Влад Волков – Песнь кинжала и флейты. Том 3 (страница 8)

– Чего такая напряжённая-то? Не умеешь снимать стресс – так не надевай его! Хи-хи-хи! – веселилась гимнастка.

Милена развернулась на всякий случай. Похоже, испугалась, что Ди сама схватит за верёвку и со всей силы дёрнет вниз, скинув гимнастку с кроны на землю. Диана же поглаживала барсука, тяжко вздохнув и хотя бы чуть-чуть порадовавшись, что с ним всё в порядке.

Тот всё задирал голову ввысь да подмечал движения крючка в воздухе. Блестяшка так и манила. Ди помнила, что он тот ещё воришка, так и норовит украсть ложку, монетку, в общем, весь в неё: она ведь тоже всегда любила прикарманить себе всё, что плохо лежит.

– Эй-эй-эй! – возмущённый мужской голос отвлёк полуэльфийку от мыслей.

С длинноволосого немолодого мужчины в тёмной курточке с бахромой стащили широкую тканую шляпу, болтавшуюся сейчас у Милены на удочке. Гимнастка с озорством посмеивалась над открывшейся лысиной господина, а тот негодовал, раскрасневшись от гнева. Он тряс кулаком и даже швырнул в негодницу камнем.

Фон Рейг в этот самый момент ловко спрыгнула с ветви, так что камушек, намеченный ей в лопатку, пронёсся мимо. Просвистел буквально в пяди над головой. Чуть замешкалась бы, и ей угодили бы чётко в затылок. Но опасность Милена не чуяла. Спрыгнула и понеслась в сторону Ди, схватив за руку и чуть не затоптав вовремя отскочившего барсука.

– Скорей-скорей-скорей! – забормотала гимнастка, потащив Диану с собой удирать по улицам.

Мужчина ругался, орал «верни шляпу!», гнался за ними, хоть на миг и встал, чтобы, нагнувшись, ещё подобрать камни. Но потом начал нагонять. Несмотря на возраст, он был в хорошей физической форме, неплохо сложён, быть может, даже офицер запаса или какой-нибудь рыбак-пловец. Впрочем, такие любят к широким шляпам подобного фасона цеплять блёсны, а эта казалась нетронутой. Хотя теперь явно с дыркой от крючка.

Бежать, когда тащат и держат за запястье, Диане было крайне неудобно. К тому же она всё время оглядывалась и смотрела вокруг в поисках барсука. Тот прыгал по стенам, по подоконникам возле окон домов и заведений. Снёс пару хлипких оград, поломал несколько лоз и вьюнов, напоминая теперь кошку, запутавшуюся в клубке после долгой игры. Но зверёк нёсся следом, не отставал от девчонок.

Когда мужчина их уже совсем нагнал и едва не схватил одну из девушек за воротник, Милена отбросила в сторону обстриженных ровных кустов удочку вместе со шляпой. И преследователь предпочёл вернуть своё, а не хватать виновниц. Так что бегуньям посчастливилось улизнуть, но они ещё долго спешным ходом двигались из этого квартала в соседний, выходя на площадь перед церковным собором.

– Хи-хи-хи, божечки-кошечки, я уж думала, догонит! Клюнул-таки на шляпу, фуф, повезло, – радовалась Милена.

– Нет, ты точно чертовка какая-то! Зачем ты это сделала? Зачем меня потащила? Теперь он решит, что мы заодно, что мы сообщницы какие-то. Стояла бы на месте, он бы даже не понял, что мы знакомы! – ругалась Диана, обильно взмахивая руками.

– У-ук! – поддерживал её и лохматый спутник.

– Да ладно тебе, а то мы не за одно. Эльфы ещё помощи будут просить у таких гвардейцев, как мой папа. Эльфов слишком мало, а чтобы вернуть себе земли от имперцев… – заверяла гимнастка.

– Это что же… Они святилище Дану переделали? – остановила её Ди, глядя на величественную постройку, в которой солярные символы сменили равносторонними крестами с расширяющимися от центра линиями.

– Угу, – кивнула Милена. – Идём, посмотрим, – вновь потащила она Ди за руку.

В этот раз та вырываться и сопротивляться не стала. Самой было интересно, зачем это пришлые священники собираются исковеркать религию эльфов. Она была уверена, что местные, когда вернуться, это им не простят. И было любопытно посмотреть, осквернили ли солнечный алтарь великой богини остроухой расы, перестроили ли там всё.

У главного входа стояло два стражника с копьями в руках и короткими мечами-гладиусами на поясе. Они были частично облачены в доспехи, казавшиеся довольно прочными, но не тяжёлыми. Изящный шлем с приподнятым забралом, кираса из нескольких пластин да наплечники. Руки и ноги были не защищены, что позволяло двигаться гораздо удобнее.

Облицовка из белого мрамора сохранилась. Возможно, пережила нападение дракона. Высокие шпили лишились уродливых горгулий, которых оттуда посбивали, заменив крылатыми милыми ангелочками.

– Так-так, внутрь нельзя, – нахмурил свои чёрные брови один из них, с густым низким тембром.

