могли просто предупреждать? Почему? Почему вы его не остановили?

Женщина устало покачала головой.

– Если бы я знала, то остановила бы. Но Тадеуш не говорил о своих изысканиях. Со мной он делился лишь тем, что касалось учебного процесса. А мои предупреждения начались, ещё когда вы были студентами. Ты сама помнишь…

И я помнила: Тадди всегда хотел добиваться всего и сразу. Как можно быстрее. Он не любил ждать и терпеть не мог осторожничать.

– Что произошло? – глухо спросила я, сжимая в руках ткань юбки.

– Он как раз изучал с пятым курсом ритуал призыва проявления проклятия для последующего изгнания, – ответила Санторо. – Тадеуш ещё со времён своей учёбы был уверен, что чертить защитный круг – это трата времени и должен быть способ удерживать зло собственными силами.

– Нет… – возразила я. – Он оставил эту идею после того случая!

– Увы, девочка моя. Тадеуш описал ход своих исследований в журнале. Ошибки быть не может.

– А студенты?.. – мне было слишком страшно спрашивать о том, погиб ли кто-то ещё.

– Он прекрасный профессор и не стал бы подвергать их опасности, – уверила меня Санторо. – Все эксперименты по поиску способа удерживать проклятия Тадеуш проводил в зале для практики, смежном с его покоями.

– Он и погиб там? – вопросы, казалось, сами вылетали из моего рта.

– Да. Его исследования были хороши. Он действительно мог добиться успеха, но удержание без круга – слишком опасная затея.

– Зачем? – прошептала я.

«Зачем, Тадди?»

Ректор не ответила на вопрос. Наверное, она поняла, что он был задан вовсе не ей, а моему близнецу, частичке меня, которой уже не было в этом мире.

– Где он?

Санторо отошла на шаг, и я увидела постамент. Он стоял в центре крипты, а на нём лежало тело, укрытое саваном. «Как я могла не заметить его, только войдя?..» Наверное, мне просто не хотелось замечать. Ноги отказывались нести меня вперёд. И всё же я шла.

Шаг.

Ещё шаг.

Сапоги и чулки насквозь промокли от воды. Звуки крипты, гулкое эхо – всё это проникало в голову, мешая сосредоточиться. Тело. «Кто там? Кто лежит под саваном?» Дрожащими пальцами я прикоснулась к сырой и холодной ткани.

Из-под неё свешивалась рука. «Какие знакомые часы. У Тадди были такие». Безумие обволакивало разум. Я чувствовала, как сила начала бесконтрольно вырываться. «Почему часы Тадди разбиты?» Я потянулась, снимая их с ледяной руки. Ремешок долго не поддавался, но наконец соскользнул с бледной кисти.

– И правда часы Тадеуша, – сказала я себе вслух, как делала на пустошах.

– Эстер… – тихо позвала Санторо.

– Да, ректор?

– Мне поставить щит? Ты тратишь силу.

Взглянув на свои руки, я поняла, что они светились. Уже много лет я не теряла контроль.

– Поставьте щит, пожалуйста.

Я прекрасно знала, чем были чреваты неконтролируемые всплески силы. Они могли навредить и тем, кто находился в крипте, и целостности Академии, даже несмотря на то, что она была надёжно защищена магией.

Ректор Санторо быстро возвела вокруг меня едва заметный энергетический кокон.

«Возьми себя в руки. Дыши». С трудом взяв под контроль силу, я тяжело выдохнула. «Ты должна посмотреть».

Я до последней секунды надеялась, что под саваном окажется кто угодно, но не Тадеуш.

Быстрое движение, чтобы откинуть ткань с лица. Один взгляд.

– Тадди… – резко вернув саван на место, я отшатнулась и упала в воду. – Тадди! Нет!

Удары по воде, крики, слёзы – всё было бесполезно, ведь под саваном действительно лежал мой брат. Я даже не сопротивлялась, когда профессор Калисто поднимал меня на ноги и укутывал в свой плащ.

– Тадди мёртв, – шептала я ему, цепляясь за ткань его костюма. – Понимаете, он мёртв…

– Мне так жаль, Эстер… – отвечал Джиованни, подхватывая меня на руки.

– Я сама…

Хотя куда я сама: ноги и правда не держали. И если бы меня опустили на землю, я бы просто снова упала.

– Выведите Эстер отсюда, я подниму нас, – сказала Санторо.

У выхода на профессорскую лестницу я заставила себя вновь взглянуть на постамент в центре крипты. Мне казалось, что что-то изменится. Там наверняка был не мой брат, а двойник или иллюзия. Однако глупость собственных мыслей была мне очевидна. Я знала, что видела.

Под саваном, среди великих ведающих прошлого, лежал мёртвый Тадеуш Кроу.

VII. Дела минувших дней

«Санторо сделала мне выговор и обещала написать отцу. Нужна твоя помощь, чтобы задобрить её. Встречаемся в «Уголке Данте» после занятий, чтобы придумать план. Вив уже в курсе».

К тому моменту, как меня вынесли в коридор на верхних уровнях, я уже чувствовала себя достаточно уверенно, чтобы встать на ноги.

– Можете отпустить, профессор. Простите, что пришлось тащить.

Джиованни с недоверием посмотрел на меня, но всё же поставил на пол.

– Мне уже лучше, правда, – уверила я его.

Конечно же, это было ложью: стать лучше просто не могло. Не после того, что я увидела в крипте. Но хотя бы внешне мне пришлось взять себя в руки.

Вернув Джиованни плащ, я сделала пару неуверенных шагов. Профессор и ректор Санторо держались рядом, готовые подхватить.

– Вы говорили, что мой отец уже прибыл в Академию. Где он? – вопрос был задан только для того, чтобы на меня перестали смотреть с жалостью, от которой хотелось снова расплакаться.

Санторо нахмурилась, словно испытав резкую зубную боль. Многие реагировали так на упоминание Александра Кроу.

– Он прибыл утром, – ответила она. – Отдал распоряжения по поводу похорон и всех дел Тадеуша, чтобы этим не пришлось заниматься вам. Незадолго до вашего прибытия он порталом вернулся в Британию. Ему нездоровилось.

Чувство дикого облегчения накрыло меня с головой. «Его здесь нет…»

– Он не говорил, приедет ли на похороны?

– Не приедет, но вскоре напишет вам.

– Понимаю, – один маленький, но очень тяжёлый камушек упал с моей души.

Разумеется, я переживала за здоровье отца. Он уже много лет боролся с последствиями долгой работы с проклятиями и редко покидал поместье. Но всё же мне казалось, что Венецию он столь поспешно покинул по другой причине. Возможно, он понял, что, когда мы с ним находимся рядом, становится лишь тяжелее. «Нужно будет написать ему и навестить».

Однако сейчас меня ждали иные проблемы, например разговор о возмутительном требовании Ковена занять должность Тадеуша. Казалось, Санторо предугадала мой вопрос на этот счёт и сказала:

– Эстер, вам подготовили комнату на профессорском этаже. Нам многое нужно будет обсудить, но не сегодня.

– Почему? – недоверчиво спросила я. – Письмо от верховного ведьмака Ворона намекало на срочность.