– А! Дочка фон Рейга! Милена, привет! – улыбнулся второй, с выразительным носом и усами-щёточками. – Как ты тут?

– Да, гуляю вот, – со скромным видом ответила та, отпустив Ди и сложив руки за спиной. – Нам бы хотелось внутрь, – пыталась она заглянуть сквозь церковные витражи.

– Вообще-то до официального открытия посторонних велено не пускать, – замялся усач.

– У меня сообщение от папы лично архиепископу, – определённо врала Милена.

– Что ж сразу не сказала, – открыл длинноносый стражник ей дверь. – Только недолго, у него дел невпроворот.

Девушки прошагали внутрь. Заслышав стук когтей барсука по мраморным плитам, Диана взяла его на руки. Теперь они двигались буквально бесшумно, разглядывая богатое внутреннее убранство. Многие эльфийские статуи были убраны вовсе, иные занавешены покрывалом. Остались колонны со змеящимися выточенными спиралями узоров, но теперь была убрана вся их ребристость и шершавость, а в гладкой поверхности высечены церковные эмблемы Творца.

– Ух, жарко, – раздалось за спиной от усача, протеревшего пот со лба. – Повезло ещё, солнце не светит в эту сторону, – говорил он, видимо, с напарником у дверей.

– Восточная сторона, с утра было тут, теперь ушло, – пояснял тот.

– Иметь связи – нынче самое важное, – усмехнулась гимнастка Диане. – А ещё смекалка и подвешенный язык, чтобы развешивать на чужие уши лучшую лапшу. Учись, пока я жива.

– Ага… – только и закатила глаза Ди, но спорить не стала, разглядывая фрески в сводах высокого потолка.

По крайней мере, шалость удалась – в собор они таки проникли. Ди здесь бывала нечасто, и всё же очень уж хотелось посмотреть, во что обратили святилище Дану имперцы. Воочию убедиться над тем, как они издеваются и насмехаются над религией эльфов, чтобы было о чём потом доложить и Софре, и своим альвам в резервациях. Стеллантор необходимо было возвращать своему народу, но для этого следовало во всех деталях изучить врага, вторгшегося под маской добра и помощи.

Пространство по-прежнему казалось подходящим для каких-то великанов. Непомерные лестницы, высоченные потолки галерей, вытянутые окна с мозаикой, которую укладывать без лестниц или какой-нибудь магии было бы попросту невозможно. Архитектура собора была древней, сильно отличавшейся по стилю от жилых домов и магазинчиков города.

Где-то вдали слышались звуки работ: шарканье мётел, звон металлических совков о мрамор, постукивания инструментов, но до поры до времени никого, даже монахов, не было видно. Лишь в главном зале до девушек донеслись отзвуки чьей-то беседы.

– И вы желаете спрятать это здесь? Под носом у сотен и тысяч молящихся? – возмущался старческий голос.

– Тяжёлый такой, вот и корми тебя… Сдались тебе эти белки, как ты только умудряешься бегать за ними, – шёпотом ругалась Диана на барсука.

– Тс-с, – Милена приложила палец к губам, глянув на Ди, и прошагала на цыпочках, прячась за колонной и выглядывая в сторону центрального алтаря.

Тот всё ещё оставался в храме – большая дисковая плита рыжевато-жёлтого гелиолита за высокой фигурой остроухой богини, по центру округлого, освещённого со всех сторон при помощи сложной системы зеркал и кристаллов зала. В такую ясную погоду туда в обилии попадал солнечный свет.

– Ни Роза, ни её Чёрный Барон не додумаются искать это здесь, – заявила уверенным мужским голосом фигура в белом рокетто архиепископа с сиреневой казулой и багряной лентой орната поверх.

Голос его был трубным, таким «слоновьим» и тягучим, с выраженной гнусавостью, старческой и церковной певучестью. Буквально по одному только тембру уже создавалось впечатление, что разговаривал некий высокопоставленный и великовозрастный священник.

Увидев, что он показывает в руке своему собеседнику, даже Ди замерла, начав проявлять интерес и прислушиваться к разговору. Морщинистые пальцы седовласого первосвященника сжимали золотой ключ, очень похожий на тот, что сейчас висел у неё на шее, только из серебра. Она так и схватилась за него через одежду. Правда, между «братьями-близнецами» не ощущалось какой-то тяги или мистического пульсирования. Ключ «вёл себя» как обычно. Просто как украшение, словно кулон, висел на цепочке.

– Демонтаж статуи обойдётся недёшево, – заметил собеседник в высокой бело-зелёной митре и таком же двухцветном облачении. – Клир давно уже отправил своих миссионеров от Пресвятой Церкви в городки типа этого, так что в Лонгшире хватает церквей Творца. Посмотрим, кого из наших можно привлечь.

Его лицо Ди более-менее могла видеть со своего ракурса. Белые длинные усы, как бы свисающие по краям. Морщины повсюду, карие, глубоко посаженные глаза. Он был суховат и худощав. Не совсем прям старик, даже не такой седой, как стоящий спиной сейчас к ним первосвященник имперской церкви, но тоже уже давно не молодой.